Фандом: Гарри Поттер. Какова вероятность, что именно ты станешь избранным участником из твоей школы? Однозначно больше, чем быть избранным, не желая принимать участие в отборе. Но даже не это важно. Можно ли выиграть в рулетку, если ты не делал ставку? А если цена — твоя жизнь?
447 мин, 6 сек 4635
— Фрэнк, останься. И вы, министр. Теперь мы можем вызвать авроров и допросить мистера Крауча по закону, не так ли? Только без дементоров, будьте любезны. А то Сириус немного бесится, когда с ними встречается. Будет неудобно, если он уничтожит нескольких.
И она мило улыбалась, словно принимала гостей за чашечкой чая. Фрэнк рассеянно подумал, что все же Белс из всех сестер самая милая и понятная. Ну кинулась бы на обидчиков с канделябром наперевес, ну и что? Зато предсказуемая, нормальная реакция. А смотря на Нарциссу начинает казаться, что эта леди мысленно тебя препарирует с таким садистическим удовольствием, которое не знакомо взрывной Беллатрикс. А если учесть, что милая Нарцисса чужие мысли читала даже сквозь слабенькие амулеты…
Третий этап вот-вот должен был начаться. Пока на трибунах было шумно, часть учеников еще даже из школы не вышла. Панси неуверенно присела рядом с Гермионой. Та сидела на первом ряду с идеально ровной спиной и невозмутимым выражением на лице. В некоторые моменты эта маглорожденная гриффиндорка стала выглядеть величественнее чистокровных представительниц факультета Слизерин.
— Ты пришла? — словно очнулась от задумчивости Гермиона. — Я уже думала, что ты опоздаешь.
— Еще не все собрались? — удивилась Панси, оглядываясь по сторонам.
Вокруг было много свободных мест, но на них мало кто будет претендовать, когда на страже стоят Крэбб и Гойл.
— Уже пришли, — села рядом с Панси Одри.
Слизеринка радостно улыбнулась. Теперь, когда она сидит между ними, она окажется вовлечена во все разговоры. Одри была не слишком внимательна к чувствам других, хотя со стороны казалась гораздо добрее и отзывчивее Гермионы. А в реальности все было в точности до наоборот. Вспыльчивая Лестрейндж часто ранила чувства даже своих близких, а кажущаяся высокомерной зазнайкой Гермиона помогала всем с полной самоотдачей.
— Чем вы занимались? — Гермиона чуть нагнулась вперед, чтобы лучше видеть подругу.
— Есть какое-нибудь заклинание или артефакт, которое бы могло работать вроде магловской видеокамеры? — вопросом ответила Одри. — Все самое интересное мы не увидим, потому что у магов нет камер и функции прямой трансляции.
— Я не встречала, — безразлично пожала плечами Гермиона.
— Мы тут с Фредом внезапно поняли, что нам будет очень скучно тут торчать. В лабиринт войдут только чемпионы, будут там бродить, а мы будем пялиться на этот плакат и слушать дурацкий оркестр.
Над входом в лабиринт действительно висел огромный зачарованный плакат. Работал он, как уже успели узнать вездесущие близнецы, по принципу Карты Мародеров. Вскоре на плаке появится карта лабиринта с указанием ловушек и магических существ, и зрителям останется только наблюдать за перемещением точек с именами чемпионов. Узнать, как именно чемпионы будут проходить свои испытания, будет невозможно.
— Ты можешь выучиться на артефактора и создать магическую видеокамеру, — Гермиона снова откинулась назад, садясь идеально ровно.
— Нет, артефакторика слишком сложная, — отмахнулась Одри. — Я не смогу столько всего выучить.
— А чем ты планируешь заниматься? — спросила Панси.
На четвертом курсе ученики уже знали, кем будут работать, или как минимум примерно представляли отрасль своей специализации. Многие, конечно, планировали заниматься семейными делами, работать в министерстве, а то и мечтали о карьере спортсменов и знаменитостей. Многие девочки собирались просто выйти замуж. Вот только Одри не выглядела мечтающей о замужестве.
— Я? Планирую растратить на платья и туфли все мамино состояние, — легко ответила Одри. — Среди этих зазнаек я — самая тупая.
— Ты самая неусидчивая, — возразила Гермиона. — Если бы ты к учебе прилагала столько же сил, сколько к шалостям и боевым проклятьям…
— Точно! Буду участвовать в чемпионатах по магическим дуэлям, — оживилась Одри. — Могу поспорить, их никогда не выигрывали симпатичные девушки.
Гермиона недовольно цокнула, Панси нерешительно улыбнулась. Привыкнуть к общению этих двоих было особенно сложно. Но при этом слизеринка старательно держалась поближе именно к ним. Она тщеславно хотела, чтобы их популярность затронула и ее. Плохо, наверное. Но ведь Луна все еще не назвала ее двуличной и не прогнала прочь…
— Начинается, — резко произнесла Гермиона.
В то же мгновение оркестр заглох, и над полем раздался голос Людо Бэгмена:
— Дамы и господа! Мы рады приветствовать вас на третьем этапе Турнира Трех Волшебников!
И она мило улыбалась, словно принимала гостей за чашечкой чая. Фрэнк рассеянно подумал, что все же Белс из всех сестер самая милая и понятная. Ну кинулась бы на обидчиков с канделябром наперевес, ну и что? Зато предсказуемая, нормальная реакция. А смотря на Нарциссу начинает казаться, что эта леди мысленно тебя препарирует с таким садистическим удовольствием, которое не знакомо взрывной Беллатрикс. А если учесть, что милая Нарцисса чужие мысли читала даже сквозь слабенькие амулеты…
Глава 30. Лабиринт
Финальное испытание Турнира Трех Волшебников было заметным событием. На трибунах кроме школьников сидели представители разных стран, несколько сотрудников министерства, родители чемпионов и небольшое количество счастливчиков, что получили свои билеты через лотерею. На поле каждого чемпиона готовились провожать их наставники: в случае Флер и Виктора это были их директора, возле Седрика был его отец, а рядом с Гарри стояла Нарцисса.Третий этап вот-вот должен был начаться. Пока на трибунах было шумно, часть учеников еще даже из школы не вышла. Панси неуверенно присела рядом с Гермионой. Та сидела на первом ряду с идеально ровной спиной и невозмутимым выражением на лице. В некоторые моменты эта маглорожденная гриффиндорка стала выглядеть величественнее чистокровных представительниц факультета Слизерин.
— Ты пришла? — словно очнулась от задумчивости Гермиона. — Я уже думала, что ты опоздаешь.
— Еще не все собрались? — удивилась Панси, оглядываясь по сторонам.
Вокруг было много свободных мест, но на них мало кто будет претендовать, когда на страже стоят Крэбб и Гойл.
— Уже пришли, — села рядом с Панси Одри.
Слизеринка радостно улыбнулась. Теперь, когда она сидит между ними, она окажется вовлечена во все разговоры. Одри была не слишком внимательна к чувствам других, хотя со стороны казалась гораздо добрее и отзывчивее Гермионы. А в реальности все было в точности до наоборот. Вспыльчивая Лестрейндж часто ранила чувства даже своих близких, а кажущаяся высокомерной зазнайкой Гермиона помогала всем с полной самоотдачей.
— Чем вы занимались? — Гермиона чуть нагнулась вперед, чтобы лучше видеть подругу.
— Есть какое-нибудь заклинание или артефакт, которое бы могло работать вроде магловской видеокамеры? — вопросом ответила Одри. — Все самое интересное мы не увидим, потому что у магов нет камер и функции прямой трансляции.
— Я не встречала, — безразлично пожала плечами Гермиона.
— Мы тут с Фредом внезапно поняли, что нам будет очень скучно тут торчать. В лабиринт войдут только чемпионы, будут там бродить, а мы будем пялиться на этот плакат и слушать дурацкий оркестр.
Над входом в лабиринт действительно висел огромный зачарованный плакат. Работал он, как уже успели узнать вездесущие близнецы, по принципу Карты Мародеров. Вскоре на плаке появится карта лабиринта с указанием ловушек и магических существ, и зрителям останется только наблюдать за перемещением точек с именами чемпионов. Узнать, как именно чемпионы будут проходить свои испытания, будет невозможно.
— Ты можешь выучиться на артефактора и создать магическую видеокамеру, — Гермиона снова откинулась назад, садясь идеально ровно.
— Нет, артефакторика слишком сложная, — отмахнулась Одри. — Я не смогу столько всего выучить.
— А чем ты планируешь заниматься? — спросила Панси.
На четвертом курсе ученики уже знали, кем будут работать, или как минимум примерно представляли отрасль своей специализации. Многие, конечно, планировали заниматься семейными делами, работать в министерстве, а то и мечтали о карьере спортсменов и знаменитостей. Многие девочки собирались просто выйти замуж. Вот только Одри не выглядела мечтающей о замужестве.
— Я? Планирую растратить на платья и туфли все мамино состояние, — легко ответила Одри. — Среди этих зазнаек я — самая тупая.
— Ты самая неусидчивая, — возразила Гермиона. — Если бы ты к учебе прилагала столько же сил, сколько к шалостям и боевым проклятьям…
— Точно! Буду участвовать в чемпионатах по магическим дуэлям, — оживилась Одри. — Могу поспорить, их никогда не выигрывали симпатичные девушки.
Гермиона недовольно цокнула, Панси нерешительно улыбнулась. Привыкнуть к общению этих двоих было особенно сложно. Но при этом слизеринка старательно держалась поближе именно к ним. Она тщеславно хотела, чтобы их популярность затронула и ее. Плохо, наверное. Но ведь Луна все еще не назвала ее двуличной и не прогнала прочь…
— Начинается, — резко произнесла Гермиона.
В то же мгновение оркестр заглох, и над полем раздался голос Людо Бэгмена:
— Дамы и господа! Мы рады приветствовать вас на третьем этапе Турнира Трех Волшебников!
Страница 119 из 127
