Исчадие

Позади Андрея раздался крик, и он резко обернулся. Бледная как мел Маша, которая шла за ним, буквально рухнула на ступени лестницы. Она прижала обе руки ко рту. Были видны только ее расширенные от ужаса глаза. Ее всю трясло. Она привалилась плечом к стене лестницы и заплакала.

Осторожно обходя истерзанное тело собаки, выбирая места, куда можно было поставить ногу, Андрей подошел к входной двери и проверил ее. Она была закрыта. На ключ. Значит, в дом никто не заходил. Но кто-то ведь убил Графа. Убил жестоко, быстро, бесшумно и безжалостно. Кто?

Андрей присел на корточки возле тела собаки. Его замутило от вида мертвого тела и терпкого запаха крови, и он с трудом подавил этот приступ тошноты. Он закрыл глаза, и некоторое время посидел так. А когда их снова открыл, то сразу обратил внимание на то, что раньше, в шоковом состоянии, как-то не заметил. От тела Графа, по полу коридора, на кухню шли следы. Кровавые следы голых человеческих ног. Запачкав ноги кровью, кто-то прошел на кухню. Следы были маленькие, детские. Этот кто-то был ребенком.

— Вика, — громко позвал Андрей, — ты где?!

В доме стояла тишина. Не было слышно ни звука. Андрей немного подождал и снова громко спросил:

— Викуля, ты здесь?

И снова тишина. Тогда Андрей, опять осторожно ступая, чтобы не наступить на кровь, пошел в сторону кухни. Он уже почти дошел до нее, когда увидел Вику. Она появилась в проеме двери, выйдя из глубины помещения. Девочка была одета в пижаму, но не обута, босиком. На пижаме виднелись пятна крови, много пятен. Но лицо и руки были чистыми, как будто их только что вымыли. Она остановилась в дверях и посмотрела на Андрея. И на мгновение ему показалось, что на него посмотрел кто-то другой. Взгляд был как у взрослого человека, взгляд злой и тяжелый. Было такое чувство, как будто в лицо плеснули кислотой. Но через секунду это прошло. И Андрей не придал этому никакого значения.

Он присел рядом с Викой, обхватил ее за плечи и оглядел с ног до головы.

— С тобой все в порядке? — спросил он, — Тебя никто не тронул?

Девочка отрицательно помотала головой, по прежнему глядя Андрею в глаза.

— Ты как здесь оказалась? Сама пришла?

— Да, — подала голос Вика, — я по лестнице спустилась.

— А зачем ты сюда пришла?

— Здесь кто-то шумел. Я решила посмотреть.

— Викуля, а почему ты к нам не зашла? Надо было нас с мамой разбудить, и мы бы вместе посмотрели.

— Я думала, быстро посмотрю и снова спать лягу.

— Но здесь же Граф был. Ты что, не боялась его?

— Нет. Я и забыла, что собачка здесь спит.

— Вика, а ты никого не видела. Наверху. Или вот здесь, на первом этаже?

— Нет. Когда я спустилась, здесь было темно. Я немного прошла. И наступила на что-то мокрое. Я присела, потрогала руками, а здесь все мокрое. И я пошла на кухню, руки мыть. Там чуть-чуть светло от окна. А потом свет зажегся. И вы спустились.

— И ты никого не видела и не слышала?

Девочка вновь отрицательно покачала головой.

— Ну, хорошо. Давайте с мамой поднимайтесь на второй этаж и ложитесь.

Андрей встал на ноги, развернул девочку спиной к входной двери, чтобы она не видела всего этого кошмара, и подвел к лестнице, на ступенях которой по-прежнему сидела Маша. Ее глаза были закрыты, а обе руки прижаты ко рту. Она не плакала, а тихонько так, почти не слышно, всхлипывала. Он дотронулся до ее плеча:

— Маша, соберись. Надо собраться и увести отсюда Вику. Поднимайтесь наверх и пока побудьте там, вдвоем, в детской спальне. Главное — с ребенком все в порядке. А с этим сейчас я разберусь.

Маша, не открывая глаз, кивнула головой. Потом встала, взяла Вику за руку, и они пошли наверх.

Андрей зашел на кухню, включил свет и осмотрелся. Кровавые следы на полу доходили до углового стола с мойкой. И больше их нигде не было. Возле раковины лежало полотенце, все испачканное кровью. Видно, Вика им вытиралась, когда умылась. На полу, около стола, была небольшая лужица от воды, бледно-розового цвета. В остальном, на кухне было все в порядке. Окно закрыто, бытовые приборы отключены.

Обойдя всю кухню, Андрей снова вышел в коридор. При виде Графа, точнее того, что от него осталось, ему снова стало дурно. Он немного постоял с закрытыми глазами. А потом, когда приступ прошел, зашел в комнату, снял с дивана покрывало, вернулся в коридор и накрыл тело погибшей собаки. Накрыл так, чтобы полностью закрыть не только сами останки, но и даже лужу крови, которая была под мертвым псом. Затем взял еще и покрывало с одного из кресел и протер, как мог, пол. Чтобы не было видно этих кровавых следов от ног Вики. Испачканное покрывало бросил рядом с телом Графа. Конечно, теперь оба покрывала были безвозвратно испорчены, но Андрей об этом даже не думал.