Исчадие

Валера встал с кровати и решил сходить в туалет. После более чем двухмесячного жесткого контроля и усиленного лечения, его режим несколько ослабили. Тем более и он вел себя нормально. Не буянил, был адекватен, хорошо себя вел с персоналом. Его перевели в другую палату. Он мог выходить в коридор и в столовую. Ему даже разрешили встречу с родственником, с двоюродным братом. На него, на Олега, он обиды не держал. Считал, что будь он сам на его месте, то поступил бы также. Брат рассказал ему про Вику, что она находится в доме ребенка. Что квартира закрыта и Валере есть куда вернуться. Надо только немного пролечиться. А там, глядишь, и все наладится.

Так что, Валера надеялся, что его рано или поздно выпустят отсюда, и он вернется к нормальной жизни.

Он возвращался из туалета в свою палату. Когда он проходил мимо столика дежурной медсестры, которая в это время куда-то отлучилась, то увидел, что на столе лежит газета. И заголовок на первой странице ударил ему по глазам.

«Массовая гибель детей в доме ребенка».

Валера остановился и взял в руки газету. Это была их городская газета. И под этим страшным заголовком он прочел сообщение. В нём говорилось, что в городском доме ребенка, в ночь с пятницы на субботу, произошло чудовищное преступление. В палате, где лежали совсем маленькие дети, до одного года, были убиты шесть детей. То есть все, кто там находился. Они были задушены. Каждому из них на лицо положили подушку. И они все погибли. Сейчас начато следствие. Арестованы все, кто дежурил той ночью.

Валера бросил газету на стол. Руки его дрожали. Сердце бешено колотилось. На лбу выступила испарина. Он сразу все понял. Понял, кто это сделал…

Нет, судя по всему, ничего еще не закончилось.

И продолжение следует…

Часть 2.

Дитя смерти.

Машина проехала большой город и выехала на небольшую, но хорошо заасфальтированную и ухоженную дорогу. Они еще километров пять проехали по этой дороге и подъехали к небольшому поселку. Он располагался прямо на опушке леса. Ровными рядами стояли двухэтажные дома. Красивые, из красного кирпича. Хотя они все были почти одинаковы, но что-то их всех различало. Разные входные двери, разные окна. Перед входом в каждый дом были разбиты клумбы. Клумбы были однотипные, но вот цветы на них были разные. Судя по всему, поселок, около 40 домов, был построен одной организацией, а потом дома проданы. Люди, купившие их, были богаты и успешны. Поселок охранялся, был огорожен высоким забором, имел все необходимое для жизни. Была собственная котельная, насосная станция, небольшой магазинчик. Между домами были небольшие заборчики. Они не ограждали, а разделяли территорию между стоящими по соседству домами.

Машина остановилась у дома. Мужчина, который сидел за рулем, вышел из нее и открыл ворота. Потом снова сел за руль, и машина подъехала прямо к ступеням небольшого крыльца.

Вика, сидевшая на заднем сиденье автомобиля, с любопытством оглядывалась вокруг.

Она держала за руку женщину, которая сидела рядом с ней.

— Ну что, приехали домой. Выходи, будем знакомиться с домом и его обитателями, — женщина ласково погладила Вику по голове.

Она открыла дверь и вышла из машины.

— Давай руку и осторожно спускайся из машины.

Девочка передвинулась по сиденью к открытой двери и протянула руку. Потом ловко спрыгнула на землю.

Стоял прекрасный весенний день. Солнце заливало все вокруг ярким радостным светом.

Листья только-только начали пробиваться, и березовый лес, окружавший поселок, был как бы покрыт зеленой дымкой. А трава уже вовсю зеленела. Цвет был еще свежим и ярким. Уже появились цветки одуванчиков, кое-где желтея в зелени травы. И воздух здесь, практически в лесу, был такой свежий и чистый, что даже дышать было приятно.

Вика огляделась вокруг. Потом протянула женщине руку, и они пошли к дверям дома.

Для девочки начиналась новая жизнь. В другом доме, другом городе. А главное, в другой семье.

Ее удочерила молодая семья, у которой не было своих детей.

Мужа звали Андреем, Андреем Андреевичем. Он имел свой не очень большой, но довольно прибыльный бизнес. Занимался изготовлением и установкой пластиковых окон. Спрос на такие окна был огромный. Уже во всех новых домах устанавливали только их. Да еще многие жильцы в старых домах тоже меняли в своих квартирах морально и физически устаревшие оконные рамы на новые, современные стеклопакеты. И хотя и конкуренция на этом рынке была большая, пока этот бизнес позволял Андрею прилично зарабатывать, а семье хорошо жить.

Жена, Маша, не работала. Домохозяйкой ее тоже трудно было назвать. Так как всю работу по дому выполняла приходящая, точнее приезжающая из города, домработница. Маша следила за порядком, ездила по магазинам, выбирала и покупала разные необходимые для семьи вещи. Ходила в гости к соседкам, таким же, как и она, женам бизнесменов.