Фандом: Гарри Поттер. Седьмой год учебы в Хогвартсе и… второй год семейной жизни! Гарри становится совершеннолетним, учится на анимага, и если вы думаете, что его учит Минерва МакГонагалл, значит, вы невнимательно читали «Гарри Поттер и Обряд Защиты Рода». Боюсь, что Волдеморт все же придет к власти, но надеюсь, что его торжество будет недолгим. Ну и кроме того: Дурсли и тетя Мардж, новый преподаватель по ЗОТИ, квиддич, Мародеры (без них скучно) и я полагаю, никто не забыл о Долорес Амбридж?
— Клеваться будешь? — Гермиона зажмурилась от смеха и услышала, что Гарри засмеялся тоже.
— Ещё и как, — он поцеловал девушку и что-то прошептал почти в самое ухо.
— Мне нравится эта идея, — Гермиона позволила ему навалиться на себя.
— Добби! — позвал Гарри.
— А я про него уже забыла, — спохватилась Гермиона.
— Я не собираюсь ему показывать бесплатно эротический сериал. Хватит с меня того, что я пережил, когда Снейп велел мне раздеваться сегодня, — ответил Гарри и повернул голову к появившемуся эльфу.
— Добби, иди спать к другим, — приказал ему Гарри. Добби охотно подчинился.
Джеймс и его друзья сидели в Визжащей Хижине в окружении украденной из кухни еды и притащенных учебников.
— Тут сказано, что редко кому удается преобразоваться в первый раз в одежде, — сообщил Джеймс. В руках он держал изрядно потрепанную книгу. — Мантии, носки, подштанники нужно тоже трансфигурировать в шерсть, иголки, перья там или чешую, в общем, у кого что. Поскольку я должен превратиться в оленя, то значит в шерсть.
— Для первого раза было бы неплохо превратиться хоть как-нибудь, — усмехнулся Сириус.
— И не боитесь, парни? — забеспокоился Ремус. — Я очень переживаю, что у вас что-то не получится, и вы превратитесь во что-нибудь такое, что…
— Не трусь, Рем, — беспечно отозвался Джеймс. — Я преобразуюсь первым. Если что-то сорвется, отнесете мои останки дедушке Дамбу, виновато опустите уши, покаетесь. Дед — свой человек, пожурит и вернет мне человеческий облик!
— А если со мной чего-нить случится? — весело спросил Сириус.
— Я скажу, что это мой новый питомец, — рассмеялся Джеймс.
— Нет, это законное место Пита! — беззаботно возразил Сириус.
— Что? — спросил Петтигрю, явно не понявший шутки.
— Я говорю, Питти, — снисходительно пояснил ему Сириус, — что если ты преобразуешься в крыску навсегда, то Джеймс обещает не бросить тебя, носить в нагрудном кармане мантии, давать тебе лучшие свои объедки и даже класть спать рядом с собой на подушку.
Ремус и Джеймс весело хохотали, глядя, как испугался Петтигрю.
— Да ну тебя, Пит, ты что, шуток не понимаешь, что ли?! — воскликнул Джеймс.
— Я… а? А… да, шутка, — бестолково улыбнулся Петтигрю.
— Однако, к делу, господа, — Джеймс поднялся со старой кровати, на которой удобно устроился с учебниками. — Рискну преобразоваться.
Сириус кивнул. Джеймс принялся раздеваться.
— Немного стриптиза, — он дурашливо повилял бедрами и швырнул снятую мантию друзьям. — Только не нужно на меня так смотреть, я все-таки стесняюсь!
— Я сейчас оббегу публику, — поддержал его шутку Сириус и, наколдовав шляпу, схватил её зубами.
Ремус от души рассмеялся. Петтигрю не отрывал взгляд от Джеймса. Тот закончил раздеваться, немного потоптался на месте, сосредотачиваясь, и преобразовался. На месте парня появился молодой олень.
— Джеймс, — выдохнул Сириус, — кла-а-асс!
Ремус восхищенно расширил глаза, Петтигрю что-то упоенно пропищал.
Олень раскланялся и озорно посмотрел на друзей своими карими глазами.
— Соха-атый друг мой, — Сириус погладил его по шее и спине. — Какой окрас! Какие рога! Рем, ты это видел?
— Потрясающий успех, Сириус, — Ремус тоже провел ладонью по короткой шерсти. — Жаль, похвастаться нельзя! Джеймс, ты слышишь меня?
Олень кивнул.
— Прими мои поздравления, дружище!
Олень снова раскланялся.
— Нет, Рем, я вою от восторга! Глянь, олень-то похож на Джима! Ну этот взгляд! Даже рога какие-то растрепанные! — восклицал Сириус и даже несколько раз обошел вокруг оленя.
Джеймс распреобразовался, поправил очки и счастливо рассмеялся.
— Парни, прикиньте, я ж в очках превращался!
— Ну и хорошо, а то без них был бы подслеповатым оленем!
— Ты, Сири, не увиливай, твоя очередь, — подначил его Джеймс.
— Конечно, только я трусы оставлю, я Пита стесняюсь, — Сириус скинул с себя одежду и преобразовался. Получившийся пес-подросток изумленно покрутился на месте. Неснятые трусы так и остались на нем, не давая вилять хвостом.
Джеймс грохнулся от смеха. Ремус и Петтигрю последовали его примеру. Пес обиженно на них залаял, но парни только громче хохотали.
Сириус распреобразовался, натянул штаны и накинул мантию.
— Ладно, — стараясь скрыть легкую обиду в голосе, сказал он, — давай ты, Пит.
— Ой, — пискнул тот, — я боюсь, ребята!
— Ну, почему? У нас же получилось! — удивился Джеймс.
— Мне страшно, а вдруг у меня не получится, — заныл Петтигрю.
— Не хочешь компанию поддержать! — наигранно строго нахмурил брови Джеймс.
— Ой, Джим, не хочет, не надо, сами будем без него бегать по лесу, — махнул рукой Сириус.
— Но я хочу с вами! — захныкал Петтигрю.
— Тогда вперед! — скомандовал Джеймс.
Пит быстро разделся, зажмурился, что-то пробормотал и шмякнулся на пол в виде толстенькой крысы.
— Умора, — фыркнул Сириус.
— Супер! — Джеймс присел на корточки и подобрал упитанного крысенка. — Зря мы ржали с него, — с наигранной завистью произнес он.