Фандом: Гарри Поттер, Граф Монте-Кристо. Сириус Блэк предан друзьями и брошен, без суда и следствия, в Азкабан. Но, благодаря призраку отца Дамблдора, ему удается выжить и сбежать из тюрьмы, чтобы отомстить бывшим побратимам.
100 мин, 53 сек 8234
— Да воздастся каждому по жадности его, — без тени улыбки сказал Сириус.
Облик Генриха был полной противоположностью нынешнему его виду, на всякий случай, но в глубине душе Блэк был уверен, что маскировка особо не нужна. Если уж он сам себя не узнал в зеркале после того, как бежал из Азкабана, то что уж говорить об остальных? Вместо смуглого веселого подростка девятнадцати лет на Сириуса из зеркала смотрел натуральный головорез, украшенный шрамами и сединой, бледный, как будто никогда не видел солнечного света.
Он ощутил, что камень неожиданно удалился куда-то на север, и улыбнулся. Ремус все же смог сбежать, и это означало, что можно запускать следующую часть плана, начинающуюся с визита в дом к Краучу-старшему. Несмотря на богатство и мощь, доставшиеся Сириусу после того, как он нашел клад Персиваля, следовало все аккуратно подготовить, расставить фигуры по местам, дабы возмездие стало неизбежным. Лучше всего здесь подошел бы, как ни странно, Темный Лорд с его борьбой за власть, но он умер семнадцать лет назад, а жалкая попытка воскресить его, приведшая к трагедии Лонгботтомов, успеха не принесла.
Сириус пожал плечами: просто потребуется чуть больше времени на подготовку — и аппарировал прочь.
Артур внимательно смотрел на старшего сына. Билл мялся с ноги на ногу и теребил серьгу в ухе, потом поднял голову и выпалил на одном дыхании:
— Меня выгнали из «Гринготтса» и сообщили о запрете работать в любом из отделений банка!
— Неужели ты…
— Нет, отец, — отрезал Билл, — просто в банк заезжал Питер Петтигрю, и я попался ему на глаза. Не надо было переводиться в Британию.
— Эх, сынок, — Артур встал и обнял сына, — не жалей о сделанном, ведь тебя звало сердце!
— Да, но что я теперь скажу Флёр? — неожиданно потух и сгорбился Билл.
— Выкрутимся как-нибудь, — заверил его Артур, — главное, что ты не сделал ничего такого! Выкрутимся, у нас есть дом и…
Громкий и бесцеремонный стук в дверь прервал его попытки подбодрить старшего сына. Сразу после стука дверь распахнулась и в «Нору» высокомерно ворвался парень с наглым выражением лица. Сопровождали его два мага с палочками наизготовку.
— Кто вы такие и по какому праву врываетесь в мой дом?! — с возмущением произнес Артур, вставая им навстречу.
Парень высокомерно смерил его взглядом, да так, что Артур ощутил все. Свою бедность, ввалившиеся щеки, покосившиеся стены «Норы», одежду в заплатках, отсутствие еды на столе и упыря на чердаке.
— Ваш дом? — нагло оскалился парень, предъявляя внушительного вида бумагу. — Очень скоро он перестанет быть! Поэтому я пришел заранее осмотреть будущую собственность моего господина, дабы тот решил, что делать: сносить эти развалины или отдать их под свинарник.
Бац! Кулак Билла врезался в лицо наглеца, сбивая того с ног и опрокидывая на одного из магов сопровождения. Второй маг не успел даже потянуться к мантии, как обнаружил, что в лицо ему смотрит палочка Билла.
— Не надо, — устало вздохнул Артур, и после этого обратился к парню: — У меня есть еще две недели.
— Чтобы такие ни… — наглец осекся под яростным взглядом Билла. — Две недели, и даже не думайте об отсрочке! После того, что тут произошло, мой господин не проявит никакой жалости!
Когда дверь за ним захлопнулась, Билл спросил у отца:
— А кто его господин?
— Питер Петтигрю, так что все это были пустые слова, никто не дал бы мне отсрочки, — махнул рукой Артур, устало садясь обратно. — Собственно, я пересилил себя и съездил к Питеру… он даже не соизволил меня принять.
— И сколько мы должны? — ледяным голосом спросил Билл, нервно дергая себя за волосы, собранные в «конский хвост».
— Тысячу галлеонов, — тихо ответил Артур и тут же торопливо заговорил, словно оправдываясь: — Да, я знаю, не надо было брать тот кредит, да еще в залог «Норы», но твоим младшим братьям и сестре нужно было учиться дальше. Ты нашел хорошую работу в Египте, я и мама не хотели тебя беспокоить, да и как-то вроде дела немного выправились. Тут расплатились, там заняли, упыря продали, кое-как сводили концы с концами, думали — выкрутимся.
— Но ты мог бы сказать, отец! Я и Флёр обошлись бы без пышной свадьбы!
— А, пустое, — отмахнулся Артур, — деньги еще будут. Ну, останемся без «Норы», проживем как-нибудь! Главное, чтобы вы были счастливы!
— Но теперь я совсем не счастлив, — прорычал Билл. — Клянусь, я пойду к Петтигрю и…
— Не надо, — резко оборвал его старший Уизли, в голосе его лязгнула сталь. — Через неделю твои братья и сестры возвращаются из Хогвартса, такой подарок ты им хочешь устроить? Себя в тюрьме? А о матери ты подумал?
— Подумал! — нервно дернул себя за серьгу Билл. — Чтобы вы не…
— Значит, не подумал! — еще повысил голос Артур и тут же закашлялся.
— Отец! — кинулся к нему Билл.
Артур с трудом прервал кашель и слабо улыбнулся.
— Ничего, простудился зимой, бывает. Летом пройдет.
— Да на дворе и так уже лето! — Билл чуть не плакал.
Облик Генриха был полной противоположностью нынешнему его виду, на всякий случай, но в глубине душе Блэк был уверен, что маскировка особо не нужна. Если уж он сам себя не узнал в зеркале после того, как бежал из Азкабана, то что уж говорить об остальных? Вместо смуглого веселого подростка девятнадцати лет на Сириуса из зеркала смотрел натуральный головорез, украшенный шрамами и сединой, бледный, как будто никогда не видел солнечного света.
Он ощутил, что камень неожиданно удалился куда-то на север, и улыбнулся. Ремус все же смог сбежать, и это означало, что можно запускать следующую часть плана, начинающуюся с визита в дом к Краучу-старшему. Несмотря на богатство и мощь, доставшиеся Сириусу после того, как он нашел клад Персиваля, следовало все аккуратно подготовить, расставить фигуры по местам, дабы возмездие стало неизбежным. Лучше всего здесь подошел бы, как ни странно, Темный Лорд с его борьбой за власть, но он умер семнадцать лет назад, а жалкая попытка воскресить его, приведшая к трагедии Лонгботтомов, успеха не принесла.
Сириус пожал плечами: просто потребуется чуть больше времени на подготовку — и аппарировал прочь.
Глава 7
1996 год, дом семьи Уизли, «Нора»Артур внимательно смотрел на старшего сына. Билл мялся с ноги на ногу и теребил серьгу в ухе, потом поднял голову и выпалил на одном дыхании:
— Меня выгнали из «Гринготтса» и сообщили о запрете работать в любом из отделений банка!
— Неужели ты…
— Нет, отец, — отрезал Билл, — просто в банк заезжал Питер Петтигрю, и я попался ему на глаза. Не надо было переводиться в Британию.
— Эх, сынок, — Артур встал и обнял сына, — не жалей о сделанном, ведь тебя звало сердце!
— Да, но что я теперь скажу Флёр? — неожиданно потух и сгорбился Билл.
— Выкрутимся как-нибудь, — заверил его Артур, — главное, что ты не сделал ничего такого! Выкрутимся, у нас есть дом и…
Громкий и бесцеремонный стук в дверь прервал его попытки подбодрить старшего сына. Сразу после стука дверь распахнулась и в «Нору» высокомерно ворвался парень с наглым выражением лица. Сопровождали его два мага с палочками наизготовку.
— Кто вы такие и по какому праву врываетесь в мой дом?! — с возмущением произнес Артур, вставая им навстречу.
Парень высокомерно смерил его взглядом, да так, что Артур ощутил все. Свою бедность, ввалившиеся щеки, покосившиеся стены «Норы», одежду в заплатках, отсутствие еды на столе и упыря на чердаке.
— Ваш дом? — нагло оскалился парень, предъявляя внушительного вида бумагу. — Очень скоро он перестанет быть! Поэтому я пришел заранее осмотреть будущую собственность моего господина, дабы тот решил, что делать: сносить эти развалины или отдать их под свинарник.
Бац! Кулак Билла врезался в лицо наглеца, сбивая того с ног и опрокидывая на одного из магов сопровождения. Второй маг не успел даже потянуться к мантии, как обнаружил, что в лицо ему смотрит палочка Билла.
— Не надо, — устало вздохнул Артур, и после этого обратился к парню: — У меня есть еще две недели.
— Чтобы такие ни… — наглец осекся под яростным взглядом Билла. — Две недели, и даже не думайте об отсрочке! После того, что тут произошло, мой господин не проявит никакой жалости!
Когда дверь за ним захлопнулась, Билл спросил у отца:
— А кто его господин?
— Питер Петтигрю, так что все это были пустые слова, никто не дал бы мне отсрочки, — махнул рукой Артур, устало садясь обратно. — Собственно, я пересилил себя и съездил к Питеру… он даже не соизволил меня принять.
— И сколько мы должны? — ледяным голосом спросил Билл, нервно дергая себя за волосы, собранные в «конский хвост».
— Тысячу галлеонов, — тихо ответил Артур и тут же торопливо заговорил, словно оправдываясь: — Да, я знаю, не надо было брать тот кредит, да еще в залог «Норы», но твоим младшим братьям и сестре нужно было учиться дальше. Ты нашел хорошую работу в Египте, я и мама не хотели тебя беспокоить, да и как-то вроде дела немного выправились. Тут расплатились, там заняли, упыря продали, кое-как сводили концы с концами, думали — выкрутимся.
— Но ты мог бы сказать, отец! Я и Флёр обошлись бы без пышной свадьбы!
— А, пустое, — отмахнулся Артур, — деньги еще будут. Ну, останемся без «Норы», проживем как-нибудь! Главное, чтобы вы были счастливы!
— Но теперь я совсем не счастлив, — прорычал Билл. — Клянусь, я пойду к Петтигрю и…
— Не надо, — резко оборвал его старший Уизли, в голосе его лязгнула сталь. — Через неделю твои братья и сестры возвращаются из Хогвартса, такой подарок ты им хочешь устроить? Себя в тюрьме? А о матери ты подумал?
— Подумал! — нервно дернул себя за серьгу Билл. — Чтобы вы не…
— Значит, не подумал! — еще повысил голос Артур и тут же закашлялся.
— Отец! — кинулся к нему Билл.
Артур с трудом прервал кашель и слабо улыбнулся.
— Ничего, простудился зимой, бывает. Летом пройдет.
— Да на дворе и так уже лето! — Билл чуть не плакал.
Страница 14 из 28
