Холодает

Я не придал тогда этому значения, решил сразу поменять. А дома своих не оказалось. Пришлось идти в магазин. Зимой темнеет рано, и уже в семь вечера на улице стоял непроглядный мрак. И в подъезде, и на улице фонари не горели, только изредка помигивали. Отходя от своего дома, я обернулся и посмотрел на окна. Света не было во всем доме. Уже тогда я испугался и решил поскорее дойти до магазина. Все равно на ужин есть было нечего. По дороге мне встречались редкие прохожие, но их походу не волновало полное отсутствие света. Дойдя до места назначения, я остановился перевести дух. Холод начал пробирать до костей. По-прежнему нигде не горели фонари, а окна домов зияли беспросветной тьмой. Некоторые отдаленные переулки были затянуты белым туманом. Ко мне подошли несколько прохожих людей, если их так можно назвать. Они не говорили и даже не моргали. Их хриплое громкое дыхание вгоняло меня в ужас. А они все подходили и подходили, окружая меня и сверля взглядом. На минуту я оторопел от страха, а потом побежал. Никогда я так быстро не бегал… Дверь в подъезд оказалась открытой, и я пулей залетел туда.

Поднялся по лестнице на свой этаж, трясущимися руками кое-как открыл квартиру и со всей силы щелкнул выключателем. Лампочка разорвалась с противным треском, погружая весь коридор и прихожую в темноту. Меня все еще пробирал холод, как будто в квартире и не было отопления. Я попытался включить свет в комнате, и с небольшой паузой лампочка зажглась. Я попытался позвонить кому-нибудь, но сети не было. Как и интернета. Вода в стакане на столе начала покрываться ледяной коркой, а на кровати откуда-то появился иней. В этот момент в дверь кто-то постучал. От неожиданности я выронил телефон из рук. Медленно, на ватных ногах я поплелся к двери. Глазка у меня не было, поэтому я осторожно приоткрыл дверь и вышел на площадку. На лестничной клетке стояло множество людей разных возрастов и полов. Мужчины, женщины, дети. Все они стояли и прожигали меня насквозь своим неестественным, неживым взглядом. Внезапно одна девушка чуть приоткрыла рот и хриплым утробным голосом пробормотала: «Холодает». Кто-то из толпы подхватил: «Да, холодает нынче. Пусти погреться»…. Я быстро влетел в квартиру и захлопнул дверь. Закрыл на четыре оборота и все возможные задвижки и защелки. Из-за двери веяло холодом и сыростью, да к тому же эти твари начали скрежетать и стучать по ней. Днем все приутихло, но они по-прежнему стоят за дверью и ждут, когда я выйду, чтобы сожрать мое тепло. Еда уже давно закончилась, а лампочка в спальне начинает мерцать.

Громкий хлопок и… Темнота. Взорвалась последняя лампочка. На душе ни страха, ни ужаса, только безысходность и черная тоска. В коридоре раздавались многочисленные шаги, я чувствовал холодное, пробирающее до костей дыхание у себя за спиной. Последнее, что я помню, это кто-то положил на мое плечо тяжелую руку и прошептал тем хриплым, утробным голосом: «Холодает».