Голод

— Извините, — заметила Сара, — но вам придется снять одежду. — Мириам начала раздеваться. — Не всю, — поспешно добавила Сара, — только верхнюю. И все металлические предметы. — Она исподлобья взглянула на Мириам; ее глаза смеялись. Ужасный момент.

Рифкинд в достаточной степени уже держал себя в руках и подошел, чтобы закрепить ремни, которые будут удерживать Мириам, когда стол начнет перемещаться из одного положения в другое. Она позволила себя привязать, но Сара заметила, что лицо ее стало напряженным, на глазах выступили слезы. Мириам была перепугана. Это почему-то очень тронуло Сару.

— Вы сами сможете расстегнуть ремни, если пожелаете, — сказала она. Мириам взглянула на нее с видимым облегчением.

Рифкинд изобразил на липе свою самую обаятельную улыбку.

— Мы сделаем полное просвечивание тела. По снимку на каждый квадрант тела, снимки черепа в разных положениях и два снимка на ноги. Таким образом мы получим полную картину вашего скелета.

— Пожалуйста, минимальную интенсивность. Я не люблю рентген.

Рифкинд натянуто ухмыльнулся, на лице его выступил пот.

— Мы так и сделаем. Обещаю. — Кивком головы он позвал всех в аппаратную, откуда можно было управлять и рентгеновской трубкой, и подвижным столом. Когда пациент размещался на столе, рентгенологу уже было не обязательно входить в комнату до окончания просвечивания; таким образом свелась к минимуму доза облучения персонала, а прием пациентов значительно ускорился.

— Она требует минимальной интенсивности, — заметил Рифкинд, когда дверь за ними закрылась. — Жаль, нам придется ее чуть ли не поджарить.

— Не смей ей вредить, Марта! — Саре хотелось ударить его, разбить его толстую рожу.

— Что? — Извини. Я имею в виду, давайте поддерживать интенсивность на минимально необходимой. Помни, она для нас представляет особую ценность. Никакого риска, каким бы незначительным он ни был.

Не отвечая, Рифкинд стал щелкать переключателями, управлявшими излучателем и столом. Сара и сама поразилась силе своих эмоций. Почему она так стремится защитить Мириам? Разве подобает ей так вести себя? Она не знала ответа на этот вопрос.

Женщина оставалась совершенно неподвижной: губы чуть приоткрыты, взгляд устремлен прямо в смотровое окошко. Ее глаза, казалось, искали взгляд Сары, и она позволила себе ответить на этот призыв. И в течение тех долгих минут, пока проводилась рентгенография черепа, Сара позволяла Мириам смотреть ей в глаза. Это было восхитительное, завораживающее чувство, подобное тому, что испытываешь, стоя обнаженной перед человеком, которого по-настоящему любишь.

Том внимательно наблюдал за Сарой.

— Я не очень-то уверен, что Мириам не представляет опасности, — заметил он. Он уже начал было думать, что она его не услышала, но — вспыхнув — она резко повернулась к нему, сверкая глазами.

— Твое утверждение не относится к делу!

— Она накачивает тебя наркотиками, вливает тебе неизвестно какую кровь — а ты ее защищаешь. Боюсь, мне этого просто не понять.

— Она драгоценна. Да, ее поведение весьма непредсказуемо. Но нам столько еще предстоит узнать! Подумай об этом, Том.

— Благодарю за совет. Я просто счастлив, что у Мириам Блейлок есть удобная палата с крепкими стенами, где она сможет провести ночь.

— Посмотри на это с моей точки зрения. Я хочу, чтобы ты понял, какие чувства я к ней испытываю.

— Чувства? — Я почти остановила процесс старения у Мафусаила. И тут как с неба сваливается эта… женщина, и характеристики ее крови сходны с теми, что были у Мафусаила перед самой его смертью. Единственное различие состоит в том, что она жива и прекрасно себя чувствует.

Сэм Раш появился в комнате. Том даже подпрыгнул, услышав за спиной его голос: — Только не отпустите ее снова. Вы отвечаете за ее пребывание здесь — и спрашивать будут с вас.

— Очень хорошо, доктор. — Том вспомнил об отделении психиатрии, о здоровых охранниках, вооруженных только резиновыми дубинками. Он мысленно напомнил себе о необходимости поставить вооруженную охрану и у палаты Мириам.

— Пожалуйста, потише, мне надо сосредоточиться. Я собираюсь сделать флюорографический прогон черепа, если вас это интересует. — Рифкинд заговорил в интерком: — Миссис Блейлок, поверните голову направо, пожалуйста. — Руки забегали по кнопкам, включился флюороскоп. — Ненормальность, — заметил он сдавленным голосом. — Замечательная ненормальность! — И снова в интерком: — Пожалуйста, откройте рот. Спасибо. Закройте. Сделайте глоток. — Он чуть не прыгал от возбуждения. — Посмотрите на ее нижнюю челюсть! Джек, уменьши интенсивность, — сказал он остеологу, которого Том пригласил заранее. Он выключил флюороскоп. — Не хотелось бы, чтобы она стала светиться в темноте.