Игорь Иртышов — за гранью жестокости.

Изображенный на составленном по описаниям портрете Игорь Иртышов, заблаговременно узнавший о грозившей ему опасности, просидел месяц с лишним в Мурманске и вернулся в Питер лишь через несколько недель, окончательно разругавшись с приятелем, у которого жил. В Санкт-Петербурге поселился у знакомых в общежитии. Впрочем, «знакомыми» этих мужчин вряд ли можно назвать, точнее это были его клиенты, которым он оказывал сексуальные услуги. Приятели-гомосексуалисты его кормили, поили, по необходимости одевали и подкидывали денег.

Иртышов был «сдан» одним из своих любовников. После последнего изнасилования Игорь принёс приметный портфель мальчика домой и похвастался им перед сожителем. Тот заподозрил неладное и обратился в милицию. По«оперативным наработкам» преступник был схвачен. Позже многие жертвы его опознали. Была проделана колоссальная работа и уже к моменту задержания они точно знали, что Иртышов это именно тот маньяк, который совершил изнасилование Кости Кузьмина и еще нескольких малолетних мальчиков. Они точно знали, адрес квартиры, на которой тот надеялся найти пристанище. Его взяли без шума и осложнений 28 ноября 1994 года.

Несколько месяцев — вплоть до апреля 1995 года Иртышов все отрицал. Однако в больнице, куда его возили на экспертизу, ему понравилось. И он изменил тактику: полностью во всем признался, одновременно стараясь изобразить сумасшедшего. Как рассказывают следователи, он постоянно впадал в истерику, то плакал, то вдруг становился спокойным. Больше всего на свете Игорь Иртышов просился в больницу. «Я ведь ненормальный, раз такое натворил… Точно ненормальный! Я не хочу в тюрьму, положите меня в больницу, навсегда!» — чуть не плача твердит он при каждом удобном случае.

Желание вполне понятное, и, кстати говоря, лишний раз подтверждающее, что с головой у него все не так безнадежно — уж он-то точно знает, какая судьба ждет его на зоне, такие, как он, там долго не живут. Да и на то, чтобы полгода водить за нос следствие, отрицать все предъявленные ему обвинения, опровергать результаты экспертиз и показания пострадавших, у него ума хватало.

Впрочем, мечта о больнице для него так и осталась мечтой. Врачи долго проводили психиатрическую экспертизу, однако вынесли такой приговор: отклонения есть, но вполне вменяем, несмотря на весь ужас его преступлений. В конце концов, он вынужден был признать неопровержимые факты, и был отправлен в камеру-одиночку в знаменитых Крестах. Впрочем, это только так говорится: камера-одиночка. По тем временам даже таким отъявленным подонкам, как Иртышов, на подобный комфорт рассчитывать не приходилось, и сидел он вместе с еще одним сокамерником, о котором тоже в свое время немало писалось в прессе. Это Тихонов, который бежал из армии, прихватив с собой, как называют зэки, «консервы» — товарища, которого при случае и съел.

Процесс над Иртышовым начался в мае 1996 года и шел в Городском суде Санкт-Петербурга за закрытыми дверями, что вполне понятно и объяснимо: жертвы насильника должны быть ограждены от досужего любопытства, а сам он — от угрозы самосуда, которого, впрочем, по-человечески вполне заслужил. Но — «закон есть закон».

Прокуратура города утвердила предварительное обвинительное заключение, предъявленное Игорю Иртышову по 15 статьям Уголовного кодекса. Иртышову были предъявлены обвинения в убийстве, покушении на убийство, нанесении тяжких телесных повреждений, мужеложстве и совершении развратных действий.

В уголовной среде было принято решение казнить Игоря Иртышова при первой возможности, поэтому были приняты особые меры безопасности во время его содержания в тюрьме «Кресты». Во время суда преступник пытался найти объяснения, смягчающие тяжесть его поступков, напирая то на материальную необеспеченность, то собственное растление в детстве, то непонимание преступности своих деяний (Иртышов имел официально признанную задержку умственного и психического развития, что усиленно демонстрировал во время суда ; впрочем, задержка в развитии практически не проявлялось на бытовом уровне, Иртышов всё прекрасно понимал и без затруднений мог поддерживать беседу). Суд признал Игоря Анатольевича Иртышова виновным в 8 изнасилованиях и умышленном убийстве. Преступник был приговорён к 2 смертным казням — случай беспрецедентный в отечественной юридической практике.

Иртышов подавал прошение о помиловании, которое Президент России Ельцин отклонил. Тем не менее, казнён Иртышов не был — подоспел спасительный мораторий на исполнение смертных приговоров. На данный момент, преступник отбывает ныне пожизненный срок лишения свободы в зоне особого режима, в посёлке Сосновка, в Мордовии. Колония особого режима в «Дубровлаге» относится к так называемым«красным» мордовским зонам — здесь у нас нет ни«паханов» ни«петухов» только«мужики». Воры эти места не любят: вспарывают вены и животы еще на пересылках. Здесь мотают запредельные сроки самые кровавые убийцы, маньяки, насильники.