Фандом: Ориджиналы. Нет больше надежды, — говорит Кирилл. Да есть она, есть… Сломанная, нами уничтоженная. Мы воскресим её, создадим, слепим из пластилина. Она живет в нас, надежда эта, и умирает, как говорят, последней. Я уже дышать не буду, а буду надеяться, что задышу…
317 мин, 45 сек 2897
Еда согреться не помогла, и я в который раз проклял себя: нужно было брать алкоголь. Водка, виски — что угодно, они распалили бы меня, прогрели изнутри. Однако я, движимый желанием убить, не помнящий ничего, кроме Тёмки и Беса, наплевал на собственную жизнь…
Ориентироваться в лесу уже не могу. Чувствую, сдохну здесь, не дойду. Но что-то внутри продолжает толкать меня вперед, и я иду, продолжая пробираться сквозь плотные колючие заросли. Слышу уханье совы, шелест в кустах и негромкое завывание. Страх сковывает тело, и я понимаю: в этом лесу останусь навечно. Если не замерзну, то меня сожрут. Кто я против зубастого прыткого хищника? Мясо на косточке, которое проглотят и не заметят. Внутри разрастается паника, и я готов заорать от страха, но тут же вдалеке вижу огни. Микроскопические лампы просвечивают сквозь плотные кроны деревьев. Лагерь, он близко. Тёмка близко. И Бес, он тоже…
Высота осталась прежней — почти три этажа. Каменная стена, без окон, но с пожарной лестницей, которой раньше не было. Странно, что вот так просто здесь поставили лестницу. Конечно, до земли она не достаёт, но мало ли кому в голову взбредет в голову забраться сюда. Легкий путь, в самый раз для меня, но…
Головой верчу, пытаясь разглядеть камеры наблюдения, но не замечаю ни одной. Даже если они и есть, пробираться мне только здесь, а ночь — лучший вариант. На часах три сорок, не буду терять время.
Выскальзываю из-за дерева и бегу к стене, быстро, как только могу. Ноги едва слушаются, пальцы рук — не сгибаются практически. К стене прислоняюсь, руку вверх тяну и цепляюсь за пожарную лестницу. Вниз она съезжает бесшумно, и я чувствую себя героем компьютерной игры, радуюсь, предвкушая, как неслышно проберусь в эту дыру и перережу глотки всем противникам. Сердце начинает биться чаще, когда лезу вверх. Шаг за шагом преодолеваю разделяющее меня и Тёмку расстояние. Почти уверен, что он там, наверху, рядом с Бесом, нутром чувствую.
Через перила осторожно пролезаю на балкон и сижу на корточках, осматриваюсь. Начинает светать, небо вдали проясняется и, кажется, что становится еще холоднее. Здесь наверху воздух суше и резче, проникает сквозь влажную одежду. Как бы мне сейчас согреться — неразрешимый вопрос. Только попав внутрь, я смогу прийти в себя. Если так представить: выгляни сейчас сюда Бес, я и сделать ничего не смогу. Нет силы в руках, в ногах. Голова пустая, в желудке урчит. Ложусь на живот и ползком продвигаюсь к двери, чтобы посмотреть, есть ли кто в комнате. Голову приподнимаю и замираю. Дыхание перехватывает от нахлынувших эмоций. Это шок, да…
Артём сидит на Косте, двигается из последних сил, черт, почти спит — вижу по уставшему выражению лица. Но ему хорошо: он шевелит губами, иногда, приоткрыв рот, чуть закидывает голову назад — что-то шепчет Бесу, стонет от наслаждения. Тёме хорошо. Ему нравится, как Бес трахает его. А ведь он почти ничего не делает: удерживает его одной рукой за ягодицы, другой — опирается в кровать и двигает тазом. Вверх-вниз. Медленно. Вижу тугие мышцы его ног, рук, торс. Загорелая кожа и сосредоточенное выражение лица. Бес облизывает свои губы, ускоряет ритм, а Тёма, убирая с лица волосы, держится за его плечо. Тёме очень хорошо, ведь Костя…
Опускаю голову и утыкаюсь прямо в бетонный пол носом. Дышу в пол, создавая вокруг себя горячее невидимое облако. Я в негодовании. Как такое может быть, чтобы всё было настолько идеально? Вот это всё…
Стараюсь дышать глубже, пытаясь успокоиться, но всё тело в напряжении. Волнение бьёт с силой, окуная меня в водоворот таких мыслей, о существовании которых я даже не предполагал. Мне так холодно лежать здесь, но внутри жар.
Поднимаю глаза: Артём кончает. Зажав себе рот рукой, кончает и смотрит Бесу в глаза, а тот, слегка улыбаясь, смотрит в зеркало на противоположной стороне от балкона…
Добираемся до лагеря. Артём уже прилично пьян, но вижу, что он рад прибыть на место. Дорога измотала его, в глазах — усталость. Знакомые лица, коридоры. Кто-то кивает мне, кто-то поднимает руку в немом приветствии. Артём лишь жмется ко мне, пугаясь косых взглядов. Поднимаемся в комнату, кидаю наши с ним вещи на диван и падаю рядом. Все тело затекло от нескольких часов бездействия. Артём стоит посреди спальни, не зная, куда себя деть.
— Иди ко мне, — говорю, но встаю и сам подхожу к нему. Он как зашуганный заяц в лесу, которого окружили волки. Но мы здесь одни, и лишь атмосфера сбивает Тёму с нормального настроения. Не помог даже алкоголь. Артём прячет глаза, смущается, боится, и из-за выражения его лица мне хочется хорошенько встряхнуть его. Ну что за пиздец? Всё ж нормально!
— Я хочу спать, — говорит он. Киваю и, подойдя к кровати, скидываю на пол покрывало.
— Раздевайся, ложись. Я в душ.
Ориентироваться в лесу уже не могу. Чувствую, сдохну здесь, не дойду. Но что-то внутри продолжает толкать меня вперед, и я иду, продолжая пробираться сквозь плотные колючие заросли. Слышу уханье совы, шелест в кустах и негромкое завывание. Страх сковывает тело, и я понимаю: в этом лесу останусь навечно. Если не замерзну, то меня сожрут. Кто я против зубастого прыткого хищника? Мясо на косточке, которое проглотят и не заметят. Внутри разрастается паника, и я готов заорать от страха, но тут же вдалеке вижу огни. Микроскопические лампы просвечивают сквозь плотные кроны деревьев. Лагерь, он близко. Тёмка близко. И Бес, он тоже…
Высота осталась прежней — почти три этажа. Каменная стена, без окон, но с пожарной лестницей, которой раньше не было. Странно, что вот так просто здесь поставили лестницу. Конечно, до земли она не достаёт, но мало ли кому в голову взбредет в голову забраться сюда. Легкий путь, в самый раз для меня, но…
Головой верчу, пытаясь разглядеть камеры наблюдения, но не замечаю ни одной. Даже если они и есть, пробираться мне только здесь, а ночь — лучший вариант. На часах три сорок, не буду терять время.
Выскальзываю из-за дерева и бегу к стене, быстро, как только могу. Ноги едва слушаются, пальцы рук — не сгибаются практически. К стене прислоняюсь, руку вверх тяну и цепляюсь за пожарную лестницу. Вниз она съезжает бесшумно, и я чувствую себя героем компьютерной игры, радуюсь, предвкушая, как неслышно проберусь в эту дыру и перережу глотки всем противникам. Сердце начинает биться чаще, когда лезу вверх. Шаг за шагом преодолеваю разделяющее меня и Тёмку расстояние. Почти уверен, что он там, наверху, рядом с Бесом, нутром чувствую.
Через перила осторожно пролезаю на балкон и сижу на корточках, осматриваюсь. Начинает светать, небо вдали проясняется и, кажется, что становится еще холоднее. Здесь наверху воздух суше и резче, проникает сквозь влажную одежду. Как бы мне сейчас согреться — неразрешимый вопрос. Только попав внутрь, я смогу прийти в себя. Если так представить: выгляни сейчас сюда Бес, я и сделать ничего не смогу. Нет силы в руках, в ногах. Голова пустая, в желудке урчит. Ложусь на живот и ползком продвигаюсь к двери, чтобы посмотреть, есть ли кто в комнате. Голову приподнимаю и замираю. Дыхание перехватывает от нахлынувших эмоций. Это шок, да…
Артём сидит на Косте, двигается из последних сил, черт, почти спит — вижу по уставшему выражению лица. Но ему хорошо: он шевелит губами, иногда, приоткрыв рот, чуть закидывает голову назад — что-то шепчет Бесу, стонет от наслаждения. Тёме хорошо. Ему нравится, как Бес трахает его. А ведь он почти ничего не делает: удерживает его одной рукой за ягодицы, другой — опирается в кровать и двигает тазом. Вверх-вниз. Медленно. Вижу тугие мышцы его ног, рук, торс. Загорелая кожа и сосредоточенное выражение лица. Бес облизывает свои губы, ускоряет ритм, а Тёма, убирая с лица волосы, держится за его плечо. Тёме очень хорошо, ведь Костя…
Опускаю голову и утыкаюсь прямо в бетонный пол носом. Дышу в пол, создавая вокруг себя горячее невидимое облако. Я в негодовании. Как такое может быть, чтобы всё было настолько идеально? Вот это всё…
Стараюсь дышать глубже, пытаясь успокоиться, но всё тело в напряжении. Волнение бьёт с силой, окуная меня в водоворот таких мыслей, о существовании которых я даже не предполагал. Мне так холодно лежать здесь, но внутри жар.
Поднимаю глаза: Артём кончает. Зажав себе рот рукой, кончает и смотрит Бесу в глаза, а тот, слегка улыбаясь, смотрит в зеркало на противоположной стороне от балкона…
Добираемся до лагеря. Артём уже прилично пьян, но вижу, что он рад прибыть на место. Дорога измотала его, в глазах — усталость. Знакомые лица, коридоры. Кто-то кивает мне, кто-то поднимает руку в немом приветствии. Артём лишь жмется ко мне, пугаясь косых взглядов. Поднимаемся в комнату, кидаю наши с ним вещи на диван и падаю рядом. Все тело затекло от нескольких часов бездействия. Артём стоит посреди спальни, не зная, куда себя деть.
— Иди ко мне, — говорю, но встаю и сам подхожу к нему. Он как зашуганный заяц в лесу, которого окружили волки. Но мы здесь одни, и лишь атмосфера сбивает Тёму с нормального настроения. Не помог даже алкоголь. Артём прячет глаза, смущается, боится, и из-за выражения его лица мне хочется хорошенько встряхнуть его. Ну что за пиздец? Всё ж нормально!
— Я хочу спать, — говорит он. Киваю и, подойдя к кровати, скидываю на пол покрывало.
— Раздевайся, ложись. Я в душ.
Страница 46 из 83
