Исход земной цивилизации. Война

— Мне нужно уехать, ключ на столе, оставь как обычно под вентилятором, — на автомате отчеканила она, словно не уходило то время, когда подобное было в порядке вещей.

Бен промолчал, пропустив ее в комнату. Ривка скрылась в спальне, быстро натянула льняной брючный костюм чёрного цвета, надела браслет и побросала необходимое в сумочку. Бен сидел на разложенном диване, на полу валялась простынь, заменившая ему одеяло.

— Все в порядке? — спросил он, глядя на обувающуюся Ривку.

Она словно только сейчас очнулась и посмотрела на него более осознанно.

— Кое-что случилось, — пробормотала она, глядя так, будто увидела его впервые. — Напиши свой номер и оставь на столе, — не ожидая от себя подобного, попросила Ривка и открыла дверь, за которой, точно верный пес, дожидался Живкович со стаканом кофе в руках.

— А, Живкович! — Бен нагло улыбнулся, закинув ногу на ногу и приветственно поднял ладонь. — Приглядывайте за ней.

— Бен! — рявкнула она, не понимая, почему он решил вернуться к амплуа маленького засранца образца периода их раннего знакомства. — Это мои подчиненные!

Тот только пожал плечами. Наверное, подобная модель поведения глубоко срослась с его образом, а еще… Ривка застыла на месте, вспомнив их ночной разговор. Бен говорил, что всё еще любит ее, но была ли в этих словах хоть капля правды, или же это был умысел с целью добиться от нее чего-то в политических целях? Сын Ангелы Новак — от одной этой мысли бросало в холод.

Ривка только фыркнула и исчезла за дверью, оставив Бена в одиночестве. Он был прав, расставание стало отличным поводом исчезнуть из ее жизни, не раскрывая своего участия. Ох, какая же каша теперь в голове! Она должна была думать об угрозе, нависшей над анкийским сообществом, о своей нибируанской крови, об Александре, чья продолжительная кома вгоняла в еще большую депрессию, но Ривка могла думать лишь о том, сколько еще лжи будет в ее, судя по всему, длинной жизни. Она усмехнулась. Длинной. Конечно. Ее могут убить в любую секунду…

Она листала ленту новостей, сокрушаясь над новым террактом, произошедшем на этот раз в Брюссельском аэропорту, понимая, что пока что парламентеры терпели фиаско, если еще были живы. Если бы Ривка не отменила операцию, то двадцать два невинных человека, находившихся в тот момент рядом с террористом-смертником из взявшей на себя ответственность небезызвестной группировки, были бы живы. Хотя ввиду последних событий вряд ли все эти метания имели значение — на них двигался конфликт с Нибиру, и жертв будет куда больше, чем можно предположить.

Она ураганом влетела в переговорную, где уже находились все министры, они смотрели на нее в мрачном молчании, и Ривка полагала, что новости вряд ли окажутся воодушевляющими.

— Не наблюдала за вами раньше такой неуверенности. Выкладывайте, министр Коскинен, — попросила она, присаживаясь в центральное кресло. — Что говорят космические станции?

— Канцлер, — Коскинен провел ладонью по и без того прилизанным волосам. — НАСА и русские засекли объект. Мы не успели принять меры, он попал не только на картинку наших спутников и был очень близко к Земле.

Ривка стукнула кулаком по столу, и в переговорной вновь образовалась тягучая тишина.

— Слишком внезапно, — озвучил всеобщие мысли министр Энгельс. — Беспилотник-разведчик наверняка успел собрать необходимую информацию о Земле. Чего стоит человеческая орбитальная станция…

— То есть, вы говорите мне, что мы не готовы к нибируанскому вторжению, и теперь они в курсе, что на Земле не только присутствует человеческая раса, но она еще и высокотехнологично развита!

Министр Ито смотрел в одну точку, изучая небольшую царапину на дубовой столешнице.

— Самое время приступать к активным действиям, канцлер, — его черные глаза обратились к ней. — Мы готовы к вторжению, об этом свидетельствует огромный воздушный флот и множество оснащённых по последнему слову военной техники объектов на Земле.

— Министр Ито, вы еще вспомните о ядерных бомбах на вооружении крупных держав! — неожиданно вскипел Андерсен. — Война приведет к гибели человечества, война — не выход.

— Но мы должны быть готовы к ней, — Ривка сосредоточенно разглядывала фотографии беспилотника, снятые в космосе. — Люди не должны снова стать рабами Нибиру, я уже не говорю о нас с вами.

— Но, канцлер, ведь именно нибируанцы стали прообразами божеств множества религий. Подчинение у людей в крови, — сказавший это министр Баракат поймал на себе ее изучающий взгляд; Ривка знала, что клан Анкиа уже давно готовился к подчинению высшей расе, в отличие от других кланов.

— И именно поэтому вы строите золотоносные шахты и металлургические заводы под видом военных баз? — она сощурилась, а вопросительные взгляды министров из других кланов обратились к Баракату.

— Что это значит? — в голосе Коскинена зазвучало возмущение. — Какие еще шахты?