Фатум

Молчание, лишь клокочет, бурлящая вода.

Слезы, катятся из глаз Маши. Она в напряжении вслушивается в шум воды.

— Витя! — еще раз кричит она.

— Да. Да. Я здесь, — раздается голос снизу. — Черт, ни черта не видно!

— Скобы. Не пропусти их. Они должны быть слева от тебя, — Игорь, не зная чем помочь, пытается сориентировать парня. — Целый ряд скоб слева, ведущих наверх.

— Да, вроде нашел.

Ощупывая поверхность стены руками, Виктор и впрямь наткнулся на ряд металлических прутьев, ведущий наверх. Сотовый, когда тот потух, парень переложил изо рта в карман, и поэтому сразу не отозвался на крик девушки. Вода же дошедшая парню до самой шеи, теперь стекала с него как с мочалки. Ступенька за ступенькой парень поднимался к нужному туннелю.

— Вы здесь? — Виктор ощупывал край коллектора.

— Да, да! — Игорь с Машей схватили парня за руку и помогли забраться к себе. Девушка тут же прилипла к своему парня, трясясь, толи от холода, толи от пережитого страха за любимого.

Где-то сверху раздался гул работающего мотора. Сначала звонкий и бодрый, он перешел в глухой и натужный. А затем к нему подключились еще несколько движков.

— Похоже, насосы включили, — Игорь сидел в струящейся по ногам воде, прижавшись спиной к стене туннеля. Рядом стояли, постепенно замерзая, Виктор и Маша.

— Как раз вовремя. Не могли пораньше, — не то плюнул со злости, не то просто оплевывался от мерзкой воды Виктор.

— Им, скорее всего, без разницы. Там же автоматика стоит, — Игорь почувствовал, как от пробирающего все тело холода, начинают стучать зубы. — Нам надо двигаться, иначе замерзнем напрочь.

— Тогда пойдемте.

Порядок был тот же, что и в предыдущем туннеле. Сперва Виктор, аккуратно обследующий пол и стену перед собой, за ним Маша, которая уже откровенно стучала зубами и Игорь, время от времени проверяющий, не заработал ли его сотовый. Двигаться же на этот раз приходилось в полной темноте.

В этом коллекторе было куда как холоднее чем в предыдущем, и ветер, пронизывающий мокрую одежду насквозь, дул молодым людям прямо в лицо. Туннель был прямоугольного сечения, намного шире и выше того яйцевидного, по которому они спускались к колодцу. Но вот количество воды, несущей нечистоты большого города к отравленным ими рекам, было куда как больше. Струящийся поток то и дело норовил сбить людей с ног и если бы не стена, вдоль которой они шли и за которую держались, то летели бы они сейчас, совсем в другое направление.

Накатывающий волнами холод начинал сковывать их движения. Игорь уже не чувствовал пальцев ног, да и сами ноги становились все менее податливее, не желали двигаться вперед.

— Я замерзаю, — проклацала зубами Маша. — Совсем.

— Потерпи, пожалуйста. Мы обязательно куда-нибудь выйдем, — Виктор уже не думал о преследуемой ими цели. Мокрый насквозь, выбивая зубами чечетку и дрожа всем телом, он хотел лишь поскорее выбраться куда-нибудь, где было бы сухо и тепло. Никакие ответы ему не были нужны, да и вопросы, в сводимой от холода голове, начали выветриваться и затираться. Забывая о возможных провалах в полу, он уже просто переставлял ноги.

Сколько они так шли, не мог сказать никто. В полной темноте, от которой казалось, что глаза сейчас вылезут из орбит, в попытке рассмотреть хоть что-то, время приобрело странное свойство. Казалось, что прошла целая вечность, и тут же мозг, соединяя момент до туннеля и текущее их положение, вытеснял весь проделанный путь. Но то, что прошли молодые люди много, было неоспоримо. Грохота бурлящей в оставленном позади колодце воды не было слышно совсем. Лишь шорох струящегося по туннелю потока, всплески от движения компании и постоянное клацанье зубов.

— Все. Я больше не могу, — остановившись, Маша села прямо в воду.

— Ты что? А ну, вставай! — Виктор подхватил ее под подмышки и принялся поднимать. — Мы же уже почти выбрались. Давай, давай поднимайся!

Но Маша уже даже перестала стучать зубами. Ее охватило чувство безразличия к себе и какое-то неправдоподобное спокойствие. Она была готова уснуть прямо здесь, сидя в сточном туннеле по пояс в ледяной воде.

— Маша, не пугай меня! — Виктор все еще пытался ее поднять, но или он так ослаб, или одежда на Маше от впитанной воды стала неподъемной, но руки его, то и дело срывались со скользкого дерматина куртки. — Ну, пожалуйста, солнышко. Ну, встань!

Маша сидела на полу, прислонившись спиной к стене туннеля, и не хотела больше ничего.

— Вы идите. А я здесь вас подожду. Найдете выход, тогда вернетесь.

— Ну, уж нет! — зло сказал Виктор. — Затащила нас в эту задницу, а теперь еще и бросить хочешь. Ты же у нас дорогу указываешь. Ну, где там твое свечение? — и уже обращаясь, к Игорю добавил. — А ну, давай, взяли ее под руки!

Чуть ли не падая от напора, бьющей по ногам воды, парни подняли, переставшую сопротивляться девушку.