Грынза

Это дом ведьмы? Я погасил фонарь и покрался к дому. Изба была старенькая, крыша, поросшая мхом, ветхий навес над крыльцом из двух ступеней, темные окна с потрескавшимися наличниками. Я заглянул в окно — темнота. Ничего не слышно и не видно. Я вытащил нож и подкрался к двери. Тихонько отворив ее — мне в нос ударил резкий тухлый запах мяса. Я вошел в избу. Одна комната на всю избу. В центре комнаты стояла печь, за ней находилась кровать с накиданными на нее тряпками, фуфайками и одеялом. Напротив печи стоял какой-то шкаф. Пол был весь в грязи, чувствовалось, как песок захрустел под ногами. В доме никого не было, это дало мне возможность включить фонарик. Посветив вниз, я увидел люк под пол. Люк был в пятнах крови, как и весь пол в доме. Становилось жутко. Именно оттуда, из-под люка, шел этот смрад тухлого и кислого. Закрыт люк был на ржавый засов. Я попытался его отворить, но мне не хватало сил, крючок на засове был слишком близко к полу, и толщина моих пальцев не давала его поднять. Нужно было что-то тонкое. Я подсунул нож и потянул за крючок, крючок поддался, но в последний момент лезвие ножа предательски сломалось. Черт — сломал нож… в самый неподходящий момент. Отпихнув его в сторону, я приоткрыл люк — то, что я увидел — повергло в шок. Подвал, заваленный частями человеческий тел. Руки, ноги, туловища. Голов почему-то не было, либо я не разглядел их. Черт возьми, что эта бабка тут устроила?! Кто все эти люди?

— Андрей?! — услышал я шепот из подпола. Это был голос Иры.

— Ира? — обрадовался я.

— Жива. Слава Богу!

Я начал светить фонарем на разрубленные тела, пытаясь найти, где же Ирка.

— Вытащи меня, прошу тебя, вытащи меня отсюда! Умоляю тебя! Мне холодно, страшно, я хочу домой… Андрей! — в настоящей истерике, кричала охрипшим голосом Ира.

— Да, сейчас! — я уже хотел нырнуть в подпол, но услышал шаги на улице.

— Тише… — прошептал я Ире.

— Кажется, кто-то идет, сиди тихо, я вытащу тебя… Выключив фонарь, я увидел темный силуэт старухи, мелькнувший за окном. Она возвращалась откуда-то в дом. Выбежать из избы было поздно. Ножа нет. Встретить этого монстра без какого-либо орудия было глупо. Взяв остатки ножа и задвинув засов на люке, я не придумал ничего лучше, как просто залезть в шкаф, благо в нем не было ничего, кроме запасных стекол на окна на дне и какой-то швабры, стоящей в углу шкафа, и затаиться… Бабка, кряхтя и тяжело дыша, вошла в дом. Я услышал, как чиркнула спичка, и в щель шкафа проник свет от керосиновой лампы.

— Чертовы деревенщины! — ругалась ведьма.

— Бегаешь за ними, а их и след простыл.

Я услышал стук по полу — глядя в щель я увидел, как старуха стучит по крышке люка ногой.

— Не нашла я твоего ухажера, красавица! Не того ты себе выбрала! Трус он и раздолбай! Даже мотоцикл свой бросил, как испугался, — бабка закашлялась.

Грынза ковырнула острым коричневым ногтем пальца крюк и отворила засов люка.

— Жрать охота! — буркнула она, глядя вниз.

— Ты там не сдохла еще от страха, тварь? — она заглянула в подпол.

— Нет, пожалуйста, не трогайте меня… — услышал я голос Иры.

— Нужна ты мне! — сердилась бабка, достав руку или ногу из подпола. В щель шкафа я не мог разглядеть это. Люк закрылся, и старуха задвинула засов.

— Завтра тобой займусь, устала я сегодня.

Бабка села за стол, и я услышал, как она зачавкала, слава богу, я не мог этого видеть. Чавканье было такое отвратительное, я слышал, как хрустели хрящи, стучали кости об гнилые зубы ведьмы, рвалась плоть, а запах — запах был просто таким тошнотворным, что я едва сдерживался, чтобы меня не вырвало. Трапеза продолжалась около десяти минут, потом старуха встала и отправилась прямиком на постель. В руках у нее была керосиновая лампа. Постель была за печкой, я слышал, как скрипнули пружины, а затем стало темно, Грынза погасила лампу.

Прошло почти полчаса, я сидел в шкафу, боясь сделать малейшее движение. Глаза мои уже привыкли к темноте, на небе взошла луна и свет ее проникал через единственное окно и падал прямо на постель старухи. Сначала она храпела, потом, повернувшись на бок, храп пропал, я слышал только сопение, но и по нему было понятно, что бабка спит. Пора действовать. Я осторожно вылез из шкафа и, прижавшись к полу, буквально пополз к люку. Бабка плохо закрыла его — видимо из-за того, что с утра она снова поползет туда за очередной конечностью на завтрак. Засов легко отворился.

— Ира, — прошептал я, — Ира. Я тут. Ты меня слышишь?

— Да… — так же тихо в ответ я услышал ее голос.

— Ты связана? — пытался я узнать, сможет ли она сама ко мне вылезти.

— Нет. Я тут, в углу… — Ползи ко мне, я вытащу тебя, — прошептал я.

Я услышал хлюпанье внизу, хруст конечностей и шелест одежды. Я посмотрел на кровать — старуха крепко спала. Вскоре из темноты погреба показалась Ира. Она была ужасно напугана, вся перепачкана в крови, бледная от страха. Дрожащая рука ее потянулась ко мне — я схватил ее и потянул наверх. Уже через мгновенье, Ира прижималась ко мне, тряслась от холода и страха.

— Ну всё, всё, — успокаивал ее я.