Homicidal L

Очередное мимолётное просветление. Лью пошевелил загипсованной ногой, проверяя, а вдруг всё же не болит? Жаль, но перелом никуда не делся. Значит, ходить пока он не может. Парень с жалостью посмотрел на брата: кажется, Джеффу наконец-то стало чуточку легче. Смертоносный подполз к распластавшемуся на полу телу и в который раз осмотрел.

Воспаленное плечо распухло и порозовело, примерно то же самое с кожей на груди. В остальном младший выглядел более или менее приемлемо. Если бы только не температура, которую никак не удавалось сбить без лекарств… Лью коснулся разрезанной белой щеки, большим пальцем стирая пятно грязи с кожи.

— Ты как, братишка? — на выдохе произнёс Джефф, откидывая с лица слипшиеся грязные пряди волос.

— Я в норме. А вот ты…

— Всё нормально, — нет слов. Да и зачем они нужны? Что можно сказать, когда личность потихоньку ломается? Остаётся просто сидеть и ждать неизбежного.

Братья провели несколько минут в полной тишине. Затем Джефф заговорил.

— Лью, можно кое о чём попросить тебя?

— Конечно, — старший ответил не раздумывая.

— Пообещай, что выполнишь мою просьбу.

— Обещаю, — последовала пауза. Видимо, Джеффри нужно было собраться с мыслями.

— Лью, моё сердце отказывает…

— Что? Тебе плохо? — Льюис не дал брату договорить и стал внимательно вглядываться в его лицо.

— Пока что нет, но скоро будет. Не переживай ты так… Знаешь, я не хочу снова пережить это, одного раза хватило…

— Ты не умрёшь, я обещаю. Я сделаю всё, — рука младшего легла на губы старшего, заставляя умолкнуть. Джефф снова сделал паузу — очевидно, слова давались ему с трудом, или же просто не решался произнести их.

— Брат, прошу, убей меня, пока это не началось.

Лью похолодел. Что с его братом? Неужели всё настолько плохо? Или он просто сломался? Младший брат для него дороже жизни, он никогда не сделает с ним подобного! Что за идиотская просьба?

— Нет… Джефф, почему ты так говоришь? Всё будет хорошо, нас скоро найдут. Джек поможет тебе, и всё точно станет как прежде… — слёзы непроизвольно выступили, а парень даже не пытался их сдерживать.

— Не будет. Ты когда-нибудь умирал? Ты знаешь, каково это? — Лью лишь помотал головой, закусывая нижнюю губу.

— Это больно, братик. Очень больно. Даже больнее, чем гореть заживо, уж поверь мне, — псих невесело усмехнулся. — Когда твоё тело становится пустым изнутри, в глазах темнеет, ты слышишь ужасный гул. Это больно. Я не хочу снова почувствовать это. Просто убей меня.

— Ни за что! — Вудс-старший отвесил брату пощёчину. Как он вообще может такое говорить? Это настолько омерзительно и противоестественно. Джефф не реагирует на удар.

Лью приподнимает хрупкое изувеченное тело брата и усаживает его к себе на колени.

— Я никогда не причиню тебе вреда. Я обещаю, что скоро всё это закончится.

— Я ведь всё равно умру. Лучше уж от твоей руки, — младший целует старшего в щёку. Лицо Лью мгновенно краснеет.

— Не говори глупостей, Джеффри. Я ни за что так не поступлю, — в последний раз говорит Льюис. Продолжать разговор он не намерен.

— Жаль, — выдыхает Джефф куда-то в область плеча. Снова несколько минут нелёгкого молчания.

Стены давят, буквально наваливаются своей серой бетонной поверхностью. Трясёт просто безумно, голова почти что разрывается. Нарастает безумное желание бросаться на стены. Так хочется что-то сломать, разрушить, лишь бы выплеснуть из себя всю эту бурю эмоций. Безумный взгляд голодного хищника смотрит на единственное, что он может сломать здесь. Белая шея такая тонкая, такая хрупкая. Под толстой грубой кожей быстро пульсирует жилка.

Рука против воли тянется к этому великолепию. Лью смыкает пальцы на шее брата и начинает давить. Джефф не дёргается, не пытается отбиваться. Это злит. Надо выплеснуть злость. Ему всё равно, на кого, всё равно, на что. Лишь бы избавиться от этого жжения внутри. И лишь первый хрип, вырвавшийся из сдавленного горла, отрезвляет разум. Сверлящее ощущение исчезает.

Льюис в ужасе отдёргивает руку и смотрит на свои ладони. Как? Он же почти убил Джеффа! Чёрт!

— Джефф, братик, прости меня. Я не знаю, что со мной. Просто вдруг само собой как-то…

— Успокойся, — Джефф, перемежая речь с кашлем, взял ладонь старшего брата и сам приложил её к своей шее. — Просто сделай это, пока не стало слишком поздно.

Смотреть в глаза самому дорогому в жизни человеку, который сейчас вот так во просит оборвать его существование, лишь бы не чувствовать боль, нет сил. С другой стороны, надежды на спасение нет. Рано или поздно они умрут. Уповать на Слендермена глупо. А потом ведь Джеффу станет намного хуже. Готов ли он, Лью, смотреть на его агонию и при этом знать, что тут ничем не поможешь? Однозначно нет. И никогда не будет. И в следующую секунду парень совершает главную ошибку в своей жизни.

Сухие розовые губы нежно касаются лба младшего, левая рука поддерживает под спину, а правая сжимает горло.