Гермес

А число? Хм… так получается 9 ноября. Да — точно так. 44 дня я нахожусь тут… Где тут? Хм… Я называю это уже своим жилищем… А вообще, это подвал под каким-то домом. Я тут, можно сказать — живу… Конечно, не по своей воле я тут поселился — но все же живу… и пока, должен отметить, еще не сдох. Меня тут заперли и, похоже, что забыли, а может, просто тот, кто меня запер — сдох. Так это или нет — я могу лишь догадываться. Что я ем? Теперь уже все, что можно… Сначала я ел овощи и консервы, которые тут были, но потом они закончились, и теперь я стал есть то, что осталось, как крыса. Ем всё, что хоть как-то может стать едой. Даже свечи и мыло… и опять же, пока не сдох… Сдох! Все мое существование крутится вокруг одного слова — сдох или не сдох… Правильно, это вопрос времени…

Первые дни я тупо орал и звал на помощь, пока не охрип окончательно. Потом я понял, что меня вряд ли кто-то слышит. Затем я решил найти выход — пытался выбраться отсюда, но хозяин дома, похоже, соорудил тут бункер от ядерной войны, а не погреб для хранения овощей и консервов… Я нахожусь в бетонной коробке с толщиной стен около полу метра. Я пытался сделать отсюда подкоп со всех сторон даже под пол и потолок — без шансов. Воздух сюда проникает через щель под дверью, а еще и по тонкой трубе. Труба залита в бетонные стены и, как я понял, выведена на улицу. В нее я тоже орал, пока не сорвал голос. Но по ней течет вода, когда идет дождь — для этого у меня всегда стоит миска, так как пить что-то тут надо. И на мое счастье сейчас осень — и с дождями проблем нет.

Дверь в погреб металлическая, толщиной около 15 сантиметров. Сплошной ровный кусок железа с ручкой на внешней стороне, хотя открывается внутрь. Она закрыта на ключ, но я даже не могу ее попытаться высадить, так как мне не за что схватиться, чтобы тянуть в сторону погреба дверь, да и эта затея глупая. Я пытался просовывать веревки вниз под дверь, глупо. Пытался засовывать в скважину палочки, гвоздики и даже старые ключи, лежащие тут и попробовать открыть — безрезультатно. Стучал, гремел, пытался разрушить стены с помощью молотка — именно так я узнал, что в середине стен идет слой железа… Остается только надеяться, что кто-то меня откроет и выпустит из подвала, потому что я реально не знаю, что делать дальше…

Я забыл представиться как меня зовут? Да. Именно так. Я не помню своего имени. Точно также как и попал в этот подвал — я лишь могу догадываться, так как абсолютно не помню этого. Когда я очнулся, я лежал на полу в этом помещении — в моей руке была золотая статуэтка какого-то божества, лицо которого было сосредоточенным и грозным. Видимо, какой-то важный тип. Пожалуй, она стоит очень немаленьких денег. Голова моя была разбита, похоже, что меня ударили. Но за что и зачем? Неужели же я пытался стащить эту статуэтку, за что меня и заперли тут? Остается пока загадкой, но другого рационального решения моего попадания сюда — я не могу придумать. Но вот, что странно — у меня постоянно где-то глубоко во мне живет воспоминание об этом подвале, вот только где я его мог видеть и при каких обстоятельствах — я не помню, а может мне это просто кажется…

Человек — странное существо, привыкающий даже к постоянной вони от собственных фекалий. В углу подвала, внутри ящика мой туалет. Я прикрываю его крышкой, думая, что так он будет меньше вонять… Нет, запахи не утаить, но я уже привык к этой вони, а по началу даже рвало в тот же самый туалет.

Вдобавок ко всему кашель замучил, он начался три недели назад. И мне кажется, у меня поднимается температура. Это уже совсем плохо. Сырость и влажность подвального воздуха делают свою работу. И это может очень печально для меня закончиться… Хотя… кого я обманываю? Это может быть единственно правильный выход из этого ада. Но умирать не хочется, хотя кашель совсем плохой. Я стал отхаркивать какую-то черную мокроту, видимо от пыли и грязи в подвале, или от стен — я же их пытался сломать молотком. Почему же за мной никто не приходит?

Слава Богу, тут горит свет. Тусклый, конечно, но горит… пока горит. Если он погаснет — это будет очень плохо. Это будет совсем грустно — если я тут останусь еще и без света. Я соорудил себе из старых ящиков подобие кровати, постелил на них матрац, сделанный из мешков под картошку, набитых соломой, которую тут нашел. Укрываюсь старым одеялом, которое так же лежало в подвале. Настроения, конечно, совсем нет… Возможно, стоит покончить собой?

Сегодня я доел кожаные сапоги. Что-то стал плохо видеть один глаз, правый. Видимо, я повредил его, когда ломал стену — мне попал в него осколок, а потом еще и пыль, и промыть было нечем — вода давно не текла по трубе воздуховода, неужели дожди стали редкостью в это время года? От обезвоживания губы мои уже стали трескаться. Пить хочется жутко. Но главное кашель — мне кажется, что я стал отхаркивать кровь…