«Между собой мы называем специалистов по исследованию геопатогенных зон» сталкерами«и в этом есть смысл. Мы ходим в» зону«чтобы познать ее. Мы сбрасываем систему защиты — и делаем это сознательно. Надо понять, как уберечь людей от ее воздействия, а в дальнейшем использовать земные излучения во благо».
5 мин, 26 сек 3494
Время летит быстро. Еще сравнительно недавно такого понятия, как «геопатогенные зоны»(ГПЗ) у нас вообще не существовало. А многие ученые, выступая последовательными материалистами-марксистами, отвергали саму возможность существования«гиблых мест». Сегодня ГПЗ — признанный наукой факт. Споры же идут об их физической природе. Сторонники традиционной теории утверждают, что геопатогенные зоны создаются губительным «теллурическим излучением» идущим из недр Земли. Их оппоненты, напротив, считают, что в основе данного феномена лежит отток энергии из отдельных участков земной поверхности. Об этом, в частности, косвенно свидетельствует тот факт, что ГПЗ выявляются с помощью высокоточного магнитометра, фиксирующего резкое ослабление геомагнитного поля в них.
«Вредные для здоровья зоны — это элементы универсальной энергетической системы Земли. Через эти элементы она как бы впитывает в себя энергию Солнца и Космоса. При этом речь не идет о тепловой или иной энергии электромагнитной природы, а имеются в виду тонкие энергии, — пишет доктор биологических наук В. Злобин.—… Эта сеть простирается до магмы и передает ей всю энергию, захваченную космической составляющей, и дополнительно — энергию, которую затрачивают недра при кристаллизации горных пород… Речь идет о» минус-энергии«. Однако независимо от вектора и природы энергетического потока сейчас начинает вырисовываться механизм его губительного воздействия на человека. Как показали исследования, недавно завершенные в Канаде, если он долго находится в опасной зоне, в его организме происходят гормональные изменения. Какое-то время иммунная система в состоянии компенсировать вредное воздействие, но постепенно ее защита ослабевает, и в результате к человеку начинают цепляться различные болезни.»
Причем в отдельных случаях даже кратковременное пребывание в геопатогенной зоне может дать отрицательный эффект. Недавно группа исследователей проанализировала три с половиной тысячи дорожно-транспортных происшествий в Калининском районе Санкт-Петербурга. Оказалось, что над зонами разломов и над подземными руслами, создающими ГПЗ, число аварий увеличивается на 30—500 процентов! Можно предположить, что это вызвано кратковременным нарушением координации или зрительными расстройствами. Во всяком случае, ученые рекомендовали мэрии установить в таких местах специальные знаки, предупреждающие об опасности. Кстати, дорожная полиция в ФРГ, например, уже давно делает это. Конечно, сам знак не устраняет эффект ГПЗ. Он лишь настораживает водителя, помогая ему справиться с внезапным ухудшением самочувствия, если оно вдруг произойдет.
«Подумаешь, дорожный знак, он погоду не делает» — может пренебрежительно отмахнуться скептик. А ведь эта«мелочь» весьма симптоматична. Она свидетельствует, что большая наука наконец-то всерьез занялась«гиблыми местами» и пионером здесь выступил Санкт-Петербург. Но расскажем обо всем по порядку.
Испокон веков на Руси знали, что есть «гиблые места» в которых нельзя селиться, чтобы не накликать беду. В роли инспекторов-энергоэкологов выступали«сведущие люди» — иноки, схимники, лозоходцы. Разумеется, они не ведали ни о геологических разломах, ни о подземных водостоках, создающих геопатогенные зоны при пересечении с линиями глобальной энергетической сети Земли. Зато у них были свои профессиональные приметы. Например, если в каком-то месте буйно растут некоторые ядовитые растения — болиголов, наперстянка, переступень, осенний безвременник, обойди его стороной. И наоборот,«ставь дом там, где овцы легли».
В этом плане подавляющее большинство наших старинных городов и сел расположены очень удачно. Но, конечно, есть и исключения. Одно из них — Санкт-Петербург. Выбирая место для новой столицы, Петр I руководствовался политическими соображениями. В итоге город встал над «подземным перекрестком» — над скрещением двух глубинных разломов земной коры, на стыке Балтийского щита и Русской платформы. Но и это еще не все. Поскольку местность там была в основном болотистая, следовало осушить ее, чтобы создать более или менее сносные условия для жизни. Петр понимал это. Его стараниями было положено начало сооружению целой сети каналов, канавок, дренажных стоков.
К сожалению, царь-реформатор и предположить не мог, что потомки по недомыслию превратят его благое дело в один из главных источников опасности для жителей города. В советскую эпоху градостроительством руководили партийные деятели, а не экологи, хотя и последние до недавнего времени в большинстве своем ничего не знали о геопатогенных зонах и образующих их факторах. Чтобы сделать город красивее, стали спрямлять улицы, засыпать каналы, канавки, озерца, то есть плодить бесчисленные ГПЗ, а в результате губить здоровье людей.
«Вредные для здоровья зоны — это элементы универсальной энергетической системы Земли. Через эти элементы она как бы впитывает в себя энергию Солнца и Космоса. При этом речь не идет о тепловой или иной энергии электромагнитной природы, а имеются в виду тонкие энергии, — пишет доктор биологических наук В. Злобин.—… Эта сеть простирается до магмы и передает ей всю энергию, захваченную космической составляющей, и дополнительно — энергию, которую затрачивают недра при кристаллизации горных пород… Речь идет о» минус-энергии«. Однако независимо от вектора и природы энергетического потока сейчас начинает вырисовываться механизм его губительного воздействия на человека. Как показали исследования, недавно завершенные в Канаде, если он долго находится в опасной зоне, в его организме происходят гормональные изменения. Какое-то время иммунная система в состоянии компенсировать вредное воздействие, но постепенно ее защита ослабевает, и в результате к человеку начинают цепляться различные болезни.»
Причем в отдельных случаях даже кратковременное пребывание в геопатогенной зоне может дать отрицательный эффект. Недавно группа исследователей проанализировала три с половиной тысячи дорожно-транспортных происшествий в Калининском районе Санкт-Петербурга. Оказалось, что над зонами разломов и над подземными руслами, создающими ГПЗ, число аварий увеличивается на 30—500 процентов! Можно предположить, что это вызвано кратковременным нарушением координации или зрительными расстройствами. Во всяком случае, ученые рекомендовали мэрии установить в таких местах специальные знаки, предупреждающие об опасности. Кстати, дорожная полиция в ФРГ, например, уже давно делает это. Конечно, сам знак не устраняет эффект ГПЗ. Он лишь настораживает водителя, помогая ему справиться с внезапным ухудшением самочувствия, если оно вдруг произойдет.
«Подумаешь, дорожный знак, он погоду не делает» — может пренебрежительно отмахнуться скептик. А ведь эта«мелочь» весьма симптоматична. Она свидетельствует, что большая наука наконец-то всерьез занялась«гиблыми местами» и пионером здесь выступил Санкт-Петербург. Но расскажем обо всем по порядку.
Испокон веков на Руси знали, что есть «гиблые места» в которых нельзя селиться, чтобы не накликать беду. В роли инспекторов-энергоэкологов выступали«сведущие люди» — иноки, схимники, лозоходцы. Разумеется, они не ведали ни о геологических разломах, ни о подземных водостоках, создающих геопатогенные зоны при пересечении с линиями глобальной энергетической сети Земли. Зато у них были свои профессиональные приметы. Например, если в каком-то месте буйно растут некоторые ядовитые растения — болиголов, наперстянка, переступень, осенний безвременник, обойди его стороной. И наоборот,«ставь дом там, где овцы легли».
В этом плане подавляющее большинство наших старинных городов и сел расположены очень удачно. Но, конечно, есть и исключения. Одно из них — Санкт-Петербург. Выбирая место для новой столицы, Петр I руководствовался политическими соображениями. В итоге город встал над «подземным перекрестком» — над скрещением двух глубинных разломов земной коры, на стыке Балтийского щита и Русской платформы. Но и это еще не все. Поскольку местность там была в основном болотистая, следовало осушить ее, чтобы создать более или менее сносные условия для жизни. Петр понимал это. Его стараниями было положено начало сооружению целой сети каналов, канавок, дренажных стоков.
К сожалению, царь-реформатор и предположить не мог, что потомки по недомыслию превратят его благое дело в один из главных источников опасности для жителей города. В советскую эпоху градостроительством руководили партийные деятели, а не экологи, хотя и последние до недавнего времени в большинстве своем ничего не знали о геопатогенных зонах и образующих их факторах. Чтобы сделать город красивее, стали спрямлять улицы, засыпать каналы, канавки, озерца, то есть плодить бесчисленные ГПЗ, а в результате губить здоровье людей.
Страница 1 из 2
