Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
922 мин, 1 сек 13744
— У меня тоже пока мало денег, заработаю — дам, — неловко пробормотал Рон. Даже не владея блокологией, он догадался, на что намекает Гермиона. — О, близнецов потрусите, у них бабок много, и обязаны своим хорошим бизнесом они тебе, Гарри, так что… попроси для своей девушки! Опять этот мерзкий «Голос»!
Гарри посмотрел на упавшую рядом с его тарелкой газету. С первой страницы на него смотрело его собственное лицо, а над фотографией красовался заголовок
Мальчик-Которому-Можно-Все
Гермиона демонстративно отодвинула газету и принялась за завтрак. Рон оглядел гриффиндорцев свирепым взглядом. Все делали вид, что увлечены едой, но их внимание было приковано к лежащим на столах газетам.
Гарри повернулся, чтобы посмотреть, как ведут себя остальные ученики. Большинство разрабатывали план, как тихонько, незаметно для преподавателей прочитать, что же там такое написали про Гарри Поттера. За слизеринским столом Драко Малфой демонстративно развернул страницы и углубился в чтение. Ученики вокруг с завистью на него смотрели, пытались последовать примеру, но косились на преподавательский стол и не решались. Профессора смотрели на детей, на лежащие на столах газеты и на директора Дамблдора, возле которого сидел Снейп, внимательно изучавший напечатанную статью.
Среди хаффелпаффцев мельтешила Люси: ханжески поджав губы и похрюкивая «Нечего читать эту гадость», толстушка собирала газеты.
После завтрака многие расходились, пряча под мантией сложенный «ВГП» или думая о том, что надо бы расспросить у тех, кто прочитал статью про Поттера, о чем она.
Гермиона поднялась, забрала газету и произнесла:
— Я должна знать, какую гадость написали про Гарри.
— Ну, да, конечно, — согласился Рон, — Малфой, сволочь белобрысая, глянь, как на нас смотрит.
Гарри посмотрел в сторону проходящего мимо Драко. Тот многообещающе подмигнул с видом «Ой, а что я про тебя знаю». Гарри ответил ему взглядом, полным отвращения.
Едва довольный Малфой вышел, Гарри пододвинул к себе «Волшебный голос правды» и принялся читать.
В прошлом номере «Волшебного голоса правды» наш корреспондент Правдолюб рассказал нам о родителях Гарри Поттера. Они погибли, дав начало мифу о Мальчике-Который-Выжил. Министерство Магии продолжило создаватье имидж несчастного ребенка-сироты. Маленького Гарри Поттера отдали на воспитание тетке — сестре погибшей Лили Эванс-Поттер Петунии Дурсль. Почему именно ей? Потому что, Альбус Дамблдор якобы наложил на мальчика древнее защитное заклинание, которое действует до тех пор, пока Гарри будет проживать с кровными родственниками. Миссис Дурсль — единственная родственница Гарри Поттера.
История осиротевшей Надежды Волшебного Мира достойна того, чтобы её описали в книге. Помимо Гарри, чета Дурслей воспитывала своего родного сына Дадли — любимого и балованного ребенка. Гарри жил в чулане под лестницей, донашивал за кузеном старую одежду и выполнял по дому всю работу, которую в волшебном мире обычно делают домашние эльфы. Помимо этого Гарри регулярно в качестве наказания запирали в чулане, морили голодом и даже били. В последнем особенно преуспел Дадли, которому любящие родители разрешали все.
Отдавая Гарри Поттера на воспитание Дурслям, профессор Дамблдор догадывался, что мальчику будет нелегко, но не думал, что настолько. Впрочем, если бы Гарри воспитывали в какой-либо приличной волшебной семье, эффект был бы не тот. Счастливый ребенок никому не интересен. А в случае с Дурслями все получалось как нельзя лучше для мифа Министерства Магии. Однако Дурсли перестарались настолько, что чуть не оставили Волшебный мир без героя: семья магглов не хотела отдавать Гарри учиться в Хогвартс! Профессору Дамблдору пришлось настойчиво попросить Дурслей вернуть воспитанника в школу.
Когда Гарри Поттер впервые переступил порог Хогвартса, профессор Дамблдор понял, как пострадал его правнук, принесенный в жертву волшебной мифологии. Одиннадцатилетний наследник Поттеров являл собой очень грустное зрелище — маленький полуголодный запуганный мальчик, с изумлением узнавший, что он — знаменитость. Сердце старого профессора дрогнуло. Гарри Поттер быстро стал любимцем директора Дамблдора.
К величайшему сожалению уважаемого профессора и преподавателей, Гарри унаследовал от своего отца только внешность. Того блестящего таланта, каким был наделен Джеймс Поттер, у Гарри не наблюдалось. Легенда Волшебного Мира оказалась самым что ни на есть посредственным учеником. Учителям даже неловко было ставить удовлетворительно Тому-Кто-Остановил-Того-Кого-Нельзя-Называть. Не сговариваясь, профессора начали завышать баллы. Однако этого было недостаточно. Герой, остановивший Волдеморта, не мог быть простым учеником. Да и сам мальчик, как в свое время его мать, начал страдать от того, что сказка, в которую он попал, не такая уж интересная.
Гарри посмотрел на упавшую рядом с его тарелкой газету. С первой страницы на него смотрело его собственное лицо, а над фотографией красовался заголовок
Мальчик-Которому-Можно-Все
Гермиона демонстративно отодвинула газету и принялась за завтрак. Рон оглядел гриффиндорцев свирепым взглядом. Все делали вид, что увлечены едой, но их внимание было приковано к лежащим на столах газетам.
Гарри повернулся, чтобы посмотреть, как ведут себя остальные ученики. Большинство разрабатывали план, как тихонько, незаметно для преподавателей прочитать, что же там такое написали про Гарри Поттера. За слизеринским столом Драко Малфой демонстративно развернул страницы и углубился в чтение. Ученики вокруг с завистью на него смотрели, пытались последовать примеру, но косились на преподавательский стол и не решались. Профессора смотрели на детей, на лежащие на столах газеты и на директора Дамблдора, возле которого сидел Снейп, внимательно изучавший напечатанную статью.
Среди хаффелпаффцев мельтешила Люси: ханжески поджав губы и похрюкивая «Нечего читать эту гадость», толстушка собирала газеты.
После завтрака многие расходились, пряча под мантией сложенный «ВГП» или думая о том, что надо бы расспросить у тех, кто прочитал статью про Поттера, о чем она.
Гермиона поднялась, забрала газету и произнесла:
— Я должна знать, какую гадость написали про Гарри.
— Ну, да, конечно, — согласился Рон, — Малфой, сволочь белобрысая, глянь, как на нас смотрит.
Гарри посмотрел в сторону проходящего мимо Драко. Тот многообещающе подмигнул с видом «Ой, а что я про тебя знаю». Гарри ответил ему взглядом, полным отвращения.
Едва довольный Малфой вышел, Гарри пододвинул к себе «Волшебный голос правды» и принялся читать.
В прошлом номере «Волшебного голоса правды» наш корреспондент Правдолюб рассказал нам о родителях Гарри Поттера. Они погибли, дав начало мифу о Мальчике-Который-Выжил. Министерство Магии продолжило создаватье имидж несчастного ребенка-сироты. Маленького Гарри Поттера отдали на воспитание тетке — сестре погибшей Лили Эванс-Поттер Петунии Дурсль. Почему именно ей? Потому что, Альбус Дамблдор якобы наложил на мальчика древнее защитное заклинание, которое действует до тех пор, пока Гарри будет проживать с кровными родственниками. Миссис Дурсль — единственная родственница Гарри Поттера.
История осиротевшей Надежды Волшебного Мира достойна того, чтобы её описали в книге. Помимо Гарри, чета Дурслей воспитывала своего родного сына Дадли — любимого и балованного ребенка. Гарри жил в чулане под лестницей, донашивал за кузеном старую одежду и выполнял по дому всю работу, которую в волшебном мире обычно делают домашние эльфы. Помимо этого Гарри регулярно в качестве наказания запирали в чулане, морили голодом и даже били. В последнем особенно преуспел Дадли, которому любящие родители разрешали все.
Отдавая Гарри Поттера на воспитание Дурслям, профессор Дамблдор догадывался, что мальчику будет нелегко, но не думал, что настолько. Впрочем, если бы Гарри воспитывали в какой-либо приличной волшебной семье, эффект был бы не тот. Счастливый ребенок никому не интересен. А в случае с Дурслями все получалось как нельзя лучше для мифа Министерства Магии. Однако Дурсли перестарались настолько, что чуть не оставили Волшебный мир без героя: семья магглов не хотела отдавать Гарри учиться в Хогвартс! Профессору Дамблдору пришлось настойчиво попросить Дурслей вернуть воспитанника в школу.
Когда Гарри Поттер впервые переступил порог Хогвартса, профессор Дамблдор понял, как пострадал его правнук, принесенный в жертву волшебной мифологии. Одиннадцатилетний наследник Поттеров являл собой очень грустное зрелище — маленький полуголодный запуганный мальчик, с изумлением узнавший, что он — знаменитость. Сердце старого профессора дрогнуло. Гарри Поттер быстро стал любимцем директора Дамблдора.
К величайшему сожалению уважаемого профессора и преподавателей, Гарри унаследовал от своего отца только внешность. Того блестящего таланта, каким был наделен Джеймс Поттер, у Гарри не наблюдалось. Легенда Волшебного Мира оказалась самым что ни на есть посредственным учеником. Учителям даже неловко было ставить удовлетворительно Тому-Кто-Остановил-Того-Кого-Нельзя-Называть. Не сговариваясь, профессора начали завышать баллы. Однако этого было недостаточно. Герой, остановивший Волдеморта, не мог быть простым учеником. Да и сам мальчик, как в свое время его мать, начал страдать от того, что сказка, в которую он попал, не такая уж интересная.
Страница 88 из 261
