Город призраков

Я перелистнул страницу летописи. И вслух прочитал огромные печатные буквы заголовка новой главы: «История жизни умерших». И вновь перелистнул страницу. Зная, что история жизни частенько говорит о причинах смерти. Но мне не суждено было узнать истории жизней умерших в этом городке. Поскольку остальные страницы были аккуратно вырваны. Я присвистнул от удивления.

— Вот это да! Похоже, что кто-то не желал, чтобы знали за какие-такие грехи умирали жемчужане.

Сенечка, Модест и Вано, о чем-то беседующие рядом, придвинулись ко мне. И были не менее поражены.

— Странно, — взволнованно пробормотал Модест. — Все это очень странно.

— Скажите, когда вы в последний раз видели эти страницы целыми и невредимыми?

Модест растерялся.

— Извините, но я давно уже не раскрывал эту книгу. Основные факты я знаю наизусть. А эту главу мы решили не вести. Более того, я решил не придавать особого значения фактам жизни умерших. Дабы не вызвать лишних разговоров и сплетен. Которые являются крайне опасными для морали людей. Поэтому… Поэтому эти страницы истории меня интересовали меньше всего. Не помню — заглядывал ли я в эту главу вообще когда-либо.

Сенечка смущенно откашлялся.

— Я тоже не помню точно… Но года четыре назад я решил писать роман. Помните, я говорил? Меня интересовали эти призраки. И я думал, что может выйти увлекательное чтение. Я просматривал эту книгу, делал записи, но не помню про эти страницы… Возможно, я что-то переписал. А, возможно… Нет, я не помню. Это было так давно. К тому же совет города постановил, чтобы я не писал эту книгу. Сами понимаете, таинственные, возможно, где-то пикантные истории. Это могло бы повредить репутации Жемчужного.

Я посчитал вырванные страницы. Пятьдесят три штуки. Что-то слабо верилось, чтобы на пятьдесяти трех страницах были описаны только сомнительные нравы умерших. Не прихватил ли любитель истории города еще что-нибудь? Я поинтересовался у Модеста Демьяновича, но он уверил, что все главы, кроме этой, в целостности и сохранности. Однако я не собирался слепо ему верить. Во-первых, он лет сто не открывал эту книгу. Во-вторых, он мог забыть по старости. И в-третьих, он мог просто соврать. Если, конечно, вообще не сам их вырвал.

Что ж. Похоже, нам здесь больше делать было нечего. В этом городе если и происходят мистические вещи, то преступлений здесь совершается не меньше. И несомненно все это было связано с онкологическими заболеваниями. Которых здесь почему-то гораздо больше, чем в любом другом месте.

Честно говоря, мы понятия не имели как продолжать наше расследование. Похоже тайна всех преступлений, если таковые действительно имели место, находилась в начале XX века. Где-то в тайных помыслах графа. Но мы не тешили себя надеждой оживить графа и выпытать у него тайну. Равно как и проникнуть в прошлое. Самое реальное, что можно было бы сделать, — это отыскать вырванные страницы. Но и это представлялось маловероятным. Не могли же мы бегать по домам и обыскивать несчастных жемчужан.

Впрочем, вполне разумную идею подбросил Сенечка. Вполне возможно, сказал он, сдвинуть дело с мертвой точки поможет чета Кис-Кис. Не считая того, что они самые разговорчивые люди в городе. В их гостинице бывает много всякого люду. И кто-нибудь мог невзначай обмолвиться об истории города. Да и сама гостиница находилась в усадьбе графа. И возможно, Ки-ки и Ли-ли знают гораздо больше об этом графе, чем все остальные.

Наши желудки вполне согласились с предложением журналиста отправится в гостиницу. Так как уже призывно урчали от голода и прекрасно помнили великие кулинарные изыски Ли-Ли. И ожидания наши не были напрасными.

Уже через минут двадцать мы обмакавали поджаристые до золотистой корочки яблочные блинчики в сметанный крем. И предавались дружеской беседе об истории Жемчужного. Постепенно к нам присоединялись и все остальные почтенные жемчужане. Мэр города с прекрасной женой Дианой и их не менее прекрасная дочь Полина. За ними сразу же подоспел Модест Демьянович. Крайне встревоженный нашим разговором и пропажей страниц из священной для города летописи. Доктор Ступаков пришел со своей племянницей Галкой. Они были в трауре. Темное платьице вовсе не шло этой пампушке. Ей бы поярче, да поцветастей к ее пышной, цветущей фигуре и румяному лицу. А черный костюм Ступакова очень даже подходил к его мрачному слезливому выражению глаз. После того, как явился Гога Сванидзе, мы решили, что гостей уже не предвидеться. Но неожиданно пришли Белка с Угрюмым. Который умудрился за прошедшее время не только напиться, но и отрезветь. Хотя его мутные глаза и помятое лицо говорили, что в данный момент ему не сладко.

Как оказалось, все явились предварительно не сговариваясь. Поскольку всех потрясла еще одна смерть — Ларисы Андреевной. И сливкам общества хотелось не столько почтить ее память. Сколько узнать подробности ее смерти. И по возможности их обсудить. Благо, яблочных блинчиков было вдоволь. Это, кстати, все-таки наводило на мысль, что кто-то таки заранее договорился со всеми о встрече.