Ангкор теперь у меня в крови, как воспоминание об обольстительной восточной женщине. С тех пор как я познакомился с этим городом-храмом, я вновь и вновь возвращался сюда на протяжении многих лет. Он превратился в наваждение, сказочный мираж, который вроде бы и не проявляется слишком явно, но от которого нельзя освободиться.
7 мин, 26 сек 18045
… Город лениво пробуждается от ночного летаргического сна. В пять утра я уже на дороге, ведущей в Ангкор. За три дня сражений с солнечным светом я сфотографировал в общей сложности только пару монументов. А что же успевают снять или просто посмотреть вечно торопящиеся туристы, которые приезжают сюда из Бангкока или Пномпеня и у которых и есть-то всего «два раза по полдня»?
На мосту, который пересекает длинный ров, опоясывающий цитадель Ангкор-Тхом, вдруг замечаю какие-то несоответствия. Да, конечно, балюстрада, которую я очень хорошо помню по моим прежним визитам в храмовый город, явно носит следы очень «приблизительной» реставрации. Как-то раньше я увидел, что некоторые здешние изваяния, изображающие различные божества и демонов, поддерживающих знаменитую кобру Нага, были обезглавлены — это была«работа» местных вандалов, которые уродуют скульптуры и продают затем свою«добычу» в различные антикварные лавки. Теперь, судя по всему, на балюстраде поработали реставраторы, но, увы, новые головы, которые они«приставили» очень часто не совпадают с туловищами. Очевидно, это головы«раздобыли» в других, менее значимых храмах, и привезли сюда…
Согласно древней народной легенде, несколько, правда, двусмысленной, кобра Нага, являясь одной из центральных фигур кхмерских верований, оказывает большое влияние на процветание королевства. Благополучие и счастье всего королевства зависят от исхода свидания короля, когда он выходит на ночной дозор на одну из башен, и кобры Нага, которая предстает перед ним в образе прекрасной девушки.
Нельзя не изумляться перед лицом этой безмолвной торжественности и роскошной южной природы творениям рук человеческих. Однако храмы Та-Пром и Прах Кхан являют собой яркие примеры того, как умеют джунгли вернуть себе то, что у них когда-то было отнято. Буйная флора поглощает камни. А началось это после падения империи кхмеров — самой мощной на Индо-Китайском полуострове. Кхмеры не смогли противостоять постоянным набегам соседних народов…
Буддистский монастырь Та-Пром — поистине божественная жемчужина. На украшающих его барельефах изображена история золотого периода этого царства. Здесь же скрупулезно перечислено все богатство, которое было накоплено в монастыре, золотая и серебряная утварь, драгоценные камни и жемчуга. Есть и другие сведения: например, во время одного из празднеств было сожжено 165 744 свечи, они освещали все вокруг во время танца божественных апсар — небесных танцовщиц.
Здесь чувствуешь себя вне времени, вне всего того, что происходит на свете. И только два французских легионера, которых я вдруг замечаю среди небольшой стайки туристов, напоминают о том, что в Камбодже сегодня размещен большой контингент войск ООН — «голубых касок»: их здесь более 20 тысяч. Цель миссионеров мира — помочь стране встать на ноги, поскольку все здесь было разрушено за годы бессмысленной войны.
Самым значительным религиозным сооружением является Ангкор-Ват — среди памятников Камбоджи он сохранился лучше всего. Его построил царь Сурьяварман II. Среди традиций кхмеров — захоронение царей внутри храмов. Этот храм-мавзолей отличается от других своей элегантностью и классическим стилем наружной колоннады. Чтобы подойти к нему, иду по вымощенной плитами каменной дороге под палящим солнцем. Вокруг ни клочка тени, ни деревца. Душно. Воздух буквально пропитан влагой…
Этот храм посвящен богу Вишне. Правившие в то время цари поклонялись ему наравне с Буддой. Ангкор-Ват сегодня снова стал центром духовной жизни, его башни изображены на камбоджийском государственном знамени.
Издали на этой огромной каменной горе там и сям замечаю оранжевые пятнышки. Это бонзы. Какой контраст между мрачными древними культовыми сооружениями и современными легкими пагодами, где молятся эти монахи! Хотя, надо сказать что, когда возводились сооружения Ангкора, они не были такими однообразно-серыми. Окончания башен покрывались тончайшими пластинками золота, барельефы раскрашивались разноцветными красками, и внутри храма Ангкор-Ват на троне восседала золотая статуя Вишну.
Сегодня на территории Ангкора уже нет поселений, здесь можно встретить разве что одинокие хижины, в которых живут те, кто смотрит за чистотой и порядком в храмах.
На мосту, который пересекает длинный ров, опоясывающий цитадель Ангкор-Тхом, вдруг замечаю какие-то несоответствия. Да, конечно, балюстрада, которую я очень хорошо помню по моим прежним визитам в храмовый город, явно носит следы очень «приблизительной» реставрации. Как-то раньше я увидел, что некоторые здешние изваяния, изображающие различные божества и демонов, поддерживающих знаменитую кобру Нага, были обезглавлены — это была«работа» местных вандалов, которые уродуют скульптуры и продают затем свою«добычу» в различные антикварные лавки. Теперь, судя по всему, на балюстраде поработали реставраторы, но, увы, новые головы, которые они«приставили» очень часто не совпадают с туловищами. Очевидно, это головы«раздобыли» в других, менее значимых храмах, и привезли сюда…
Согласно древней народной легенде, несколько, правда, двусмысленной, кобра Нага, являясь одной из центральных фигур кхмерских верований, оказывает большое влияние на процветание королевства. Благополучие и счастье всего королевства зависят от исхода свидания короля, когда он выходит на ночной дозор на одну из башен, и кобры Нага, которая предстает перед ним в образе прекрасной девушки.
Нельзя не изумляться перед лицом этой безмолвной торжественности и роскошной южной природы творениям рук человеческих. Однако храмы Та-Пром и Прах Кхан являют собой яркие примеры того, как умеют джунгли вернуть себе то, что у них когда-то было отнято. Буйная флора поглощает камни. А началось это после падения империи кхмеров — самой мощной на Индо-Китайском полуострове. Кхмеры не смогли противостоять постоянным набегам соседних народов…
Буддистский монастырь Та-Пром — поистине божественная жемчужина. На украшающих его барельефах изображена история золотого периода этого царства. Здесь же скрупулезно перечислено все богатство, которое было накоплено в монастыре, золотая и серебряная утварь, драгоценные камни и жемчуга. Есть и другие сведения: например, во время одного из празднеств было сожжено 165 744 свечи, они освещали все вокруг во время танца божественных апсар — небесных танцовщиц.
Здесь чувствуешь себя вне времени, вне всего того, что происходит на свете. И только два французских легионера, которых я вдруг замечаю среди небольшой стайки туристов, напоминают о том, что в Камбодже сегодня размещен большой контингент войск ООН — «голубых касок»: их здесь более 20 тысяч. Цель миссионеров мира — помочь стране встать на ноги, поскольку все здесь было разрушено за годы бессмысленной войны.
Самым значительным религиозным сооружением является Ангкор-Ват — среди памятников Камбоджи он сохранился лучше всего. Его построил царь Сурьяварман II. Среди традиций кхмеров — захоронение царей внутри храмов. Этот храм-мавзолей отличается от других своей элегантностью и классическим стилем наружной колоннады. Чтобы подойти к нему, иду по вымощенной плитами каменной дороге под палящим солнцем. Вокруг ни клочка тени, ни деревца. Душно. Воздух буквально пропитан влагой…
Этот храм посвящен богу Вишне. Правившие в то время цари поклонялись ему наравне с Буддой. Ангкор-Ват сегодня снова стал центром духовной жизни, его башни изображены на камбоджийском государственном знамени.
Издали на этой огромной каменной горе там и сям замечаю оранжевые пятнышки. Это бонзы. Какой контраст между мрачными древними культовыми сооружениями и современными легкими пагодами, где молятся эти монахи! Хотя, надо сказать что, когда возводились сооружения Ангкора, они не были такими однообразно-серыми. Окончания башен покрывались тончайшими пластинками золота, барельефы раскрашивались разноцветными красками, и внутри храма Ангкор-Ват на троне восседала золотая статуя Вишну.
Сегодня на территории Ангкора уже нет поселений, здесь можно встретить разве что одинокие хижины, в которых живут те, кто смотрит за чистотой и порядком в храмах.
Страница 2 из 3
