Иллюстрация

— Вечером тут особенно круто, вот только туристов много и впечатление портится. О, смотри! — он показал на стайку павлинов и пошел к ним.

— Ты что, павлинов не видел никогда? — фыркнул Драко, но пошел следом. — С кем ты хотел меня познакомить?

— Это ты вовремя спросил. Вот, — он показал на павлина-альбиноса, — это твой родственник.

Драко молча сложил руки на груди.

— Его остальные птицы клюют постоянно, и самочки не любят. Скажи же, словно в зеркало смотришься!

— Похвально, Уизли, ты попытался быть остроумным. Однажды у тебя получится.

Однако обычного раздражения он не чувствовал, ему даже польстило, что Уизли специально куда-то его повел, чтобы сострить.

— Хочешь еще что-нибудь мне показать?

— О, здесь недалеко есть статуя молодого парнишки — не помню названия, правда. Ты можешь потереть ему член. Главное, не перевозбудись и не…

Драко не стал дальше слушать и ударил его своей сумкой, пожалев, что внутри не было ничего тяжелого.

Уизли только заржал, но настолько заразительно, что Драко не удержался от улыбки.

Удивительно, но город словно по щелчку пальцев преобразился. Уизли неплохо рассказывал историю достопримечательностей (многое, правда, казалось вымыслом), умудрялся проскакивать мимо толп туристов, но и еще как-то угадывал с освещением, когда та или иная часть города выглядела наиболее красиво. Последнее Драко осознал, когда попытался понять, по какой логике Уизли выбирал маршрут: уж очень странно они петляли по дворам. Оказалось, Уизли просто шел за солнцем.

Драко невольно порадовался, что согласился следовать за ним. Когда они только начали свой путь, он достал из сумки путеводитель, но Уизли вырвал карту из рук и выбросил в ближайшую урну:

— Так ты только устанешь и еще больше возненавидишь город.

Улочки и внутренние дворики, по которым водил его Уизли, напоминали Драко магические кварталы. Он очень легко мог представить здесь чудаковатых людей в мантиях и остроконечных шляпах, армию големов, патрулирующую улицы, и парящего над городом дракона.

Он поделился своими мыслями с Уизли, и тот предположил: магия города еще и могла быть разной. Например, на закате город кажется золотым, добрым и открытым. Но ранним пасмурным утром впечатление совсем иное: мистический туман, мрачные потемневшие стены, пустые улицы, словно злые волшебники околдовали жителей, погрузив всех в долгий сон.

— Идеальное место, чтобы писать книжки о магии и всякой чертовщине, а? — говорил Уизли. — Мне рассказывали, что в каком-то университете некоторое время существовал факультет магии. Не знаю, правда ли… а может, он и сейчас есть, аудитории спрятаны прямо в стенах, и только волшебники могут пройти через барьер!

— Ты выпил слишком много, Уизли.

— Ага, вот только это я тебя на своем горбу тащу сейчас, — сказал он, и немного подкинул Драко вверх, чтобы тот не съехал с его спины.

… Они заглянули в какой-то паб, Драко очень хотелось пить, а пиво там оказалось таким холодным!

Когда Драко напивался, он не терял разум и вполне мог продолжать приличную беседу. Вот только тело ему совсем не подчинялось: из рук все валилось, ноги заплетались, а голова беспощадно кружилась. Уизли, наоборот, пьяным способен был даже на руках по парапету моста пройтись и не грохнуться при этом в реку (один раз у Драко чуть сердце не остановилось, когда Уизли пошатнулся, но оказалось, это сам Драко стал заваливаться на бок). Но какую же чушь он начинал нести!

— Книги… я иногда рисую иллюстрацию к книгам, — сонно сказал Драко в ухо Уизли.

— Ты уже говорил, чувак.

— Уизли, ты же рыжий.

— Да ладно?! Охренеть!

— Не ехидничай! Ты правда рыжий, — сказал Драко. На него вдруг снизошло озарение, и он прошептал: — Ты — Шон!

— Я не Шон, я — Рон.

— Шон — это персонаж из книги, дубина. И ты похож на него, — у Драко возникла идея: — А не хочешь подзаработать натурой?

Прозвучало пошло, он понял это, когда Уизли мерзко захихикал:

— Нет, спасибо.

— Уизили-и, — протянул Драко капризным тоном, — я заплачу!

— Сколько?

— Немного.

— Согласен.

Ночью Прага вымирала: они почти никого не встретили, даже свет в окнах нигде не горел. После того, как Драко побывал в Нью-Йорке, он не верил, что где-то люди могли ложиться спать раньше полуночи.

— По ночам на охоту вылезают вурдалаки, они убивают всех, кто не лежит в своей постели, — громким шепотом сказал Уизли. — Видишь, вон в кустах один, смотрит прямо на нас.

— Прекращай уже.

— Надевай капюшон, мы притворимся многоруким монстром.

— Это мужик, Уизли. Просто он пьяный и… голый?

— Хочешь сказать, лучше бы это был одетый вурдалак?

— Да ты достал! — Драко сказал это не так громко, как ему показалось, но эта мертвая тишина разнесла его слова эхом среди домов.

— Не кричи, ночные големы идут на звук и яркий свет.

Драко решил не поддерживать разговор, чтобы у Уизли не было лишнего повода нафантазировать еще какую-нибудь ерунду.