Исход земной цивилизации. Война

Ривка фыркнула и, приземлившись на софу, пристегнула ремни безопасности и надела на голову шлем для гиперсветового прыжка, готовая ко взлету. Нинурта же, проигнорировав кресло, в котором он летел сюда, тоже надел шлем, занял оставшееся свободное пространство софы и положил ладонь на колено Ривки, только скрипнувшей зубами в бессильной ярости. После того, как пилот сообщил о вылете, Нинурта, прежде чем зафиксировать крепления перед вертикальным взлетом, склонился над ее ухом:

— А что, если я позволю тебе увидеть Мардука? — прошептал он совсем тихо, но Ривка услышала его даже через нарастающий гул готовых ко взлету двигателей. — Конечно, если ты будешь пай-девочкой, — он коснулся ее щеки тыльной стороной ладони, но она только отвернулась в другую сторону, ничего не ответив.

Весь короткий взлет до прыжка Ривка делала вид, что изучает последние отчеты министров, и Нинурта, занятый тем же, немного остыл. Трудно было вести себя спокойно, когда хотелось придушить этого мужчину, пусть это и было невыполнимым желанием — он бы переломил ее как тростиночку. Нинурта, как истинный воин, свободное время посвящал укреплению духа и тела, бесконечно оттачивая техники владения холодным оружием и рукопашного боя. Он был могуч, оттого и ни на йоту не сомневался в собственной вседозволенности.

Сойдя с трапа, он направился к ожидавшему автомобилю, поблёскивая доспехами, в которых уместнее было взойти на боевую колесницу, запряжённую тройкой черных как ночь коней. Он даже не попрощался, лишь приподнявшийся в едва уловимой ухмылке уголок губ, когда Нинурта садился в салон, дал Ривке понять, что предложение в силе: возможность увидеть мужа взамен ночи с его кузеном.

Как низко и грязно. Наследный принц, похоже, не мог допустить мысли, что он не может заполучить все, что угодно его душе. Ривка боролась с досадой, ведь ей так хотелось увидеть Александра. Пока совет принимал решение, его судьбой все еще владела Инанна. Оказывается, жестокие законы давали возможность нибируанцам мстить за своих возлюбленных и родных. Получается, царская семья вовсе не превышала своих полномочий, а действовала согласно букве закона. Эти дикие законы уже не раз вводили Ривку в тихий ужас.

После перелета она отправилась домой — в башню на юге Бад-Тибира, где проживала до того, как стала наложницей. Сидя на заднем сидении роллс-ройса, она смотрела на затылок водителя, нового телохранителя, с болью вспоминая о Дрейке. Её преследовала не просто вина, а настоящее разрушительное чувство, разъедающее в ее сердце огромную дыру. Дрейк, этот смелый парень, был настоящим анкийским патриотом и поддерживал Ривку не только как свою госпожу, но и как настоящего друга. Она внезапно устыдилась, вспомнив, как наклюкалась с Даной несколько лет назад и в спонтанном порыве почти поцеловала Дрейка от безысходности и одиночества, но он только принес ее на руках домой и уложил спать… Могли бы они тогда подумать, что он погибнет от её руки? Ривка почувствовала, как по щеке скатилась слеза, но, переведя дыхание, взяла себя в руки, глядя за окно автомобиля. Все, что ей оставалось — это держаться, отметая желание перерезать себе вены. Из-за ее решений, из-за ее поступков погибло уже слишком много людей, и Ривка думала, так ли велика её любовь к Земле и человечеству, или же все ее действия направлены только на спасение Александра? Стоит ли он этих жертв? Стоит ли он жизни Дрейка…

Его отец, майор Дуэйн Живкович, когда-то буквально спасший жизни ее сокурсников четкими указаниями с Лахму во время аварии шаттла в космосе, уверял, что не винит Ривку, и что это целиком и полностью был выбор его сына, однако глаза его, Ривка не могла себя переубедить, говорили совсем о другом. Он, как оказалось, знал о том, что замышлял его сын вместе с Нинхурсаг и, как и они, счел нужным скрыть от Ривки, что именно Дрейк будет участвовать в операции, так как Ривка изначально наотрез отказывалась приносить чью бы то ни было жизнь в жертву. Да у нее на голове волосы дыбом встали, как только Нинхурсаг заговорила о плане! Однако и оставлять в живых анкийца, смело решившегося отдать свою жизнь на благо страны, было опасно, ведь он подвергся бы не только пыткам, которые Дрейк смог бы выдержать, но и воздействию телепатов. А вот тут уже не было сомнений, что подоплёку заговора утаить не удастся. Ривка, конечно же, не доверяла Нинхурсаг, как мог кто-то доверить свою жизнь хитрой царице? Кто-то вроде Дрейка — всегда осторожного парня… Почему он с такой легкостью пошел на смерть? Все правильно… Потому что он доверял не Нинхурсаг, а своей госпоже, мечтая о лучшем мире для своей семьи.