Около 10 часов утра 15 января 1947 г. дежурная служба полицейского управления Лос-Анджелеса приняла телефонное сообщение об обнаружении расчлененного человеческого тела на пересечении Нортон-авеню и 39-й улицы. Первым по указанному адресу прибыл наряд в составе полицейских Фрэнка Паркинса и Уилла Фитцджеральда.
Стив Ходел оценил показания своей сестры как очень серьезные и обоснованные. В том, что Тамар обвинила отца в убийстве Элизабет Шорт, он видит косвенное подтверждение семейных преданий.
Любопытна развязка этой истории. Все лица, поименованные Тамар, были допрошены в полиции. Все обвиненные ею люди наотрез отказались признавать вину. Между тем, свидетели Тамар дали показания в целом соответствовавшие сути сделанного ею заявления. После месячного расследования, дело было передано в суд.
Процесс, состоявшийся в декабре 1949 г., был сенсационен. Мать Тамар — Дороти Ходел — обвинила дочь в клевете на отца и заявила, что двумя годами ранее обращалась к психиатру с целью проверки здоровья дочери, которая систематически лгала. Дороти утверждала, что Тамар «не поддается контролю и неисправима».
В суде были представлены документы, согласно которым Джордж Ходел в то самое время, когда он, якобы, насиловал свою дочь, находился на излечении в санатории после тяжелого сердечного приступа. В защиту обвиняемого выступили в общей сложности 14 человек; помимо супруги Джорджа защищали теща, сводный брат, друзья и пр. Все свидетели обвинения под присягой изменили свои показания.
Приговор суда, вынесенный 23 декабря 1949 г., оказался неожиданным: все лица, обвиненные Тамар Ходел, освобождались от подозрений, сама же Тамар объявлялась жертвой преднамеренных манипуляций со стороны… 22-летней Барбары Шерман, одной из трех свидетелей обвинения. Последняя приговаривалась к 3 годам лишения свободы условно, кроме того, ей официально запрещалось вступать в любой контакт с членами семьи Джозефа Ходела и его друзьями.
Стивен Ходел, разбирая обстоятельства этого судебного процесса, заявил в своей книге, что суд сделался жертвой недобросовестных манипуляций его отца. Детективы из департамента полиции предупредили Джозефа Ходела о том, что телефон его поставлен на прослушку, они же провели со свидетелями необходимую работу, в результате которой те изменили в суде показания, данные на предварительном расследовании. Стивен Ходел сослался на мнения некоторых детективов, которые допускали возможность убийства Элизабет Шорт его отцом и предлагали провести тщательное расследование этой версии. Эти предложения были не услышаны, более того, заявления Тамар, связанные с Элизабет Шорт, на суде вообще не затрагивались. Хотя формально Джозеф Ходел сумел выйти сухим из воды, очень многие люди в Лос-Анджелесе скептически восприняли судебный приговор; вокруг Ходела сложилась обстановка всеобщего отчуждения и он был вынужден оставить город. В течение 30 лет он занимался импортом в США экзотических лекарств из Азии, заработал на этом бизнесе очень большие деньги и вернулся в родной город только в 1979 г. К этому времени большинства участников процесса 1949 г. уже не было в живых. Скончался Джозеф Ходел в 1999 г. в полном маразме, он даже не узнал о том, что сын написал о нем книгу.
Такова вкратце история, рассказанная Стивеном Ходелом. Разумеется, появление подобного исследования, причем оперирующего информацией малоизвестной либо давно забытой, сопровождалось взрывом общественного интереса к «делу Элизабет Шорт». Как это нередко бывает новая версия нашла как суровых критиков, так и горячих сторонников.
Сотрудник лос-анджелесского департамента полиции Брайен Карр попытался провести экспертизу представленных Стивом Ходелом фотографий из семейного альбома на которых, якобы, была запечатлена Элизабет Шорт. Однозначного результата экспертиза не дала — качество снимков было таково, что надежная идентификация изображенных на них людей не представлялась возможной.