Фандом: Гарри Поттер. Проходят годы и десятилетия, но история не меняется, а любовь не теряет своей силы.
508 мин, 35 сек 19811
Повторив все советы Люциуса, я двинулась вперед, щурясь от назойливых капель, норовящих проникнуть под капюшон. Правая рука крепко сжимала в кармане волшебную палочку и была готова в любой момент ее выхватить и ринуться в бой, но пока все было относительно спокойно. А относительно, потому что магглы начали замечать несколько странно одетых людей, и теперь многие из них удивленно провожали нас взглядами и показывали пальцами. Я, наконец, смогла высмотреть в толпе фигуру Долохова и двинулась в его сторону, тайно радуясь, что это не мой муж — мне ни капли не хотелось с ним пересекаться, хоть сейчас мы и были партнерами. Я увидела, как какой-то мужчина посмеивается, глядя на потертую мантию Долохова, но не успел он опомниться, как мужчина достал волшебную палочку, быстро взмахнул ею, и тут же маггл отлетел на несколько футов назад, сбив с ног еще нескольких человек. В толпе мгновенно вспыхнула паника. Кто-то начал кричать, послышался детский плач, кто-то кинулся наутек, послышались свистки уличных полисменов, явно желавших арестовать Долохова. От этой мысли я не смогла сдержать улыбку, но долго наслаждаться этим зрелищем не пришлось — мужчина подхватил меня под руку и повел прочь с улицы. Вскоре я увидела, что в нашу сторону направляются еще две фигуры в черных плащах — Рудольфус и Малфой. Они держали наготове волшебные палочки, а в толпе все так же слышались крики испуганных магглов, что могло говорить только о том, что они не пренебрегли магией.
Мы свернули в какой-то темный переулок, примыкающий к улице, и завеса кромешной тьмы тут же отделила нас от маггловского столпотворения. Здесь было слишком тихо и тесно, пахло гнилью, мочой и сыростью. Было нетрудно догадаться, что здесь живут не самые богатые магглы, и от этой мысли мне стало еще противнее, чем несколько секунд назад.
— Что-то ты сегодня изменяешь своим привычкам, Руди, — из темноты послышался голос Малфоя. — Находиться в толпе магглов и не причинить никому из них серьезного вреда — это на тебя не похоже!
— Задание есть задание, Люциус, — ответил Рудольфус. — Сначала дело, а потом можно и развлечься.
Убивать и пытать магглов — это развлечение? Оказывается, я действительно плохо знала своего мужа. Хотя, впрочем, какая теперь разница?
В следующий миг послышался голос Долохова, произносящий «Люмос», и переулок тут же осветился тусклым светом его волшебной палочки. Как я и предполагала, мы находились в тесном дворе какого-то ветхого дома, который тут же ассоциировался с бедностью, болезнями и грязью. А что можно было взять с этих магглов? Ведь они сами создавали себе проблемы и жили в этой нищете по своей же вине. Под ногами валялись кучи мусора, дорога была вся в колдобинах и размыта непогодой, недалеко от меня прошмыгнула облезлая черная кошка. Не успела я опомниться, как Люциус навел на нее палочку, и уже через миг ее безжизненное тело лежало около одной из помойных куч.
— Это чтобы быть уверенными, что нам не сели на хвост, — поспешно объяснил Люциус.
После этого мы молча направились в глубь двора, пристально смотря себе под ноги, чтобы ненароком не поскользнуться или не напороться на грязь. Через какое-то время Рудольфус остановился около одного из подъездов двухэтажного дома с облупившейся штукатуркой и сказал лишь одно слово:
— Здесь.
Мы переглянулись и последовали за ним в здание. Грязную, заплеванную лестницу освещал лишь едва заметный огонек палочки Долохова (другие мы зажигать не стали, чтобы Боунс слишком рано не заподозрил неладного). Я старалась не дышать, так как здесь стояла еще более удушливая вонь, чем во дворе, и казалось, что если я пробуду больше пяти минут в этом доме, то просто не выживу. Странное, однако, место Боунс выбрал для укрытия! Мало того, что в самом бедном районе Лондона, так еще, наверное, в самом зловонном доме всей Великобритании (по сравнению с этим казалось, что все бомбы-вонючки Пивза издают просто райский аромат). Хотя какое мне дело до выбора Боунса? Главное — поскорее расправиться с ним и вернуться в теплый Малфой-Менор, где я смогу принять душ и выпить чашку горячего шоколада. Но пока что это были всего лишь мечты…
Второй этаж, к моему удивлению, выглядел более прилично, чем первый и лестница. Здесь были более-менее чистые стены, не воняло, а на полу перед дверью с номером 12 лежал аккуратный коврик.
— Белла, теперь действуешь ты, — произнес Долохов.
Я было начала пререкаться — мол, почему это он здесь командует, но тут же осеклась, так как это было неуместно. Я подняла голову и вопросительно посмотрела на Антонина.
— Ничего особенного от тебя не требуется, — произнес он. — Стучишься в двери, думаю, что тебе откроют сразу, а после, не раздумывая, убиваешь всех, кого увидишь.
На моем лице на миг отразилось недоумение и, поняв меня, Долохов лишь криво усмехнулся.
Мы свернули в какой-то темный переулок, примыкающий к улице, и завеса кромешной тьмы тут же отделила нас от маггловского столпотворения. Здесь было слишком тихо и тесно, пахло гнилью, мочой и сыростью. Было нетрудно догадаться, что здесь живут не самые богатые магглы, и от этой мысли мне стало еще противнее, чем несколько секунд назад.
— Что-то ты сегодня изменяешь своим привычкам, Руди, — из темноты послышался голос Малфоя. — Находиться в толпе магглов и не причинить никому из них серьезного вреда — это на тебя не похоже!
— Задание есть задание, Люциус, — ответил Рудольфус. — Сначала дело, а потом можно и развлечься.
Убивать и пытать магглов — это развлечение? Оказывается, я действительно плохо знала своего мужа. Хотя, впрочем, какая теперь разница?
В следующий миг послышался голос Долохова, произносящий «Люмос», и переулок тут же осветился тусклым светом его волшебной палочки. Как я и предполагала, мы находились в тесном дворе какого-то ветхого дома, который тут же ассоциировался с бедностью, болезнями и грязью. А что можно было взять с этих магглов? Ведь они сами создавали себе проблемы и жили в этой нищете по своей же вине. Под ногами валялись кучи мусора, дорога была вся в колдобинах и размыта непогодой, недалеко от меня прошмыгнула облезлая черная кошка. Не успела я опомниться, как Люциус навел на нее палочку, и уже через миг ее безжизненное тело лежало около одной из помойных куч.
— Это чтобы быть уверенными, что нам не сели на хвост, — поспешно объяснил Люциус.
После этого мы молча направились в глубь двора, пристально смотря себе под ноги, чтобы ненароком не поскользнуться или не напороться на грязь. Через какое-то время Рудольфус остановился около одного из подъездов двухэтажного дома с облупившейся штукатуркой и сказал лишь одно слово:
— Здесь.
Мы переглянулись и последовали за ним в здание. Грязную, заплеванную лестницу освещал лишь едва заметный огонек палочки Долохова (другие мы зажигать не стали, чтобы Боунс слишком рано не заподозрил неладного). Я старалась не дышать, так как здесь стояла еще более удушливая вонь, чем во дворе, и казалось, что если я пробуду больше пяти минут в этом доме, то просто не выживу. Странное, однако, место Боунс выбрал для укрытия! Мало того, что в самом бедном районе Лондона, так еще, наверное, в самом зловонном доме всей Великобритании (по сравнению с этим казалось, что все бомбы-вонючки Пивза издают просто райский аромат). Хотя какое мне дело до выбора Боунса? Главное — поскорее расправиться с ним и вернуться в теплый Малфой-Менор, где я смогу принять душ и выпить чашку горячего шоколада. Но пока что это были всего лишь мечты…
Второй этаж, к моему удивлению, выглядел более прилично, чем первый и лестница. Здесь были более-менее чистые стены, не воняло, а на полу перед дверью с номером 12 лежал аккуратный коврик.
— Белла, теперь действуешь ты, — произнес Долохов.
Я было начала пререкаться — мол, почему это он здесь командует, но тут же осеклась, так как это было неуместно. Я подняла голову и вопросительно посмотрела на Антонина.
— Ничего особенного от тебя не требуется, — произнес он. — Стучишься в двери, думаю, что тебе откроют сразу, а после, не раздумывая, убиваешь всех, кого увидишь.
На моем лице на миг отразилось недоумение и, поняв меня, Долохов лишь криво усмехнулся.
Страница 25 из 137
