Исход: Первая Связь

Когда Дарк почувствовал, что его больше не кусают, он расслышал как Клим еле слышно, еле различимо мычит ему в губы. Разорвав поцелуй, он услышал тихие стоны. Приятные, ласкающие слух. Они были как музыка для его ушей.

Движения стали более быстрыми и немного резковатыми. И стоны становились громче и протяжнее. Стиснув зубы, Клим продолжала мычать, она боялась издать слишком громкий звук. Но всему приходит конец, и терпению в частности. Челюсть свело от напряжения, сдерживаться уже не удавалось, крики смешались со стонами.

Ослабив хватку на руках, Дарк выпустил руки девушки, та в свою очередь обхватила ими спину парня, впиваясь ногтями. Она хотела сказать что-то, но выходили лишь нечленораздельные звуки. Единственное, что удалось разобрать в этом тумане, лишь, то, что светловолосая несколько раз повторяла имя парня, что почти сразу прервалось криками и стонами. Девушка часто чувствовала, как её подхватывают, усаживают, впиваются губами в шею, покусывая её. Она чувствовала постоянное движение…

Хотелось бы, чтобы это длилось как можно дольше, но, как бы то ни было, всему, и плохому, и, в частности, хорошему, приходит конец.

Неизвестно через какое время (никто не считал, чёрт возьми!), оба свалились уже без сил. Девушка заснула почти сразу. Свернувшись калачиком, она почувствовала лишь как её накрывают мягким одеялом, и как её обняли, сгребя в охапку.

«Дура!» — последнее укоризненное слово, которое прозвучало у неё в голове, после чего она уснула.

29 глава — Я люблю тебя…

Разлепив глаза, Дарк, хоть и с большой неохотой, но смог подняться с постели. Пособирав свою одежду, он быстро натянул всё. Единственное, что не попалось ему на глаза, да и в руки, это рубашка. В её поисках он наткнулся на маленький спящий комочек, который, крепко-крепко сжимая в руках ту самую рубашку, укутавшись в одеяло, и прислонял её к лицу.

Улыбнувшись, Дарк плюнул на этот кусок тряпки и спустился вниз по лестнице на первый этаж. Есть хотелось безумно, а это говорило лишь о том, что неплохо бы приготовить завтрак, вот только для начала надо нормально одеться и сходить в лавку, за продуктами.

Но стоило парню спуститься на первый этаж, как он услышал знакомый голос вперемешку с глухими хлопками. От этой смеси он чуть не упал там же, где стоял. В горле моментально пересохло, а тело непроизвольно напряглось.

— Браво, Дарк, браво!

— Петерсон! — развернувшись, Тень увидел эту наглую рожу, которая сидела за столом, закинув на него же ноги. Призрак наблюдал за ним с каким-то ликованием и медленно хлопал в ладоши.

— Я тебя, наконец-таки, поздравляю… — хлопки прекратились. Бен встал со стула и, обойдя его, облокотился локтем, на плечо Тени, так же наблюдая за ним. Только сейчас Дарк понял, это было никакое не ликование. Это обычная насмешка, опять стебётся. Ну, пока это не так страшно… — И хочу сказать огромное спасибо! Ты изрядно облегчил мне работу! Как только я выведаю все, что мне нужно, достаточно будет просто напомнить о тебе, наплести всякой околесицы, и всё! Она сама уже прыгает со скалы! Спасибо огромное!

— Что твоей наглой, вируснутой роже надо?! — чётко и ясно, разделяя каждое слово, сказал Тень. Сказать, что он не хочет с ним говорить, значит ничего не сказать.

— В гости зашёл… Мы же давно не виделись… — посчитав что-то в уме, Бен закончил. — По меркам этого времени, чуть меньше месяца! Вот, соскучился! Зашёл повидаться! А ты по мне не скучал?

— Растворись! — на выдохе, в приказном тоне, ответил парень, оттолкнув от себя Вируса.

— Но-но-но, Дарк! — отряхнув руку от невидимых пылинок, одёрнул призрак. — Не надо так грубо. Если ты нашёл себе временный источник подпитки, это не значит, что ты стал всемогущим.

— Я сам как-нибудь разберусь с этим! — огрызнулся парень.

— Я не сомневаюсь… У тебя хорошо, получается… — ухмылялся Бенджамин. И продолжил, на секунду заглянув ему за спину, оглядев лестницу. — Вот только… Что ты будешь делать, когда она уйдет?… Я имею в виду другое измерение. Метка исчезнет, хочешь ты того или нет, нить связывающая вас тоже оборвётся будто её и не было.

Дарк закусил нижнюю губу, возмущение било через край. Крепко сжав кулаки, он продолжал слушать, в то время как Утопленник нарезал вокруг него круги и продолжал давить на больное. Ну да, конечно… Впервые за все эти годы он нашёл, на что действительно можно надавить и сделать по-настоящему больно.

— В лучшем случае, ты рассыплешься в прах, в худшем — выживешь, но будешь вспоминать о Ней каждую секунду своей никчёмной жизни! — нервы были на пределе. Больше всего возмущало понимание того, что он прав… И за его «правду» хотелось сейчас с разворота заехать Бену в нос и расквасить ему всю морду. Но нет… Глубоко вдохнув и выдохнув, Дарк ответил:

— Я сам с эти разберусь! — прорычал Тень, разжав левый кулак. Петерсон был несколько удивлён такой реакцией, он ожидал совершено другого исхода. То, что Дарк сдержался, несколько удивляло. Это не в его стиле…