Хозяйка

— Обалдели, что ли? Я не синхронист. Приглашайте профильного специалиста.

— Мы и приглашали, но нам прислали обыкновенного переводчика.

— А вам нужен необыкновенный? Тогда я тем более не подойду.

— Да, нам нужен необыкновенный! — рявкнул начальник. — Андрей, ну ты что, с луны свалился? Такамото Хагири, путешественник, спец по насекомым. Он нам должен презентовать свою новую книгу.

Андрей что-то такое начал припоминать.

— Ну, а я здесь при чём?

— Ну ты же увлекаешься насекомыми! Приглашённый спец будет основным переводчиком, но он не в теме, он не владеет терминологией. Ты нужен в качестве помощника, если придётся перевести какие-нибудь специфические термины. Ну будь же человеком, войди в положение!

Андрей уже не лежал — он сидел, прикидывая, сколько времени понадобится, чтобы добраться до офиса. Спец по насекомым? Или всё-таки по паукам?

— Хорошо, я приеду, — и, не дожидаясь ответа, положил трубку и начал собираться.

Мероприятие прошло, как писали в советских газетах, «в тёплой, дружественной обстановке». Такамото оказался смешным дядькой чуть постарше Андрея. Он беспрерывно болтал, рассказывая забавные случаи из своей богатой событиями жизни, показывал фотографии, сделанные им в разных уголках планеты, зачитывал некоторые избранные места из своей книги.

Когда мероприятие закончилось, Андрей подошёл к гостю. Тщательно подбирая слова — всё-таки разговорной практики у него было не очень много — задал беспокоивший его вопрос. Такамото переспросил, потом неожиданно улыбнулся и предложил поболтать за чашечкой чая в заведении неподалёку, благо у него есть ещё немного свободного времени.

В полумраке крохотной кафешки, за столиком у окна, они пили чай и разговаривали. К сожалению, ответы Такамото не добавили ясности происходящему. Такамото цокал языком, качал головой, но на большинство вопросов отвечал отрицательно. Нет, пауки обычно живут поодиночке. Нет, они равнодушны к гибели соплеменника. Нет, они не делают ничего сообща. Нет, пауков невозможно приручить.

Когда Такамото ушёл — искренне извинившись, что не смог помочь — Андрей ещё долго сидел за столом и смотрел в окно. В чайнике медленно остывал чай, на улице темнело, а выхода из кошмара по-прежнему не было.

Домой Андрей ехал уже ночью, едва успев на последний поезд метро. Пауки крутились неподалёку, но сильно не докучали, держась на расстоянии и не делая попыток подойти ближе.

Когда до дома оставалось буквально несколько шагов, Андрей едва не влетел со всего размаху в невесть откуда взявшуюся перед носом паутину. Он резко остановился и недоумённо огляделся.

Он стоял в подворотне. Тусклая лампочка едва светила, паутина перекрывала большую часть прохода, а позади неё, с другой стороны, стояли пауки. До дома было рукой подать, его краешек даже виднелся вдалеке, но когда Андрей попытался обойти паутину, пауки забеспокоились и сдвинулись вслед за ним в сторону, заступая дорогу.

Андрей остановился и нервно огляделся в поисках выхода.

Его обступили плотно, со всех сторон — сзади тоже подходила толпа, ещё больше той, что была перед ним. В беспомощном оцепенении Андрей смотрел на пауков, когда они медленно двинулись в его сторону.

Андрей зажмурился — и снова очутился на чердаке. Пауки столпились вокруг; ещё мгновение, и они двинутся прямо на него. Андрей дёрнулся было, но тут в голове у него что-то щёлкнуло, и он, вместо того, чтобы побежать, шагнул навстречу.

Не надо было открывать глаза, чтобы знать — пауки прибывали. Они бежали по земле, по стенам, спускались сверху. Живой шевелящийся ковёр бурлил вокруг, погребая под собой человека.

Когда Андрея захлестнуло с головой, он потерял сознание, провалившись в спасительную темноту.

Когда Андрей очнулся, пауков вокруг не было. Он сидел на земле, в той же подворотне, прислонившись спиной к стене. Андрей попытался подняться, но чуть не упал, с трудом удержавшись на трясущихся ногах. Несколько минут он простоял, уткнувшись лбом в стену, соображая, кто он такой и что тут делает.

Наконец Андрей отлепился от стены и сделал несколько неуверенных шагов в сторону дома. Дорога была свободна. Собираясь сделать ещё один шаг, он замер, почувствовав, что кто-то ходит по его голове. Волосы встали дыбом. Андрей боялся пошевелиться, а существо медленно подошло к левому уху и, цепляясь всеми восемью лапами, неторопливо спустилось на плечо.

Андрей скосил взгляд на плечо, вздохнул:

— Привет, Чин-чин. Ты даже не представляешь, как я рад тебя видеть!

Паук переступил передними лапами и снова замер.

— Ну что, пошли домой?

Дома Андрей первым делом распечатал бутылку коньяка, больше года ждавшую своего часа. С бутылкой в руке усевшись за стол, неожиданно начал рассказывать. Чин-чин по-прежнему сидела у него на плече и не шевелилась. Слушала она или нет? Понимала ли хоть что-то? Андрею было всё равно.