Игорь

Были пациенты, которые все время говорят сами с собой. Другие же кидались своими фекалиями в санитаров, был даже такой кадр, который боялся своего крика. Допустим, накроет его, а он крикнет от этого, и как только услышит свой же крик, начинает орать еще громче. И такой концерт продолжается, пока его транквилизатором не шлепнут. Но тот, о ком пойдёт речь, в корне от них отличался. Он не был буйным, он не сопротивлялся, когда ему делали инъекции, так же он не отказывался от еды в отличие от других, но с персоналом он не желал разговаривать.

В его карточке в графе диагноз было написано: Параноидная шизофрения.

Хотя, на шизофреника он не особо был похож. Если бы не одно «но»: ночью он вел себя очень странно, вставал напротив окна и что-то высматривал, на голоса, окрики, он никак не реагировал. Мы даже пытались, его растормошить, на что тоже не последовало никакой реакции. Вскоре мы забросили это дело и не стали его трогать, ну стоит, и пусть стоит, тебе главное, что на персонал не кидается. Мне было интересно, что же он там разглядывает, я все время крутился у его палаты, ночами караулил, но так и не узнавал нечего интересного. Но на одной из моих ночных смен, всё-таки случилось кое-что интересное. Я обходил палаты перед отбоем, все было как всегда, в одной палате меня покрыли матом, в другой чуть не закидали фекалиями, в третей вообще чуть глаза не выцарапали, и вот, когда я зашел в палату к Игорю (именно так звали нашего пациента), он впервые обратился ко мне.

— Виталий Дмитриевич, — тихо сказал тот.

— Да?

— Робко ответил я на столь неожиданное приветствие.

— Можете подойти ко мне?

— Да-да. Конечно, — ответил я, и осторожно пошел в его сторону, я боялся, что может накинуться на меня. Наконец-то я подошел к нему, и спросил, — ты что-то хотел, Игорь?

— Угу, — промычал Игорь и ткнул пальцем в окно, — посмотрите, пожалуйста, вон туда.

Я начал всматриваться, но как бы я ни старался, я ничего не мог увидеть.

— Я ничего не вижу.

— А вы посмотрите получше, — спокойным голосом ответил Игорь, но почему-то его спокойствие пугало меня, его голос был холодным и безжизненным, как будто мне это мертвый говорил.

Напару со страхом я начал всматриваться в окно, и то, что я там увидел, напугало меня до жути. Я темноте я заметил два огромных белых глаза, которые располагались как-то странно, они были очень близко друг к другу, ну точно не как у человека…

— Что это?

— Шепотом спросил я.

— Я не знаю, но оно всегда приходит сюда ночью и просто смотрит в мое окно.

После его ответа я начал отходить от окна, мое сердце билось очень быстро. Выйдя из палаты, я пошёл в ординаторскую, закрыл дверь на защёлку и достал из шкафчика коньяк и кофе. Выпил я тогда примерно четыре кружки, вздрагивал от каждого шороха, из головы у меня не выходили эти самые глаза.

После того случая я старался уходить с работы до наступления темноты, а время на ночных сменах казались мне мучительно долгими, я молил бога, чтобы быстрее наступил рассвет.

Через несколько месяцев меня уволили по сокращению, и честно сказать, я не был расстроен, я был рад. Рад, что покинул это адское место. Но через неделю до меня дошла страшная весть. Игоря нашли мертвым, его грудь была разодрана, ребра валялись по всей палате, а его сердце… А его и не было. Просто не было.