Группа риска

— Как — пошли? Куда пошли? Что значит — пошли? — переполошился лепрекон. — А компенсация за моральный ущерб?

Гермиона лишь удивленно посмотрела на Снейпа, отведя-таки взгляд от лепрекона. Нет, она всегда знала, что профессор — человек со странностями, но не настолько же!

— Ваша жизнь, милейший, в качестве компенсации подойдет? — сухо поинтересовался Снейп.

— А это вот и зря, — хихикнул лепрекон. — Мы-то ведь народ бессмертный и злопамятный. И память у нас хоро-ошая!

— А я вот уверен, что бессмертных не существует, — поигрывая палочкой, сообщил Снейп.

Он коротко взглянул на лепрекона, и тот как-то внезапно сник:

— Машут и машут тут своими палками, — пробормотал он. — Идите вон отсюдова, коль решили! Пришли, побеспокоили, от дел важных оторвали… Никакого прибытку с вами — одно разорение! Теперь тайник новый делай. А все вынюхивают, да высматривают кругом! Нету покою старому больному лепрекону!

Клацнув зубами на прощание, лепрекон, легко подхватив горшок, растворился в воздухе. Снейп взял Гермиону за руку, помог подняться и повел за собой к выходу из леса.

— Я, конечно, понимаю, что это не мое дело, — задумчиво проговорила Гермиона, — но вам, что — делать нечего? Мы сюда каждый день наведываться будем в поисках более сговорчивого лепрекона? Да я уже почти сторговалась!

Снейп застонал и зашагал быстрее, таща ее за собой. Когда они вышли из леса, Снейп по обыкновению бесцеремонно сграбастал Гермиону в охапку и аппарировал.

Глава 12

Аппарировали они во двор старого, увитого плющом замка. Гермиона снова прокляла все на свете: непередаваемые ощущения опять попытались вывернуть ее наизнанку.

— Вы бы хоть предупреждали, — простонала она. — Ваша любимая мисс Бувье, между прочим, наградила меня сотрясением мозга! Я вам что — движимое имущество?

Снейп фыркнул и пошел к дверям. На пороге он остановился и, обернувшись, громко выразил свое неудовольствие тем фактом, что она еще не преодолела несчастных десять ступенек.

— Что вы там возитесь как черепаха?

— Черепахи, они вообще-то не медленные, — пробурчала Гермиона, проклиная в душе всех профессоров и их подружек-садисток. — Это люди для них слишком быстрые.

Снейп сурово сдвинул брови. Но не успел он достойно ответить на ее выступление в защиту черепах, как рядом раздался мелодичный голос незабвенной мисс Бувье.

— Ах, Северус, Северус! — лицо ее озаряла счастливая улыбка. Да и весь вид Пожирательницы просто-таки кричал о цветущем здоровье и хорошем счете в банке. — Что я вижу? Ты все еще позволяешь нашей маленькой грязнокровке разевать свой поганый рот? Тебе нужна помощь, Северус?

— Благодарю за предложение, Жоржианна, — процедил Снейп. — Боюсь, оно несколько несвоевременно.

— О! — разочарованно протянула мисс Бувье, проходя мимо Гермионы.

Гермиона стояла, сжав губы в тонкую ниточку и опустив взгляд: ее трясло при одном звуке голоса этой женщины. Мисс Бувье остановилась рядом и провела кончиком пальца по щеке Гермионы. Там сразу же вспухла кроваво-красная полоса. Гермиона дернулась и ударила Пожирательницу по руке.

— Север-рус, — протянула та, облизывая длинный ноготь, покрытый алым лаком. — Похоже, мне все-таки придется поучить ее хорошим манерам… Вот щенок твой, грязнокровка, — такой милый мальчик. Воспитанный…

— Я тебя убью, — спокойно сказала Гермиона, глядя ей в глаза. — Если ты хоть пальцем тронула моего сына, я тебя убью.

— Я пришлю за ней Нотта, Северус, — холодно улыбнулась мисс Бувье.

— Сам справлюсь, — буркнул Снейп, приоткрыл дверь и кивком указал Гермионе на вход. Та быстро прошла в большой, отделанный разноцветным мрамором, холл. — Она мне еще нужна. И в рабочем состоянии.

— Не беспокойся, — прощебетала мисс Бувье, — следов не останется. Мы будем очень-очень осторожны…

— Заведи себе свою игрушку и ломай ее в свое удовольствие, Жоржианна, а мою собственность оставь в покое.

— Твоя собственность только что посмела поднять на меня руку, Северус! А ты видел, какой у нее наглый взгляд?!

— Чего ты от меня хочешь? — устало поинтересовался Снейп.

Гермиона не слышала дальнейший разговор — профессор закрыл дверь, и теперь в холл с улицы не проникало ни звука. Гермиона обхватила себя руками: наверное, ей стоит помолиться. Кому? Кому-нибудь. Кто-то должен ее услышать! Ей хотелось выть от бессилия — если ей сейчас так страшно, то каково же Джеймсу? А если эта садистка уже что-нибудь ему сделала? Эта мысль словно отрезвила Гермиону: какого черта она сейчас стоит и распускает сопли? Неужели ее стоны и биение себя в грудь кому-то помогут? Если эта сука хоть пальцем коснулась Джеймса, она умрет. Гермиона еще пока не знала, как именно это сделает, но разве ее когда-нибудь это останавливало? Придумает. Преисполненная твердой решимости, Гермиона спокойно встретила разъяренный взгляд Снейпа, ворвавшегося в холл.