Около 10 часов утра 15 января 1947 г. дежурная служба полицейского управления Лос-Анджелеса приняла телефонное сообщение об обнаружении расчлененного человеческого тела на пересечении Нортон-авеню и 39-й улицы. Первым по указанному адресу прибыл наряд в составе полицейских Фрэнка Паркинса и Уилла Фитцджеральда.
36 мин, 23 сек 9146
Был получен ордер на арест Роберта Мэнли, он был доставлен в здание полицейского департамента и подвергся допросу, который продлился более двух суток. Подозреваемый полностью отвергал все обвинения; Мэнли твердил, что действительно намеревался добиться близости с Элизабет, но та отвергла его притязания. По его словам они сняли номер в одном из мотелей, после чего Элизабет улеглась в кровать и заявила, что плохо себя чувствует. Она не позволила Мэнли лечь рядом с собой и обескураженный донжуан провел ночь на 9 января сидя верхом на стуле. Поутру девушка заявила, что ей надлежит встретить сестру в отеле «Балтимор» и попросила отвезти ее туда на машине. Бедолага Мэнли, проклиная все на свете, отвез ее в гостиницу и расстался с Элизабет в 18.30 9 января.
Мэнли дважды проверяли на полиграфе, но в конце-концов полицейские убедились в полной его невиновности. Персонал отеля «Балтимор» опознал Элизабет Шорт в предъявленных фотографиях; она действительно пробыла в холле гостиницы до 21.00 и несколько раз звонила по телефону, после чего ушла в неизвестном направлении. Ее никто не поджидал и, разумеется, ни с какой сестрой она не встречалась по той простой причине, что все сестры Элизабет в это время находились в Массачусетсе. 18 января Мэнли был освобожден из-под стражи.
Информацию, полученную в гостинице «Балтимор» следовало признать очень важной и по другой причине. После того, как Элизабет покинула гостиницу (напомним, что это произошло вечером 9 января 1947 г.) ее никто более живой не видел. Между тем, аутопсия показала, что кишечник погибшей был заполнен продуктами переработки пищи. Это означало, что вплоть до дня смерти Элизабет Шорт продолжала получать пищу. Полицейская практика свидетельствует, сексуальные преступники в случае похищения жертв обычно не кормят своих пленников. Даже если считать, что гибель Элизабет Шорт последовала 13 января (т. е. на сутки раньше официально признаной даты смерти) все равно получалось, что в течение нескольких дней она оставалась на свободе. Тем не менее, полиции так и не удалось установить где и с кем Элизабет Шорт провела последние дни своей жизни после 9 января 1947 г.
Всю вторую половину января лос-анджелесские газеты размещали на своих страницах публикации, посвлященные Элизабет Шорт и ее гибели. Интерес к преступлению оказался, т. о. изрядно подогрет. Когда в 20-х числах января в Лос-Анджелес приехали сестры погибшей и ее мать их встретила целая армия журналистов, жаждущая эксклюзивных интервью и необыкновенных деталей личной жизни погибшей. Напомним: в интересах следствия полиция не разглашала информацию о том, что Элизабет Шорт не жила половой жизнью, а потому в большинстве газетных публикаций о погибшей писали как о девушке легкого поведения, разве что проституткой не называли. Понятно, что подобный интерес родственникам погибшей был неприятен и даже прямо оскорбителен. За все время пребывания в Лос-Анджелесе родственники Элизабет Шорт не дали ни одного интервью; на похороны, состоявшиеся на кладбище «Окленд маунтайн» пресса допущена не была. Впрочем, пишущая братия вскоре пронюхала, где именно произведено захоронение и на могилу Элизабет Шорт началось настоящее нашествие паломников. В конце-концов, для того чтобы оградить могилу от вандализма, администрации кладбища пришлось изменить разбивку территории на участки и их нумерацию. (В процессе подготовки этого очерка автору довелось увидеть на англоязычном форуме рассуждения по этому поводу двух туристов: один из них написал, что зная номер участка — 938 Восточный — обошел все кладбище, но могилы Элизабет Шорт не нашел, второй в ответ на это рассказал где именно ее следует искать и описал ориентиры, особо подчеркнув, что нынешняя разбивка на участки не соответствует первоначальной).
Лос-анджелесские детективы, разумеется, не преминули лично допросить родственников Элизабет Шорт при их появлении в городе. Информация, полученная от них, дала толчок следствию в новом направлении.
Элизабет буквально была одержима идеей выйти замуж за военного летчика — это утверждала вся ее родня. Трудно сказать, что питало подобный девичий романтизм — форма пилотов или величина их денежного содержания — но расставшись в 1943 г. с отцом, Элизабет пошла работать на военную базу «Кэмп-Кук» в Калифорнии. Кстати, именно тогда ее дактилоскопировали. В«Кэмп-Куке» было много военных летчиков, а потому работа на почте казалась Элизабет необыкновенно привлекательной. На местном конкурсе красоты 19-летняя Элизабет заняла первое место, чем снискала ненависть остальных соискательниц мужских сердец. Командованию базы последовало несколько жалоб на поведение Элизабет Шорт и девушке пришлось уволиться.
Мэнли дважды проверяли на полиграфе, но в конце-концов полицейские убедились в полной его невиновности. Персонал отеля «Балтимор» опознал Элизабет Шорт в предъявленных фотографиях; она действительно пробыла в холле гостиницы до 21.00 и несколько раз звонила по телефону, после чего ушла в неизвестном направлении. Ее никто не поджидал и, разумеется, ни с какой сестрой она не встречалась по той простой причине, что все сестры Элизабет в это время находились в Массачусетсе. 18 января Мэнли был освобожден из-под стражи.
Информацию, полученную в гостинице «Балтимор» следовало признать очень важной и по другой причине. После того, как Элизабет покинула гостиницу (напомним, что это произошло вечером 9 января 1947 г.) ее никто более живой не видел. Между тем, аутопсия показала, что кишечник погибшей был заполнен продуктами переработки пищи. Это означало, что вплоть до дня смерти Элизабет Шорт продолжала получать пищу. Полицейская практика свидетельствует, сексуальные преступники в случае похищения жертв обычно не кормят своих пленников. Даже если считать, что гибель Элизабет Шорт последовала 13 января (т. е. на сутки раньше официально признаной даты смерти) все равно получалось, что в течение нескольких дней она оставалась на свободе. Тем не менее, полиции так и не удалось установить где и с кем Элизабет Шорт провела последние дни своей жизни после 9 января 1947 г.
Всю вторую половину января лос-анджелесские газеты размещали на своих страницах публикации, посвлященные Элизабет Шорт и ее гибели. Интерес к преступлению оказался, т. о. изрядно подогрет. Когда в 20-х числах января в Лос-Анджелес приехали сестры погибшей и ее мать их встретила целая армия журналистов, жаждущая эксклюзивных интервью и необыкновенных деталей личной жизни погибшей. Напомним: в интересах следствия полиция не разглашала информацию о том, что Элизабет Шорт не жила половой жизнью, а потому в большинстве газетных публикаций о погибшей писали как о девушке легкого поведения, разве что проституткой не называли. Понятно, что подобный интерес родственникам погибшей был неприятен и даже прямо оскорбителен. За все время пребывания в Лос-Анджелесе родственники Элизабет Шорт не дали ни одного интервью; на похороны, состоявшиеся на кладбище «Окленд маунтайн» пресса допущена не была. Впрочем, пишущая братия вскоре пронюхала, где именно произведено захоронение и на могилу Элизабет Шорт началось настоящее нашествие паломников. В конце-концов, для того чтобы оградить могилу от вандализма, администрации кладбища пришлось изменить разбивку территории на участки и их нумерацию. (В процессе подготовки этого очерка автору довелось увидеть на англоязычном форуме рассуждения по этому поводу двух туристов: один из них написал, что зная номер участка — 938 Восточный — обошел все кладбище, но могилы Элизабет Шорт не нашел, второй в ответ на это рассказал где именно ее следует искать и описал ориентиры, особо подчеркнув, что нынешняя разбивка на участки не соответствует первоначальной).
Лос-анджелесские детективы, разумеется, не преминули лично допросить родственников Элизабет Шорт при их появлении в городе. Информация, полученная от них, дала толчок следствию в новом направлении.
Элизабет буквально была одержима идеей выйти замуж за военного летчика — это утверждала вся ее родня. Трудно сказать, что питало подобный девичий романтизм — форма пилотов или величина их денежного содержания — но расставшись в 1943 г. с отцом, Элизабет пошла работать на военную базу «Кэмп-Кук» в Калифорнии. Кстати, именно тогда ее дактилоскопировали. В«Кэмп-Куке» было много военных летчиков, а потому работа на почте казалась Элизабет необыкновенно привлекательной. На местном конкурсе красоты 19-летняя Элизабет заняла первое место, чем снискала ненависть остальных соискательниц мужских сердец. Командованию базы последовало несколько жалоб на поведение Элизабет Шорт и девушке пришлось уволиться.
История ждёт вашего следа
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить след
Страница 4 из 12
