Исход земной цивилизации. Война

Оскалившись от боли, он просто вырвал кусок стекла и как ни в чем не бывало устремился вниз, буквально волоча Инанну за собой. Стража выполняла свой долг, отдавая жизни за своих господ. Ее численность сокращалась под разящими сквозь стены залпами теперь уже пулеметных очередей. Нинурта краем глаза уловил на лестничном пролете тела обеих своих наложниц, что после его свадьбы переехали на несколько этажей ниже по настоянию Инанны, которой не удалось полностью от них избавиться. Грива каштановых волос Аконит вымокла в крови, а взгляд остекленевших глаз был обращен в сторону. Наложницам было уже не помочь, и их тела останутся погребены под обломками начавшего оседать здания, потонувшего в грохоте нестихающих залпов оружия.

Нинурта увидел в еще целое окно пролета пятого этажа, как нибируанские истребители окружили здание, обстреливая анкийские вертолеты и самолеты с незнакомой эмблемой в виде окруженного змеей солнца на фюзеляжах.

На улицу выходить было опасно, поэтому оставшаяся стража увела наследного принца и его жену в подвальные помещения, чтобы уберечь от гибели. Бад-Тибира имел сложную подземную сеть тоннелей и бункеров, которые спасли бы горожан во время бомбардировок. И именно эта предусмотрительность Мардука сейчас спасала жизни его заклятых врагов.

Грохот сверху знаменовал крушение одного из самолетов или вертолётов. Тоннель, по которому они бежали, стал рушиться вместе со зданием, но вскоре Нинурте, Инанне и кучке стражников удалось покинуть эпицентр баталии, отойдя на достаточное расстояние.

— Нан, где канцлер и Мардук? — рявкнул Нинурта в коммуникатор в браслете, но оттуда, как и ожидалось, не донеслось ответа. — В зиккурат, срочно! — гаркнул он на ближайшего стража; тот только кивнул, сверяясь со схемами подземных тоннелей.

Александр смотрел за окно, где вдали, обстреливаемая залпами лазера, пылает высотка, некогда принадлежавшая министру Коскинену. Внутри него разгорался ужас последствий такого грубого нападения на Нинурту, но Ребекка только улыбалась, и в тусклом освещении ночника спальни ее улыбка выглядела безумной.

— Наконец-то твой ублюдочный кузен подохнет! — прошипела она сквозь зубы, источая ненависть, злобу и, вместе с тем, темное удовлетворение.

— Ребекка, я не знаю, как сильно продвинулся наш флот за эти семь лет, но надеюсь, ты приняла правильное решение.

Она натянула форменные брюки и поправила манжеты черной рубашки, готовая встать во главе наступления. После такой желанной ночи, раскрывшей обоих по-новому и показавшей обоим, как сильно они скучали, Ривка раскраснелась и была слегка растрепанной, однако всего пара ловких движений, и ее волосы оказались туго заколоты на затылке, а взгляд приобрел жесткость, словно облачение канцлера влияло на нее отрезвляюще.

Раздался не просто стук в дверь, а настоящий грохот, словно дверь пытались выбить с ноги. Ничуть не испугавшись, Ривка отправилась в прихожую, предлагая Александру последовать за ней, и открыла дверь, впустив в квартиру клубы серого дыма. В прихожей показался оперативник в маске фильтрации, и хотя Александр не видел его лица, но узнал его по глазам.

— Бен, — только выдохнул он и тут же закашлялся от удушающего газа, которым был заполнен весь коридор и теперь квартира.

— Рад, что с вами все в порядке, господин, — раздался его приглушенный голос; он протянул обоим маски и указал на выход. — Нам нужно спешить, самолет на крыше.

— Идем, мы присоединимся к наступлению Ордена Шемеш, — уверенно приказала Ривка своему мужу, господину Земли, и тот повиновался.

И они, переступая через тела нибируанцев, обезвреженных газом, в окружении оперативников отправились пролетом выше, где находился выход на крышу. Там их действительно уже ожидал шаттл с пулеметными установками на крыле.

— Отличная работа, Бен, — Ривка похлопала друга по плечу, когда они зашли на трап; в небе над ними неуловимыми точками кружил десяток истребителей GP-3 новейшего поколения.

Александр только кивнул ему. Пропустив семь лет, он попал в самый настоящий переплет противостояния нибируанцам, где командование на себя взяла его жена. Она села в пустующее кресло бортинженера, решив самостоятельно наблюдать за навигацией, пока с его руки снимали браслет слежения, «подаренный» в честь домашнего ареста. Ривка была собрана и уверена в себе и своих силах. Это подбадривало и экипаж, и оперативников, прилетевших за ними. Радар показывал несущийся на них с юга нибируанский эскадрон.

— Команда Хвост Кометы, в бой! — громом раздался клич капитана в эфире, и, собравшись строем, изображения анкийских истребителей на радаре, ринулись на юг; каждый из пилотов, конечно же, понимал, что живым им не вернуться, но Александр был уверен, что они не дрогнут перед страхом смерти.

Шаттл взмыл вверх, прячась в пелене на удачу затягивающих небо облаках.

— Режим невидимости, Терренс.

— Есть, сэр!