Герои и Злодеи

Улочки Броумена еще пустовали. Солнце только-только вскарабкалось на небосвод, по которому проплывали редкие перистые облака, гонимые легкими порывами ветерка. Где-то высоко хлопали белоснежные стяги, но Прохор боялся поднять взгляд и посмотреть, какой именно на них герб: его или того самого. И вот его взгляд скользнул по витрине бакалейной лавки. Глаза короля долго всматривались в стекло, разглядывая отражение. Государь поприседал, помахал руками, даже резко попрыгал в стороны. Отражение намертво приклеилось к нему.

— Уф, — выдохнул Прохор и погрозил сам себе пальцем. — Смотри у меня!

Он зашел в лавку, хозяин которой уже был на ногах и раскладывал по полкам свежий товар. Услышав дверной колокольчик, он вытер руки о полотенце, висящее на плече, и обернулся.

— Утро доброе, — такого гостя бакалейщик, пожалуй, не ожидал увидеть. Толстяк широко улыбнулся, поправил фартук.

— Приветствую Вас, Ваше Величество! — продавец учтиво поклонился. — Рано вы встали. Что-нибудь желаете?

— Мм… Будьте любезны… — Прохор огляделся. — Пряник вон тот, круглый.

Толстяк подал покупателю желаемое, отсчитал сдачу с золотого, что был брошен на прилавок, и спросил.

— Что-нибудь еще?

Король призадумался. И почему он заказал тот же самый пряник?

— Уважаемый, у вас бывало такое чувство, что с вами что-то подобное уже происходило.

Толстяк почесал до синевы выбритый подбородок.

— Случалось.

— А я к вам вчера не заглядывал часом? Тоже с утра? — поинтересовался Прохор.

Продавец опять склонил голову.

— Нет, Государь. Такое я бы запомнил!

Король за раз откусил чуть ли не половину пряника и стал тщательно пережевывать. Бакалейщик говорил правду, если верить глазам. Еще один плюс. Есть шанс, что Безликий был всего лишь видением.

— Спасибо. Удачной торговли, — и Прохор вышел на пустынную улицу.

Теперь он созрел для того, чтобы поднять взгляд на шпили башен. Его взор посветлел еще больше, увидев родные стяги. Значит, замок никто не захватывал, иначе бы их бы сняли в первую очередь. Но, чтобы подтвердить правоту своих рассуждений, король решил посетить еще два места: трактир «Три поросенка» и своего друга, Даниэля-мастера. Последнего дома не обнаружилось, сколько Прохор ни стучал по дверям и ставням. Он даже перелез через забор и посмотрел в амбаре, вдруг бедолагу опять придавило шкафом, но опасения Прохора не подтвердились. Изобретатель как сквозь землю провалился. Возможно, он опять что-нибудь испытывал, вдали от посторонних глаз, или, просто дрыхнет без задних ног. Ведь они вернулись в Броумен только вчера.

А вот трактир оказался открытым, хотя чему удивляться, ведь тут не только вечера коротают. Сюда заглядывают все, кто приезжает торговать в город, или просто шествует мимо, да и те, кто побогаче, предпочитают вкушать пищу именно здесь, дабы не утруждать себя приготовлением и не тратиться на прислугу. Но сейчас зал был пуст, если не считать какого-то пьянчуги, что храпел за столиком у окна, удобно устроившись лицом в миске. В освещенном всего одной лампой помещении уже витал аромат мясного жаркого. Прохор потянул носом, подошел к стойке и постучал о нее пустой кружкой. Со стороны кухни раздалось недовольное бухтение, а спустя мгновение в зале появился хозяин, вытирающий кровь о фартук.

— Пока готов только гуляш с гречкой. Могу предложить харчо вчерашнее, — и всмотрелся в лицо посетителя. — Прошу пардону, Государь! Ночь была тяжелая, не сразу признал.

Толстяк поклонился, едва не разбив лбом стойку. Прохор кивнул в ответ и пристроился на высоком табурете.

— Любезный, плесни-ка мне чего-нибудь освежающего.

— Квасок подойдет? Ядреный вышел в этот раз.

Король кивнул, а трактирщик обернулся мухой и через мгновение поставил перед Высоким гостем запотевший кувшин и серебряный кружку. Прохор залпом выпил одну, и пригубил вторую. Осмотревшись, он пальцем подозвал хозяина, и когда тот приблизился, спросил:

— А что, Йохан, не произошло ли чего дурного? Может, буза какая случилась?

Тот хмыкнул.

— А как ей не быть? Меня, правда, вчера кузен замещал, я только приехал, но Гретта с Гензелем сказали, что вчера одного стража увела, — король напрягся, но тут же расслабился. — Вон он, спит. Чуть раньше вас пришел. Сказал, что выиграл свободу в кости. Выпил пенного и уснул, как убитый. Пущай сопит, мне не мешает, да и посетителей покуда нет. Рад, что вы вернулись, Государь.

— А я-то как! — ответил Прохор, опорожняя кружку. — Хорош квасок, твоя правда, горло дерет. Имбирь или хрен?

— И то и другое, — улыбнулся Йохан.

— Сколько с меня, — Прохор пошарил по карманам, но трактирщик не дал сюзерену расплатиться.

— За счет заведения.

Теперь улыбнулся король. Он поблагодарил старика, сунул руки в карманы и, насвистывая свою любимую мелодию, покинул таверну.