Город призраков

— В том-то и дело, едва я зашел в свою комнату, он тут же разбил лампочку. Правда, с прихожей светил слабый свет. И я увидел… Вы ни за что не поверите, — Сенечкин голос дрожал. Хотя он старался не подавать виду, что страшно напуган. И естественно, хотел предстать перед нами героем. Но это было выше его сил. — Боже, ребята, вы не поверите… Я даже не знаю. Может, мы в чем-то просчитались, и может это совсем другое. Хотя я раньше этому особенно не верил…

— Ну же! Говори! Что?!

— Это был я, — выдохнул Сенечка. И бессильно опустил руки на колени. И поднял на нас глаза, полные ужаса. Он уже не скрывал, что боится. — Это был я. Мои веснушки, мои рыжие волосы. Моя светлая рубашка… И все же…

Сенечка гордо встряхнул головой.

— Все же я до конца не испугался. Конечно, на секунду я оцепенел от страха. Но потом бросился на него. И схватил за руку. И стал тянуть его к себе. Мы начали бороться. Он рванул меня за рубашку, вырвал пуговицы. Но я не отпускал его. Тогда он ударил меня по лицу, и от неожиданности я отпустил его руку. Вот тогда он выбил окно и выскочил на улицу. А потом я услышал лай собаки с другой стороны дома. И в моей голове все перепуталось. Я подумал, что это могут быть его сообщники, и хотел спустить пса…

— Значит, это был не призрак. И тем более — не твой двойник, — заключил я.

— Ну да. Теперь это я тоже понимаю. Разве с призраком можно бороться? Но все же… — он неожиданно покраснел. И опустил взгляд. Он был совсем еще ребенком. Лопоухий, наивный, с россыпью мелких веснушек на бледноватом лице. — И все же, ребята… Ну, я понимаю, что вы решите, будто я трус или еще что-то в этом роде. Но в общем…

Он неожиданно встряхнул рыжей лохматой головой. И гордо, даже вызывающе закончил.

— В общем, я решил завтра же пойти к Ступакову. Сделать ренген. Сдать анализы. И в общем… Выяснить, нет ли у меня этого… Этой ужасной болезни, — произнести «рак» он все-таки не решился.

— Это глупо, — улыбнулся я. И еще мне только осталось погладить по голове этого ребенка. — Ты же сам, Сенечка, понимаешь, почему он к тебе этой ночью явился. Он просто попался на эту уловку с записями. Вот и все.

Но Сенечка упрямо покачал головой.

— Нет, все равно. Двойники всегда приходят перед смертью. Даже если это не призраки. В общем, я все равно хочу знать. Особенно после того, как Ступаков рассказал всю правду. И если я ошибался, а я на это очень надеюсь. Если я здоров. Тогда как только закончится это дурацкое дело, я сразу же отсюда смотаюсь. И подальше.

В этом был он совершенно прав. И мы, заверив что никакого рака у него нет, тут же поддержали его идею на счет отъезда. Заверив, что такому симпатичному, талантливому и жизнерадостному парню нечего делать в этой насквозь прогнившей дыре. Несмотря на ее экологическую и моральную чистоту.

После этого мы убедили Сенечку, что в любом случае оставаться дома ему опасно. И поскольку это дело, по всей видимости, идет к завершению. Ему следует пожить в гостинице. Во всяком случае, пока мы там, ему ничего не грозит. Он для виду похрабрился и по-мальчишески повыпендривался, мол ничего не боится. Но в итоге с удовольствием присоединился к нашей компании.

По дороге Сенечка попытался подробнее вспомнить, что представлял собой этот призрак. Но у страха глаза велики. И он даже толком не мог сказать, мужчина это был или женщина. Но, по рассуждениям Сенечки, судя по руке, в которую он вцепился, наверное, мужчина.

Когда Сенечка под усиленной охраной Вано отправился в гостиницу. Я, не забывая о назначеной встреча с Белкой, отправился к морю. У нее, кстати, тоже не мешало бы пораспросить об этих призраках. С которыми, она, по всей видимости, водит дружбу. А еще мне просто не терпелось ее увидеть, хотя в этом я не признавался даже себе. Во всяком случае, избегал разговора на эту щекотливую тему с самим собой. Вано, правда, перед самым отходом шепнул мне, чтобы я особенно не давил на нее. Поскольку лично он сомневается в ее виновности. Да и в виновности двух ее милых папаш. Его слова согрели мне душу. Хотя я в отличие от него был настроен менее оптимистично. Вновь вспоминая о своей бывшей жене, которой когда-то доверял больше всего на свете.

И все же. Увидев Белку, я начисто забыл про всех лживых жен на свете. Она сидела на корточках, спиной ко мне. Вглядываясь в морскую бесконечность. Обхватив коленки своими тонкими руками. Ее огненно рыжие волосы разметались по спине. Ее светлое платьице парусом надувалось под порывами ветра. И беспокойные волны моря касались ее босых ног. В мерцающем освещении звезд и полной луны она выглядела юной рыжеволосой богиней. Только что сошедшей с небес. А богиням я не доверять не привык.

Я сбросил кеды, закасал джинсы и бесшумно подкрался к ней. И обхватил ее сзади за плечи. И чтобы она не успела испугаться, прошептал в ухо. Нараспев.

— Бел-ка, Бел — ка, Бел-ка.

Она успела испугаться. Или сделала вид. Резко повернув ко мне голову. В ее больших ночных глазах застыл страх.

— Ой, Ник, как ты меня напугал!