Холодные сердца: украденное счастье

— Не двигайся, Беллатрикс, — холодно произнес он. — Вряд ли ты сможешь сейчас дойти хотя бы до двери, а ты мне не нужна в бессознательном состоянии.

— Х-хорошо, Милорд, — прошептала я, едва шевеля пересохшими губами.

Он был прав — я действительно была мало на что способна. У меня по лбу струились капли холодного пота, а перед глазами то и дело возникали красные пятна. Кажется, моя болезнь снова дала о себе знать в самый неподходящий момент. Я вопросительно посмотрела на Темного Лорда, надеясь, что он объяснит мне, что происходит и зачем мы здесь. Я старалась игнорировать любые мысли, касающиеся моих чувств, но получалось очень плохо. Постоянно вспоминался мой сон, а присутствие Лорда только усиливало чувства.

— Но что произошло? — неожиданно для самой себя выпалила я. — Почему появились дементоры? Что случилось со мной?

В ответ Темный Лорд лишь усмехнулся. Потом снова посмотрел на огонь, встал, подошел к камину и повернулся ко мне лицом. В полутьме его кожа казалась еще бледнее, чем была на самом деле, а глаза вдруг стали черно-багровыми. Я не могла оторвать от него восторженного взгляда, понимая, что с каждой секундой у этого человека становится все больше и больше власти надо мной.

— Ты, как всегда, задаешь слишком много вопросов сразу, Белла, — произнес Лорд. А его губы снова растянулись в ухмылке. Мне почему-то так захотелось улыбнуться в ответ, но я сдержалась, все так же внимательно глядя в его лицо. Странно, но на этот раз, когда наши взгляды встретились, я не испытала такого ужаса, как при нашей первой встрече. Мне просто стало невыносимо тоскливо и одиноко.

— Жена Боунса вызвала авроров, они тут же прибыли на место, не поленившись взять с собой дементоров — собирались поймать вас и сразу же доставить в Азкабан. Пока остальные расправлялись с ними, ты решила бороться с дементорами…

Наверное, мне показалось, что его голос звучит глумливо, ведь он запросто мог наказать меня за то, я не смогла прогнать стражей Азкабана.

— А потом, когда с аврорами было покончено, вы вернулись сюда. По крайней мере, это мне показали мысли Люциуса.

— Но… — неуверенно начала я, и, увидев, что Темный Лорд едва заметно кивнул, разрешая мне продолжить, стала говорить более уверенно. — Но почему я не смогла отбиться от дементоров? Ведь прежде я отлично справлялась с Патронусом, у меня всегда хорошо получалось это заклинание! И сегодня я делала все правильно, но…

— Можешь забыть о своем Патронусе.

Я вопросительно уставилась на Темного Лорда.

— Ты стала Пожирателем Смерти, Белла, это навсегда изменило твою судьбу. У тебя больше нет воли, нет желаний. А Патронус тебе ни к чему — дементоры на нашей стороне, они не могут причинить вреда никому из моих сторонников.

По моему телу прошла дрожь. Получается, что я допустила ошибку, из-за которой запросто могла провалить все дело, и из-за меня часть Пожирателей Смерти Внутреннего Круга попали бы в Азкабан. Если бы я только послушала Люциуса и аппарировала сразу, не отвлекаясь на дементоров! А ведь мне просто хотелось показать Темному Лорду, на что я способна. Но теперь получается, что я всего лишь заработала наказание… Мне действительно было страшно — я хорошо помнила, каким бывает Темный Лорд в гневе, пусть внешне он всегда и казался спокойным.

Я съежилась, поджав под себя ноги, и выжидающе смотрела на Темного Лорда. Он казался задумчивым и предельно спокойным, и от этого становилось еще больше не по себе. В комнате повисла тишина, нарушаемая лишь моим тяжелым дыханием и потрескиванием дров в камине. Волдеморт, казалось, снова о чем-то задумался. Его взгляд был устремлен в камин, губы сжались в тонкую линию, и, насколько я помнила, это всегда значило, что он нервничает. Но с чего бы? Думает, наказать меня или прогнать подальше? Он знал, что больше для меня нет дороги назад, что теперь моей жизнью стал он и то, что это было моим самым слабым местом. Ради этого властного голоса, холодных глаз, таинственной и в тоже время пугающей улыбки можно было сделать все на свете и никогда в жизни не пожалеть об этом. Наверное, именно поэтому мне было совершенно наплевать на два убийства, которые я совершила сегодня. Те люди пошли против него, не покорились его воле и поэтому заслуживали по меньшей мере смерти.