Идеальный ужин для анимага

— Нет, — тут же откликнулся Гарри, — меня не страшит это место, но я уже не прежний наивный идиот. — Скрестив руки на груди, он выжидающе уставился на Драко. Поттер понял, что выиграл противостояние, когда расстроенный Малфой удрученно вздохнул. «Какой ценой отразится моя победа на продолжении нашего свидания»?

— Чтобы в полной мере оценить грандиозность задумки, ты должен перекинуться в животное, — невозмутимо начал Драко, разглядывая ограждение поля. — Сообщаешь персоналу количество приглашенных и их анимагический облик. Я поставил их в известность о том, что мы — крупные кошки, и нам нужна соответствующая дичь для дальнейшей охоты.

— Подожди, ты хочешь сказать — здесь принимают исключительно анимагов, чтобы они могли сами добыть себе ужин, охотясь, как дикие звери?

— Все верно, — рассеянно подтвердил Драко, — по такой схеме и происходит трапеза. Ресторан ориентирован на особенную клиентуру. Если этот факт тебя не устраивает, мы можем отправиться на Диагон-аллею или в Хогсмит и отыскать более подходящее твоим вкусам заведение.

Понимая, что если он незамедлительно не искупит выказанное недоверие и не оправдается за беспочвенную подозрительность, их толком не успевшие начаться отношения тут же и завершатся, Гарри поспешил заверить Драко:

— Нет-нет, прости. Просто… меня немного шокировало само существование подобного заведения.

— Разве это не идеальное место для тех из нас, кому в своей звериной ипостаси слишком опасно охотиться на обычном пастбище? — потеплевшим тоном поинтересовался Драко. — А здесь животные инстинкты контролируются профессионалами. Я слышал, что хозяин заведения сам из отряда диких псовых. К сожалению, я забыл, кто именно.

— Согласен: жажду крови лучше утолять в подобном месте, — признался Гарри, про себя с уважением отмечая, сколько сил и магии требуется для обеспечения заявленных свойств необычного ресторана. — Ты упоминал, что накануне ужинал с Нарциссой. Как ты удержался от нападения на нее?

— Ты хоть раз общался с лебедями? — фыркнул Малфой. — У них фантастически вздорный и вспыльчивый характер. Лебедь — идеальная форма для моей матери: обманчиво хрупкая, красивая оболочка с алмазной твердости сутью. Однажды я попытался напасть на нее — в бытность моих трудностей с переходом; в ответ мне едва глаза не выклевали. Не тот опыт, повторения которого мне хотелось бы.

Гарри с трудом подавил смех, представив, как все происходило. Он прекрасно осознавал, насколько опасна может быть Нарцисса Малфой в облике прекрасного лебедя.

— Мне не терпится испытать на себе атмосферу ресторана, — робко предложил Гарри. — Пойдем внутрь?

— Последний вопрос, — остановил Драко, стискивая длинными пальцами ладонь Гарри. — Вчера я охотился на кроликов и оленя, но на сегодня заказал для нас двоих более крупную дичь. Ты составишь мне компанию на охоте?

— О, конечно, Драко, пошли. — В крови Поттера закипал адреналин.

В облике пантеры Гарри был просто неотразим. Огромную кошку с полным на то основанием можно было назвать венцом творения природы. Пока пантера осторожно подкрадывалась к водопою, облюбованному американскими бизонами, Драко упивался игрой мышц, перекатывающихся под бархатисто-черной блестящей шкурой. Итогом разглядывания стало то, что тигром овладело неистовое желание прыгнуть сверху, прижимая к земле красивого зверя, и спариваться с ним до полного изнеможения. Жаркие мысли будоражили воображение, вселяя беспокойство и кружа голову.

Совместными усилиями смертоносные кошки уже загнали быка — когти тигра оставили глубокую рваную рану на левом боку добычи — когда охваченная охотничьим азартом пантера нацелилась на корову. Ведомый звериным чутьем Гарри загнал добычу к длинной гряде скал, разделяющей «обеденную зону» и нейтральную часть поля, отрезая жертве путь к спасению.

Неповоротливое травоядное попыталось передними копытами размозжить пантере голову, но хищник с присущей его роду легкостью и грацией увернулся от удара, перепрыгнув жертву. Отчаянная атака самки оголила ее правый бок, позволяя тигру беспрепятственно подскочить к загнанной добыче и нанести удар острыми когтями. Замычав от боли, корова дернулась назад, опираясь всей тушей на отвесную скалу. Отдавшись во власть инстинктов, хищные кошки с двух сторон набросились на обреченного зверя. Запрыгнув на спину коровы, пантера зубами впилась ей в холку, в то время как тигр продолжил когтями рвать бок, разрывая шкуру и мышцы, извлекая наружу дымящиеся внутренности.

С жалобным мычанием корова рухнула на землю; темные глаза заволокла пелена смерти. Испустив победный рык, огромные коты приступили к пиршеству, вгрызаясь в ароматное сладкое мясо откормленного буйвола. По округе разлетался хруст перемалываемых мощными челюстями костей и сухожилий, перемежаемый утробным урчанием, которым хищники выражали наслаждение обильной трапезой.