Фандом: Гарри Поттер. Давным-давно, в не совсем далеких краях жила-была девица по имени Джиневра Молли Уизли, чья жизнь была настолько скучна, что рассказчица ее истории решила взять дело в свои надежные руки и изменить это.
50 мин, 21 сек 619
Что Джинни действительно заметила, это то, что ее руки спустя некоторое время начало немного покалывать, и что яблоко почему-то уже не казалось таким замечательным на вкус, как сначала.
— Что-то мне нехорошо, — простонала Джинни и тут же упала замертво.
Да-да, вы не ослышались: она упала замертво. З-А-М-Е-Р-Т-В-О. Замертво.
Вот что бывает, когда вы чересчур жадны. Разве я не говорила, что у каждой сказки есть мораль? И вот мораль моей истории: не будьте обжорами, как Джинни Уизли, и вас не отравят яболками. То есть яблоками.
Что, вы говорите, это бредовый конец? Вы говорите мне — мне, величайшей рассказчице из всех существовавших — что я провалила свое задание, потому что не написала «долго и счастливо»? Что ж, позвольте мне сказать, что я пыталась! Да, черт побери, я пыталась!
Это не моя вина, что принц, которому полагалось освободить ее от Злой Королевы, решил, обнаружив мертвую Джинни, что он не поцелует ее, потому что «Белоснежка», на спасение которой он так отважно отправился, обладала рыжими волосами и веснушками и совсем не подходила под описание принцессы. К тому же к ее губам прилипли кусочки яблока, так что, в самом деле, мы не можем обвинять бедного принца, поджавшего хвост и бросившегося наутек.
А, вы гадаете, что случилось с блондином, который перенесся в «Книгу сказок» с нашей обыкновенной героиней, и который (увы) обладал лишь серыми глазами, а не сияющими голубыми. Что ж, он в этот момент еще посапывал в кроватке. Но, полагаю, мы сможем увидеть, что произошло с ним после его пробуждения.
Кхм. Просто позвольте мне разложить свои записи по порядку, и…
Драко проснулся тем утром поздно, и обнаружил, что Джинни исчезла, а со двора раздавался плач. Быстрый взгляд в окно поведал ему, что семь гномов рыдали над лежащей ничком фигурой одной конкретной рыжеволоски.
Драко выругался и поспешил вниз по лестнице, выскочив во двор к плачущим гномам.
— Что произошло? — потребовал он объяснений.
Умник вытер свои глаза.
— Ну, была белка, которая видела…
— Апчхи!
— Как…
— Апчхи!
— … дала Джинни яблоко.
— Д-да, — слезливо вставил Скромник. — А п-потом Джинни п-пошла…
— З-з-з…
— Так что белка пришла к нам и сказала…
— Проклятье, почему вы спрашиваете меня? Да будет вам известно…
— Мы все пришли сюда и нашли…
— Апчхи!
— А потом мы…
— Стойте! Стойте! Стойте! — воскликнул Драко, сжимая переносицу. — Я понятия не имею, о чем вы все толкуете. Пожалуйста, пусть один из вас расскажет мне, что произошло.
— Джинни была отравлена! — прокричали как один гномы.
Драко почувствовал, как его желудок резко упал на несколько футов.
— Ч-что? — заикнулся он, побледнев.
— Это была Злая Королева, — объяснил Умник. — Она явилась переодетой в старушку и дала Джинни отравленное яблоко. Мне жаль, мистер Драко, но мы не можем ничего поделать. Даже принц, который появился, чтобы вернуть ее к жизни поцелуем, решил ей не помогать. И, должен сказать, это было очень грубо с его стороны.
Драко нахмурился.
— Вы хотите сказать, все, что кто-нибудь должен сделать, — это поцеловать ее, и она снова проснется?
— Б-боюсь, что т-так не п-получится, — сказал печально Скромник. — Это д-должен б-быть п-поцелуй истинной л-л-любви.
Драко уставился на девушку, которая в бессознательном состоянии казалось бледной, почти как снег — даже с веснушками. Он серьезно сомневался в том, что был ее истиной любовью, но попытка не пытка, верно? В конце концов, как сказала Джинни — они были командой. И, ну, она не была так уж плоха, как он полагал…
— Хорошо, уйдите с дороги, — сказал Драко быстро, отодвигая гномов в сторону.
Он опустился на колени рядом с Джинни, с легким отвращением стряхивая кусочки яблока с ее губ.
— Вы п-п-правда собираетесь п-п-поцеловать ее? — спросил Скромник.
Драко кивнул, а затем вновь повернулся к бездыханной девушке.
— Ну, — пробормотал он, — была не была.
Он наклонился и поцеловал ее, поразившись холоду ее губ. Сначала ничего не произошло, а потом он почувствовал тепло, разливающееся по ее щекам, и легкое, еле заметное дыхание, коснувшееся его лица. Внезапно ее глаза открылись, и они безмолвно уставились друг на друга на мгновение: она — ошеломленно, а он, пожалуй, даже самодовольно.
— Я была мертва, — прошептала она, пораженно мигая.
— Была, — согласился он, отодвигаясь, чтобы дать ей больше места. — Какая-то старая ведьма отравила тебя яблоком, а потом принц, которому предполагалось тебя спасти, сбежал. Тебе повезло, что я оказался здесь, серьезно.
— Ты поцеловал меня, — обвинила она, вдруг осознав, как ее вернули к жизни.
— Что ж, это ведь было не в первый раз?
Джинни покраснела, а потом вдруг застыла со встревоженным лицом.
— О нет! Это означает, что ты моя настоящая любовь?
Самодовольная улыбочка Драко стала еще более очевидной.
— Полагаю, что так.
— Мерлин и Моргана! — воскликнула она, утыкаясь лицом в ладони.
— Ну, нет нужды так себя вести, — отозвался Драко оскорбленно. — Я только что спас твою жизнь, знаешь ли.
— Что-то мне нехорошо, — простонала Джинни и тут же упала замертво.
Да-да, вы не ослышались: она упала замертво. З-А-М-Е-Р-Т-В-О. Замертво.
Вот что бывает, когда вы чересчур жадны. Разве я не говорила, что у каждой сказки есть мораль? И вот мораль моей истории: не будьте обжорами, как Джинни Уизли, и вас не отравят яболками. То есть яблоками.
Что, вы говорите, это бредовый конец? Вы говорите мне — мне, величайшей рассказчице из всех существовавших — что я провалила свое задание, потому что не написала «долго и счастливо»? Что ж, позвольте мне сказать, что я пыталась! Да, черт побери, я пыталась!
Это не моя вина, что принц, которому полагалось освободить ее от Злой Королевы, решил, обнаружив мертвую Джинни, что он не поцелует ее, потому что «Белоснежка», на спасение которой он так отважно отправился, обладала рыжими волосами и веснушками и совсем не подходила под описание принцессы. К тому же к ее губам прилипли кусочки яблока, так что, в самом деле, мы не можем обвинять бедного принца, поджавшего хвост и бросившегося наутек.
А, вы гадаете, что случилось с блондином, который перенесся в «Книгу сказок» с нашей обыкновенной героиней, и который (увы) обладал лишь серыми глазами, а не сияющими голубыми. Что ж, он в этот момент еще посапывал в кроватке. Но, полагаю, мы сможем увидеть, что произошло с ним после его пробуждения.
Кхм. Просто позвольте мне разложить свои записи по порядку, и…
Драко проснулся тем утром поздно, и обнаружил, что Джинни исчезла, а со двора раздавался плач. Быстрый взгляд в окно поведал ему, что семь гномов рыдали над лежащей ничком фигурой одной конкретной рыжеволоски.
Драко выругался и поспешил вниз по лестнице, выскочив во двор к плачущим гномам.
— Что произошло? — потребовал он объяснений.
Умник вытер свои глаза.
— Ну, была белка, которая видела…
— Апчхи!
— Как…
— Апчхи!
— … дала Джинни яблоко.
— Д-да, — слезливо вставил Скромник. — А п-потом Джинни п-пошла…
— З-з-з…
— Так что белка пришла к нам и сказала…
— Проклятье, почему вы спрашиваете меня? Да будет вам известно…
— Мы все пришли сюда и нашли…
— Апчхи!
— А потом мы…
— Стойте! Стойте! Стойте! — воскликнул Драко, сжимая переносицу. — Я понятия не имею, о чем вы все толкуете. Пожалуйста, пусть один из вас расскажет мне, что произошло.
— Джинни была отравлена! — прокричали как один гномы.
Драко почувствовал, как его желудок резко упал на несколько футов.
— Ч-что? — заикнулся он, побледнев.
— Это была Злая Королева, — объяснил Умник. — Она явилась переодетой в старушку и дала Джинни отравленное яблоко. Мне жаль, мистер Драко, но мы не можем ничего поделать. Даже принц, который появился, чтобы вернуть ее к жизни поцелуем, решил ей не помогать. И, должен сказать, это было очень грубо с его стороны.
Драко нахмурился.
— Вы хотите сказать, все, что кто-нибудь должен сделать, — это поцеловать ее, и она снова проснется?
— Б-боюсь, что т-так не п-получится, — сказал печально Скромник. — Это д-должен б-быть п-поцелуй истинной л-л-любви.
Драко уставился на девушку, которая в бессознательном состоянии казалось бледной, почти как снег — даже с веснушками. Он серьезно сомневался в том, что был ее истиной любовью, но попытка не пытка, верно? В конце концов, как сказала Джинни — они были командой. И, ну, она не была так уж плоха, как он полагал…
— Хорошо, уйдите с дороги, — сказал Драко быстро, отодвигая гномов в сторону.
Он опустился на колени рядом с Джинни, с легким отвращением стряхивая кусочки яблока с ее губ.
— Вы п-п-правда собираетесь п-п-поцеловать ее? — спросил Скромник.
Драко кивнул, а затем вновь повернулся к бездыханной девушке.
— Ну, — пробормотал он, — была не была.
Он наклонился и поцеловал ее, поразившись холоду ее губ. Сначала ничего не произошло, а потом он почувствовал тепло, разливающееся по ее щекам, и легкое, еле заметное дыхание, коснувшееся его лица. Внезапно ее глаза открылись, и они безмолвно уставились друг на друга на мгновение: она — ошеломленно, а он, пожалуй, даже самодовольно.
— Я была мертва, — прошептала она, пораженно мигая.
— Была, — согласился он, отодвигаясь, чтобы дать ей больше места. — Какая-то старая ведьма отравила тебя яблоком, а потом принц, которому предполагалось тебя спасти, сбежал. Тебе повезло, что я оказался здесь, серьезно.
— Ты поцеловал меня, — обвинила она, вдруг осознав, как ее вернули к жизни.
— Что ж, это ведь было не в первый раз?
Джинни покраснела, а потом вдруг застыла со встревоженным лицом.
— О нет! Это означает, что ты моя настоящая любовь?
Самодовольная улыбочка Драко стала еще более очевидной.
— Полагаю, что так.
— Мерлин и Моргана! — воскликнула она, утыкаясь лицом в ладони.
— Ну, нет нужды так себя вести, — отозвался Драко оскорбленно. — Я только что спас твою жизнь, знаешь ли.
Страница 13 из 14
