Граф Норт-Айлэнд

Ремус немного успокоился, кинул взгляд на Дризеллу. Та, казалось, готова была кинуться на Люпина с кулаками, крича: «Ну рассказывай уже! Все это будет наше!» О своих прошлых делах Ремус особо не распространялся, но жена есть жена, так что кое-какое представление о Сириусе, честности и прочем Дризелла имела.

— И если я расскажу все честно, — хрипло сказал Ремус, — то этот камень будет моим?

— Простите, — нахмурился Генрих, — брат говорил мне, что у Сириуса были три побратима и горячо любящая его невеста. Из ваших же слов следует, что помогали ему только вы?

— Помогал, — криво усмехнулся Ремус. — Если кто и пытался помочь Сириусу, то только его начальник, Артур Уизли. Ходил, хлопотал за него, на чем и погорел.

— Погорел?

— Выгнали его, без пенсии и пособия, за сочувствие «Пожирателям и помощникам Того-Кого-Нельзя-Называть», — передразнил Ремус официальную формулировку, — Артур едва сам в Азкабан не загремел. А вместо него начальником стал кто?

— Кто?

— Питер Петтигрю, разумеется, герой войны и победитель того самого, кого нельзя называть. Артура же выгнали, путь на официальные должности ему был закрыт, сбережений нет, да еще и детей на руках целая куча. Перебивался он с хлеба на воду, потом всплыла эта история с незаконным летающим автомобилем, в общем, скатился Уизли на самое дно, кажется, даже скрывался от Министерства какое-то время, чтобы не арестовали.

— Отто ничего не говорил мне об этом… — Генрих пожевал губами, — Артуре Уизли.

— Ну да, — горько усмехнулся Ремус, — в то время он был просто начальником отдела, в котором работал Сириус. А вот поди ж ты, как оно повернулось.

— Да глупость он сделал! — безапелляционно заявила Дризелла, скрещивая мощные руки на груди и глядя свысока. — Все отвернулись от Сириуса, а он полез и получил по заслугам.

— Все отвернулись? — переспросил Генрих задумчиво. — Побратимы, боевые друзья и невеста? Неудивительно, что подобное не могло прийти в голову моему бедному брату, и неудивительно, что я никак не могу разобраться в этой запутанной истории.

Ремус подумал, что Веритасерум и прочая магия могли бы помочь… если бы речь шла не о Поттере и не о Петтигрю. Попробуй явись к этим важным господам со словами, что хочешь опоить их и околдовать, дабы выполнить последнюю волю умершего брата! Мигом в Азкабане окажешься, не хуже Сириуса Блэка, да и закончишь примерно так же, как и он.

— Заступиться тогда за Сириуса означало самому оказаться в Азкабане, — мрачно ответил Ремус, — вспомните, что в те годы творилось в Британии.

— Я в то время был в Румынии, так что не в курсе творившегося, — спокойно ответил Генрих.

— Шла война, и Министерство ее проигрывало, так что Барти Крауч — старший запросил дополнительных полномочий для авроров и получил их! Теперь авроры могли хватать людей по малейшему подозрению, и хватали, уж поверьте! Без суда и следствия их отправляли в тюрьмы, особенно в Азкабан, чтобы не сбежали. Оказаться приспешником Темного Лорда означало практически подписать себе смертный приговор, оказаться сочувствующим и просящим за такого приспешника — ну практически примерно то же самое. Это с одной стороны. С другой были Пожиратели и их сумасшедший Лорд, которые вообще никаких правил не соблюдали, жгли, убивали, развешивали метки и запугивали, успешно запугивали, прошу заметить. Как Уизли в таких условиях не загремел в Азкабан — вообще уму непостижимо, наверное, Дамблдор успел прикрыть перед своей смертью.

— Дамблдор, хм, — Генрих потер бледный высокий лоб. — А что же он сам не помог Сириусу? Ведь вы же вместе состояли в некоем Ордене, управляемом Дамблдором, если я правильно помню рассказы своего брата?

— Много же он вам рассказал, — настороженно бросил Ремус.

— Он собирал информацию, — спокойно объяснил Генрих, — так что вы зря думаете, что Сириус ему растрепал какие-то военные тайны. Он упоминал побратимов, он упоминал, что его ждет невеста и что он должен сражаться, ну а остальное Отто и сам вывел или догадался. И рассказал мне все без утайки, дабы я мог успешно выполнить свою миссию.

— Понятно, — проворчал Ремус, уловивший намек. — Возможно, Дамблдор прикрыл Артура Уизли, в конце концов, тот лишь просил за своего бывшего сотрудника, пускай и попавшего в Азкабан. Но помочь Сириусу он точно не смог бы, даже если бы захотел.

— Почему? — устало спросил Генрих. — Разве он не был Великим Светлым Волшебником и как-то там еще?

— Был, но я же говорил — Министерство просто зверствовало в те годы. Про Дамблдора ходили слухи, что он сам хочет стать министром. К Ордену Феникса подозрительно относились как Министерство, так и Пожиратели, так что нам приходилось действовать с оглядкой на всех. Против Сириуса же были серьезнейшие улики, темные артефакты, письма, да еще и донос на него, сообщавший, что Блэк работает связным между Темным Лордом и Гриндевальдом. Донос, кстати, написанный именно его побратимами, Поттером и Петтигрю!

— Но и вы, Ремус, там были, не так ли? — неожиданно спросил Генрих.

— Я… откуда вы узнали?