Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
922 мин, 1 сек 14116
— Тебе делать больше нечего? — хихикал Рон. — Занялась бы более приятными вещами, а то пока напишешь про своих рабов, Гарри уведет какая-нибудь шестикурсница. У него после выхода интервью столько поклонниц завелось, так что будь начеку!
Гермиона обиженно поджала губы и ревниво посмотрела на Гарри. Тот, слегка смутившись, сделал вид, что сильно задумался над рефератом. Ну, это Рон уже перегнул. Подумаешь, эльфы! О них просто не надо говорить. Зато на один пунктик Гермионы масса разных достоинств приходится: кто домашние проверит лучше, чем она, а кто ненавязчиво проследит за тем, чтобы все было выучено, мантии и носки отданы Добби для стирки, очки не были покрыты грязными пятнами и следами от пальцев? Впрочем, это все ерунда (ведь до шестого курса с этими обязанностями справлялся как-то сам), самое главное, что её никто не заменит в комнате за рыцарем сэром Кэдоганом. О, только она знает и чувствует, как что надо делать. Да и просто спать, прижавшись к ней во сне под теплым одеялом — сплошное удовольствие. А Рон про какую-то дурацкую брошюрку шутит, балбес!
С применением магии Гермиона вязала очень быстро, и поэтому едва ли не каждый день маленький Сириус получал обновки. К тому же вещи, подаренные Гермионой, были куда наряднее и разнообразнее сничевой одежды Добби.
— Маленький модник, — ласково приговаривала девушка, надевая на Сириуса шапочку с разноцветными помпончиками. — Смотри-ка, Гарри, ему нравится!
Малыш улыбался и изо всех сил пытался рассмотреть, что такое симпатичное на него надели. Гарри прикасался волшебной палочкой к игрушкам, и они меняли цвет. Сириус, тихонько сопя, разглядывал последствия магии. Тонкс, заваленная рефератами, сидела в учительской и мысленно благодарила Гарри и Гермиону за то, что играют с её ребенком. Гарри чувствовал, что очень сильно привязался к своему маленькому крестнику, умеющему делать уши, как у Добби.
Иногда Гарри видел Люпина. Он появлялся у Тонкс через камин, но поскольку многие в школе знали, что Ремус — оборотень, то его появление не афишировалось.
— Пойдем к озеру, — предложила Гермиона Гарри, усаживая Сириуса в волшебную коляску. — Погода чудесная. Пока барсучок будет спать, можно поучить уроки.
Они пришли под свой любимый вяз, под которым уже давно устроился Рон.
— Вы с малым? — небрежно спросил он, выглянув из-за книги.
— Да, — ответила Гермиона и строго добавила, — тебе не нравится Сириус?
— Нет, он прикольный. Просто я не люблю детей вообще.
— Очень жаль, — Гермиона достала из коляски ребенка.
— Ты одна в семье была, вот и люби детей. А нас семеро росло! — сказал Рон и кисло пронаблюдал за тем, как Гермиона начала тетешкать малыша.
— Что, Поттеры, зарабатываете себе баллы на экзамены? — насмешливо-лениво протянул голос Малфоя. — Любимчики Нимфы, а эта разноцветная курица и рада, что спихнула своего байстрюка двум дуракам.
— Ты не смеешь так говорить про профессора Тонкс! — гневно вскрикнула Гермиона.
Лицо Гарри напряглось. Рон вскочил.
— А что неправильного я сказал? — невинно спросил Малфой. — Никто не заставляет нашу Нимфу менять свои перья на голове по пять раз на день. Или вы обиделись за байстрюка? Так это правда. Профессорша наша не замужем, а ребенок у неё родился? С чего бы это? Уж не от рождающего ли заклинания?
— Тебе до этого не должно быть никакого дела, Малфой! — процедила Гермиона, дрожа от гнева и возмущения.
— Я с тебя баллы сниму за оскорбление преподавателя! — прорычал Рон.
— Ну, конечно, что же ещё можно было от тебя услышать, Уизли, — Драко растянулся в нехорошей улыбке. — Только это ты и умеешь делать — баллы снимать. Побеги ещё и расскажи директору!
— Какой же ты мерзавец! — Гермиона брезгливо скривилась. — Ведь профессор Тонкс — твоя родственница!
— В нашем роду нет поганых грязнокровок, — веско ответил Малфой. — Все нормальные женщины выходят замуж, а не рожают от кого попало. Кстати, вы случайно не знаете, кто отец этого маленького урода? Может, ты, Поттер, постарался? Что-то он на тебя похож своими черными патлами.
Гарри резко повернулся к Драко и, прежде чем Рон успел крикнуть про 10 баллов со Слизерина, невидимая сила схватила Малфоя и швырнула в озеро.
— Обещанная правда о Сириусе Блеке, — произнесла Гермиона, устраивая газету на столе, чтобы читать и завтракать одновременно. Гарри тоже склонился над страницей.
Черная жизнь Сириуса Блека
Гермиона обиженно поджала губы и ревниво посмотрела на Гарри. Тот, слегка смутившись, сделал вид, что сильно задумался над рефератом. Ну, это Рон уже перегнул. Подумаешь, эльфы! О них просто не надо говорить. Зато на один пунктик Гермионы масса разных достоинств приходится: кто домашние проверит лучше, чем она, а кто ненавязчиво проследит за тем, чтобы все было выучено, мантии и носки отданы Добби для стирки, очки не были покрыты грязными пятнами и следами от пальцев? Впрочем, это все ерунда (ведь до шестого курса с этими обязанностями справлялся как-то сам), самое главное, что её никто не заменит в комнате за рыцарем сэром Кэдоганом. О, только она знает и чувствует, как что надо делать. Да и просто спать, прижавшись к ней во сне под теплым одеялом — сплошное удовольствие. А Рон про какую-то дурацкую брошюрку шутит, балбес!
С применением магии Гермиона вязала очень быстро, и поэтому едва ли не каждый день маленький Сириус получал обновки. К тому же вещи, подаренные Гермионой, были куда наряднее и разнообразнее сничевой одежды Добби.
— Маленький модник, — ласково приговаривала девушка, надевая на Сириуса шапочку с разноцветными помпончиками. — Смотри-ка, Гарри, ему нравится!
Малыш улыбался и изо всех сил пытался рассмотреть, что такое симпатичное на него надели. Гарри прикасался волшебной палочкой к игрушкам, и они меняли цвет. Сириус, тихонько сопя, разглядывал последствия магии. Тонкс, заваленная рефератами, сидела в учительской и мысленно благодарила Гарри и Гермиону за то, что играют с её ребенком. Гарри чувствовал, что очень сильно привязался к своему маленькому крестнику, умеющему делать уши, как у Добби.
Иногда Гарри видел Люпина. Он появлялся у Тонкс через камин, но поскольку многие в школе знали, что Ремус — оборотень, то его появление не афишировалось.
— Пойдем к озеру, — предложила Гермиона Гарри, усаживая Сириуса в волшебную коляску. — Погода чудесная. Пока барсучок будет спать, можно поучить уроки.
Они пришли под свой любимый вяз, под которым уже давно устроился Рон.
— Вы с малым? — небрежно спросил он, выглянув из-за книги.
— Да, — ответила Гермиона и строго добавила, — тебе не нравится Сириус?
— Нет, он прикольный. Просто я не люблю детей вообще.
— Очень жаль, — Гермиона достала из коляски ребенка.
— Ты одна в семье была, вот и люби детей. А нас семеро росло! — сказал Рон и кисло пронаблюдал за тем, как Гермиона начала тетешкать малыша.
— Что, Поттеры, зарабатываете себе баллы на экзамены? — насмешливо-лениво протянул голос Малфоя. — Любимчики Нимфы, а эта разноцветная курица и рада, что спихнула своего байстрюка двум дуракам.
— Ты не смеешь так говорить про профессора Тонкс! — гневно вскрикнула Гермиона.
Лицо Гарри напряглось. Рон вскочил.
— А что неправильного я сказал? — невинно спросил Малфой. — Никто не заставляет нашу Нимфу менять свои перья на голове по пять раз на день. Или вы обиделись за байстрюка? Так это правда. Профессорша наша не замужем, а ребенок у неё родился? С чего бы это? Уж не от рождающего ли заклинания?
— Тебе до этого не должно быть никакого дела, Малфой! — процедила Гермиона, дрожа от гнева и возмущения.
— Я с тебя баллы сниму за оскорбление преподавателя! — прорычал Рон.
— Ну, конечно, что же ещё можно было от тебя услышать, Уизли, — Драко растянулся в нехорошей улыбке. — Только это ты и умеешь делать — баллы снимать. Побеги ещё и расскажи директору!
— Какой же ты мерзавец! — Гермиона брезгливо скривилась. — Ведь профессор Тонкс — твоя родственница!
— В нашем роду нет поганых грязнокровок, — веско ответил Малфой. — Все нормальные женщины выходят замуж, а не рожают от кого попало. Кстати, вы случайно не знаете, кто отец этого маленького урода? Может, ты, Поттер, постарался? Что-то он на тебя похож своими черными патлами.
Гарри резко повернулся к Драко и, прежде чем Рон успел крикнуть про 10 баллов со Слизерина, невидимая сила схватила Малфоя и швырнула в озеро.
Глава 16. Черная жизнь Сириуса Блека
Если не считать уроков по зельям и нескольких незначительных стычек с Малфоем, первые дни учебы прошли настолько спокойно и хорошо, что Гарри даже насторожился. Беда не заставила себя долго ждать. Однажды утром в Общий зал влетела огромная стая сов с «Волшебным голосом правды». Ученики с интересом погрузились в чтение, потому что первую страницу украшала огромная фотография Сириуса Блека с надписью «Видели ли вы этого волшебника». Эта была та самая фотография, которую разослали по всему волшебному миру, когда Гарри учился ещё на третьем курсе, а Министерство Магии охотилось на сбежавшего узника Азкабана.— Обещанная правда о Сириусе Блеке, — произнесла Гермиона, устраивая газету на столе, чтобы читать и завтракать одновременно. Гарри тоже склонился над страницей.
Черная жизнь Сириуса Блека
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 52 из 261
