Family First

— Кину псину на тебя и займу диван, — ничуть не смутившись, ответил Джек, появляясь в дверном проеме. При этом он точил ножи, что при его двухметровом росте и внушительных габаритах выглядело весьма угрожающе. — Кстати, еда готова, прошу к столу, мама Джек приготовил то, от чего ваши желудки не попытаются схлопнуться внутрь.

— Сразу видно, семейный человек, — Брок поднялся с дивана и первым направился в сторону кухни.

— Может еще и детишек разнимет и по углам расставит? — хмыкнул Джеймс и оглушительно свистнул. — Эй, заканчивайте свои брачные игры и тащитесь сначала в душ — по-отдельности — а потом есть. Десять минут, время пошло.

— Я не самоубийца, чтобы сейчас лезть с ним в замкнутое пространство, — Эмброуз растянулся на траве и, улыбаясь, пялился в небо. — А пожрать это хорошо, это нужно, а то Сет из меня все силы выбил. И еще меня Нестабильным называют… да вы просто не видели мою вторую половину в гневе, ага.

— Еще одно слово и устрою тебе второй раунд, — не церемонясь, Роллинс несильно пнул соулмейта ботинком в ребра. — Вставай.

— Второй, — пробурчал под нос Дин, принимая протянутую руку, — как же. Вообще-то это был бы пятый раунд.

— Хватит пиздеть, а то Уорд все сожрет, — Джек курил, высунувшись в окно. — А то, что не сожрет Уорд, дожрет его бульдог. Ну серьезно, Командир, эта псина жрет больше и лучше нас.

— Только не надо угрожать тем, что Молли открутит мне уши за то, что ты жрешь консервы вместо трехразового питания, — скривился Рамлоу, споро накладывая в тарелки макароны с тушенкой, — я и так в курсе, что не жилец.

— Тебя Зимний отобьет, — фыркнул Грант, разбадяживая свой кофе молоком.

— Ну нет, я на эту суровую женщину не полезу, спасайся сам, — отмахнулся от него Барнс, который успел сходить на чердак за портативной радиостанцией и теперь устанавливал ее на журнальном столике. — Ночью отправил Мэй наши координаты.

— Не боишься, что сообщение перехватят? — поинтересовался спускающийся со второго этажа Сет.

— Волков бояться, в лес не ходить, — пробормотал Барнс, что-то перенастраивая.

— Кстати о птичках. Что там с Волковым? — Эмброуз кубарем скатился до первого этажа и первым же рухнул за стол, пододвигая к себе тарелку.

— Пожрете, тогда расскажу, — ответил Зимний, садясь напротив. — Предвосхищая возмущение, я тоже хочу жрать, от той картошки в организме остались только приятные воспоминания, так что закрой рот для разговоров на двадцать минут и шевели челюстью.

Дин в который раз за день отдал честь, и на кухне повисла относительная тишина. Когда тарелки присутствующих практически опустели, Эмброуз, как самый голодный, еще раз осмотрел кухню, залез в кастрюлю в поисках добавки и, сев на место, грустно выдал:

— Сейчас бы пирога…

— Чего ж не купил, если закупка на вас была? — без особого интереса поинтересовался Уорд, вяло ковыряясь в остатках еды на тарелке.

— Сет не дал, — пробубнил Дин, вытягивая из холодильника упаковку пива, споро ее открывая и раздавая всем по бутылке.

— «Сет не дал» — это по другому адресу, а конкретно сейчас Сет не позволил купить просроченный пирог сомнительного вида на заправке около станции, — Роллинс поправил очки, которые надел вместо линз.

— Я правильно понимаю, что на заднем дворе вы пиздились на весь район из-за чертова пирога? — после непродолжительного молчания, озвучил общую мысль Джек.

— Да нормальный был пирог! — взвился Эмброуз, едва не вскакивая со стула.

— Наша песня хороша, начинай сначала, — закатил глаза Брок. — Сядь на место, болезный. Пока есть пиво, обсудим насущные вопросы, если они есть.

— Я правильно понимаю, что касательно Волкова сомнений никаких нет? — спросил Архитектор, сбивая крышку бутылки о край столешницы.

— Никаких, — подтвердил Барнс. — Русские собирались создавать новый отряд из солдат. Не суперов — на это не было ни денег, ни возможностей. После развала СССР никто бы не позволил проводить эксперименты над людьми из-за страха за собственные жопы. Собрали отряд из юнцов-детдомовцев: всем восемнадцать или старше, родственников ни у кого не было, чтобы шум не поднимали, в случае чего, и «одолжили» меня у Америки на год за круглую сумму, чтобы я их тренировал. От ста человек к окончанию«базового лагеря» осталось едва ли больше пятидесяти, и Волков был одним из них. Я его не сразу заметил — он, конечно, боевой был, но в силу характера и привычки на первых порах старался не выделяться, все время оставался в тени. Зато потом, когда народу стало меньше, а тренировки усилились, раскрылся и в стрельбе, и в единоборствах, и в тактике. К выпуску он выслужился на фоне остальных до того, что ему дали погоны младшего лейтенанта и пинком под зад отправили в Афганистан, ну а меня обратно на родину в заморозку.

— А что известно про его соулмейта? — задал явно интересующий всех вопрос Уорд. — Ну, помимо того, что он застрелил Волкова, как бы дико это ни звучало.