Гарри Поттер и Враг Сокола

Когда он проснулся, был уже день. Самочувствие было удовлетворительным, но едва Гарри встал с постели, как появились тошнота и слабость. Мадам Помфри запретила ему идти на уроки.

Перед обедом к нему заглянула Гермиона.

— Я приходила утром, ты ещё спал, — сказала она, заботливо гладя Гарри по волосам. — Профессор Дамблдор сказал, что тебя снова мучила боль в шраме. Это правда?

Гарри рассказал про сон.

— Я знаю, что когда-то моя мама попала в руки Упивающихся, но каким-то чудом спаслась. Я не знаю, как, это меня беспокоит… — Гарри потер лоб. — Мне кажется… вернее, я откуда-то знаю, что Упивающиеся устраивали так называемую охоту на маглянок. Привозили в замок… Как спаслась мама?

— Я даже не знаю, как это можно узнать. Но ведь самое главное, что она спаслась, верно? — Гермиона осторожно посмотрела Гарри в глаза.

Гарри задумчиво кивнул. Ему вспомнились видения про боггартов родителей. Так вот почему отец больше всего на свете боялся, что Лили изнасилуют! Ведь это действительно едва не произошло!

— Сегодня на уроках ничего особенного не было, — Гермиона постаралась перевести разговор в другое русло. — Ты пропустил два урока по зельям, высшую магию и гербалогию.

— Два урока по зельям? — Гарри, уловив настроение Гермионы, тоже постарался переключиться. — Недаром говорят, нет худа без добра.

— Да, манера профессора вести занятия нисколько не изменилась, — кивнула девушка. — Зато Тонкс! У нескольких классов уже сегодня была Защита. Все в восторге. Школа на ушах от счастья, Гарри! Все пересказывают те анекдоты, которые она рассказала на уроке. Очень остроумно!

— Ты про Тонкс? — в дверях больничного крыла появился Рон. — Привет, Гарри. Тонкс — супер-женщина. Сегодня ЗОТИ у Слизерина, так говорят, она обломала Малфоя и сняла с факультета 10 очков! Завтра защита у нас, так что быстрее выздоравливай, старина!

Гарри довольно улыбнулся. Все не так уж плохо. И прочь из головы плохие мысли о том, что не к добру это — провести первый же день учебы на больничной койке.

Рон и Гермиона подробно описывали, что было на уроках, стараясь развлечь Гарри. Он чувствовал себя все лучше и лучше, с удовольствием слушая своих друзей.

— На своем любимом месте в больничном крыле, Поттер? — в комнату вошел Малфой. — Ты будешь не ты, если не упадешь в обморок или не заболеешь? Что у тебя на этот раз? Приступ биения головой об пол или неконтролируемое шипение?

— Ты принёс мне открытку «Выздоравливай быстрее»? — спросил Гарри.

Рон и Гермиона рассмеялись.

— Нет, я пришел, чтобы проверить, не умер ли наш национальный волшебный герой? — с неприкрытой злобой ответил Малфой.

— Увы, увы, — наигранно печально произнес Гарри, — я ещё жив. Но как только, тебе сразу же сообщат.

— И вообще, Малфой, — отозвался Рон, — иди-ка ты в свою гостиную, пока я баллы с тебя не снял.

Драко открыл было рот, чтобы сказать в ответ что-нибудь обидное, но Рон многозначительно прикоснулся к своему значку старосты.

— Конечно, ваше величество, — пробормотал он и, бросив на Гарри и его друзей взгляд, исполненный ненависти, вышел.

К вечеру Гарри отпустили из больничного крыла. Он вернулся в гриффиндорскую гостиную и сразу же попал в руки Гермионы, которая заставила его прочитать то, что задали на дом.

— Ладно, я выучу, — тихо сказал ей Гарри, — но с одним условием.

— Каким? — осторожно спросила Гермиона.

— Мы возвращаемся в свою законную комнату за чокнутым сэром, — Гарри хитро улыбнулся. — Как ты думаешь, какая там сейчас обстановка?

Глава 15. Начало учебного года

Следующие несколько дней нового учебного года прошли удивительно спокойно и хорошо. В основном из-за того, что уроки были интересными, а защиту от темных искусств вела веселая и острая на язык Тонкс. Её уроки чаще всего были практическими. Молодая женщина превосходно владела защитными, оглушающими и многими другими чарами, поэтому все с удовольствием наблюдали, как она показывает свои умения. Но коньком Тонкс были остроумные комментарии ошибок и неучтивого поведения. Некоторые старшеклассники, увидев молоденькую женщину, решили, что слушаться вчерашнюю школьницу вовсе необязательно, и даже можно, подмигнув ей, попросить, чтобы много не задавала. Но Тонкс тут же находила фразу, чтобы прекратить это безобразие.

— Я понимаю, что твои умненькие глазки очаруют Гризельду Марчбенкс, — пожала плечами Нимфадора, глядя на Дина Томаса, — но, увы, она очень любит спрашивать на экзаменах.

На каждый урок Тонкс приходила с разным цветом волос, а иногда менялась с блондинки на брюнетку по два раза в день. Это вызывало среди девушек много завистливого шепота, а среди юношей одобрительные восклицания.

Прослышав про странное имя новой преподавательницы, ученики между собой называли Тонкс Нимфой.

«Волшебный голос правды» тем временем продолжал выходить и даже приобрел популярность среди учеников. На страницах газеты появлялись статьи про магглов и их странные порядки. Корреспондент Правдолюб задавался вопросом, почему волшебное сообщество старается жить незаметно для магглов.