Глаза змеи

Он одной рукой обнял Дэниела за талию, прижимая к себе, а указательным пальцем другой провел по его шее, по правому боку, по запястьям, по плечам, по лопаткам, по бедрам, чуть наклонившись — по икрам, и закончил отметкой под сердцем. Там, где он касался Блэка, у того мгновенно открывались раны и начинала течь кровь. Раны, оставленные во время страшного ритуала в поместье Малфоев, снова ожили, будто все это время ждали своего часа.

Лекс довольно улыбнулся, взмахнул волшебной палочкой, и рядом с ним в воздухе зависла небольшая чаша, чью широкую ножку обвивала змея, душившая в объятиях другую, а на дне можно было разглядеть надпись «Единство жизни и смерти».

— Пришло время объединить наши жизни, раз смерть мы уже разделили, — негромко проговорил Мелвилл, обводя пальцем, смоченным в крови Блэка, самый знаменитый во всем магическом мире шрам в виде молнии.

Если бы он не поддерживал Дэниела, тот бы давно упал. Силы стремительно покидали и без того измученного за последние недели гонщика, перед глазами все плыло, он вообще не понимал, где находится и что происходит, существовал только голос Лекса, который проникал в самую душу, заставляя кипеть кровь, отзываясь во всех без исключения клетках его тела. Он пытался оглядеться, но Гермиона и Пол выглядели двумя размытыми фигурами, а трибуны сливались в одно серое пятно.

— Я… — неожиданно прохрипел Блэк, наклоняясь к самому уху Мелвилла, — никогда не прощу тебе Драко.

— Что? — непонимающе вскинул голову Лекс.

Все произошло очень быстро, но Гермиона все-таки успела заметить выражение полного недоумения на лице Мелвилла, прежде чем их с Блэком буквально окутала зеленая вспышка, настолько сильная, что ослепила всех остальных. Через несколько секунд, когда глаза перестало резать от яркого света, девушка увидела, что Лекс и Дэниел падают на асфальт, так и не расцепив объятия, оказавшиеся смертельными. Она рванулась к ним, но ее опередил непонятно откуда взявшийся Снейп. Он на ходу призвал к себе палочки из рук Лекса и тут же кинул Гермионе ее палочку, а затем каким-то заклинанием, которого она никогда не слышала, разделил Мелвилла и Блэка.

Гермиона опустилась на колени рядом с Дэниелом, а Снейп первым делом склонился над владельцем «Сайбер Пежо», удостоверяясь, что теперь уже бывшим. Видимо, под влиянием сильного выброса магии чары рассеялись, и тот принял свой настоящий облик — Люциуса Малфоя.

— Глазам не верю! — ахнула девушка.

— А придется, — мрачно отозвался Снейп. — Но на этот раз я сам позабочусь, чтобы он больше не воскресал. Кстати, можете уже снять заклинание и с молодого человека, который валяется сзади. Не думаю, что ему очень удобно в такой позе. Память потом сотрем.

Беспомощный Пол лежал на боку и вытаращенными глазами наблюдал за тем, что происходит. И только тут Гермиона заметила, что кольца огня больше нет. Видимо, Снейп дождался удобного момента и воспользовался заминкой Мелвилла.

— Фините Инкантатем, — пробормотала девушка и снова обратила свое внимание на Дэниела.

— Он жив? — можно было не оборачиваться, чтобы узнать, на кого смотрит Пол и о ком он спрашивает с таким волнением.

Ответил же ему сам Блэк.

— Драко, — с трудом проговорил он, глядя на пустые трибуны, — Драко, извини, мне снова пришлось убить твоего отца…

Глава 13. За завесой тайн

Следующие несколько дней были настоящим кошмаром, причем не только для Дэниела, но и для всех остальных.

Блэк практически не приходил в сознание, а его состояние никак не стабилизировалось из-за большой потери крови и огромного выброса магии. Пугающим контрастом было и то, что раньше он метался в бреду, корчась от боли и срывая голос, а сейчас был невероятно тихим, до такой степени, что даже его дыхание можно было различить с большим трудом.

И от этой оглушающей тишины у Рона, который все дни проводил на дежурстве у постели Дэниела, под вечер начинало ломить в висках, а по ночам снова стали сниться кошмары. С одной только разницей — сейчас он заново переживал не момент последней битвы своего друга с Волдемортом, а вновь и вновь видел открывающиеся у него раны, исполосованное шрамами тело и залитые кровью простыни.

Надо сказать, в реальности Дэниел кровью больше не истекал, а пугающие рубцы постепенно заживали. И первым, кто обратил на это внимание, был именно Рон.

— Мистер Уизли, Вы вполне могли бы догадаться сами, почему это происходит, — с неизменным сарказмом заявил Снейп на вопрос Рона о такой странности. Но объяснение все-таки дал. — Как Вы, может быть, слышали, некоторое время назад Люциус Малфой начал проводить ритуал, в результате которого к нему должна была перейти вся магия Гарри Поттера. Но не все на этом свете происходит так, как того хочет Люциус. Ритуал был прерван, магию он не только не получил, но и сам вынужден был скрываться.

— А теперь, после смерти Малфоя-старшего, та часть темной магии, которая находилась в Дэниеле после незаконченного ритуала, окончательно исчезла, — не смогла удержаться догадливая Гермиона.