Фандом: Лабиринт, Миры Лавкрафта. Продолжение истории «Король без королевства». Прошло сто лет. Многое изменилось, но самое заветное желание мастера вампиров осталось прежним. Вот только сделает ли хоть кого-то счастливым исполнение его мечты?
215 мин, 11 сек 14782
— Прекрати истерику, Дей, я не хочу с тобой ссориться. Ты — редкость в своем роде. Без тебя наш мир станет скучнее. Поэтому я готов подыграть тебе. Я даже сделаю так, что все — и драконы, и древние — узнают о том, что я выкупил Джарета. Это ведь тоже входит в твой замысел?
Глаза дракона полыхали, но он молчал.
— Можешь не стесняться в размерах выкупа, для меня это не имеет значения.
«Мне нужно не золото и не артефакты», — голос Дея звучал глухо.
— Услуга?
«Нечто вроде. Свободный вход в мир древних».
— Зачем? Драконам там не рады.
«Ты же открыл путь Моркелебу».
— Только на время Игры. Дей, ты что, веришь в легенды о великих сокровищах, скрытых под песками Ленга? Уверяю тебя, всё действительно стоящее давно уже извлекли и растащили. Если тебе нужно что-то конкретное, я тебе это найду.
«Что мне нужно, я уже сказал».
— Опомнись, Дей. Если тебе надоело жить — выбирай любую звезду и лети в нее. Смерть будет гораздо более быстрой и неизмеримо менее мучительной, чем если ты попадешься Ньярлатхотепу. Он зол на тебя за Шаб-Ниггурата. Скажи, что тебе нужно в нашем мире? Я сам это принесу.
«Хастур, я что, неясно выразил свою мысль?»
Древний бог тяжко вздохнул.
— Ладно, ты сказал, я услышал. Путь для тебя будет открыт. Но учти, чем дольше ты у нас задержишься, тем меньше шансов будет выбраться обратно.
«Я удовлетворен. Отныне Джарет свободен».
Хастур покачал головой.
— Не знал, что среди драконов тоже распространено безумие. Прощай, Дей.
И древний бог исчез. Еще некоторое время Дей нервно дергал хвостом, потом заставил себя успокоиться. Встреча прошла не так уж и плохо. Да, Хастуру теперь известна его тайна. Но раскрывать ее не в интересах древнего бога. Дей поднял голову и долго смотрел на звезды. Интересно, какие они в самом древнем мире Вселенной? Скоро он это узнает.
Эйден прожил в Инкваноке неделю, но ни на дюйм не приблизился к пониманию этого города. Задавая прямые вопросы, маг слышал в ответ одну и ту же фразу: «На всё воля богов». К досаде Эйдена, его самого люди воспринимали, как проявление особой милости Хастура. В чем, в принципе, были не далеки от истины. Правил городом Царь-под-вуалью, каждый день проезжающий по городу на колеснице, запряженной мохнатыми быками, а за ним вели к храму жертвенных животных. Этого Эйден тоже не понимал. Зачем нужны такие жертвы богам, которые питаются чувствами разумных существ?
Хищные тени появлялись теперь значительно реже — две-три в день. Истреблять их было несложно, однако Эйдену хотелось искоренить угрозу раз и навсегда. Но он никак не мог определить источник этого явления. А еще ему снились сны. Темные, тягучие, недобрые, выворачивающие наизнанку душу. На воздействие Хастура они не походили совершенно. Эйден подозревал, что сны и тени как-то связаны между собой. Подтверждение своим подозрениям он получил совершенно неожиданно.
В то раннее утро Эйдена разбудила особенно громкая музыка. Он выглянул из окна. Улицы и крыши домов были заполнены народом. Все смотрели вверх. Эйден тоже вылез на крышу. Над храмом Всех Древних Богов клубился дым. Оттуда слышались ритмичные завывания, бой барабанов, вой труб. И вдруг в дыму начали появляться огромные фигуры. Люди вокруг разом воздели руки к небу. В словах зазвучавших молитв Эйден различал имена — Дагон, Йог-Сотот, Ктулху, Ньярлатхотеп, Шаб-Ниггурат… Один за другим древние боги проносились над городом и исчезали в свете восходящего солнца. Эйден с ужасом проводил глазами Дагона. И с этим чудовищем пришлось сражаться Лайонелу? Но остальные ввергли мага в полное оцепенение. Чувства и мысли отключились, не в силах оценить то, что видели глаза. Боги были… запредельными.
Последним, вобрав в себя остатки дыма, в небо поднялась фигура Хастура. Его появление вызвало среди людей религиозный экстаз. Эйден с усилием опустил глаза, когда четырехрукий бог пролетел над крышами домов. А затем из-под купола храма в небо взмыла огромная птица.
— Шантак… отец птиц… — стоном пронеслось по Инкваноку.
В отличии от фигур богов, это существо было настоящим. Шантак был похож на орла, но размером с дракона. Он делал круг за кругом, охватывая все улицы города. Когда гигант пролетел над Эйденом, маг вздрогнул. Теперь он знал, кто насылал на него кошмары. Эйден прищурился, провожая взглядом отца птиц. Что ж, придется идти в храм. Возможно, именно этого от него и ждет Хастур, но Эйдену было всё равно. Освободить древний город от кошмаров — достойное завершение карьеры.
Глаза дракона полыхали, но он молчал.
— Можешь не стесняться в размерах выкупа, для меня это не имеет значения.
«Мне нужно не золото и не артефакты», — голос Дея звучал глухо.
— Услуга?
«Нечто вроде. Свободный вход в мир древних».
— Зачем? Драконам там не рады.
«Ты же открыл путь Моркелебу».
— Только на время Игры. Дей, ты что, веришь в легенды о великих сокровищах, скрытых под песками Ленга? Уверяю тебя, всё действительно стоящее давно уже извлекли и растащили. Если тебе нужно что-то конкретное, я тебе это найду.
«Что мне нужно, я уже сказал».
— Опомнись, Дей. Если тебе надоело жить — выбирай любую звезду и лети в нее. Смерть будет гораздо более быстрой и неизмеримо менее мучительной, чем если ты попадешься Ньярлатхотепу. Он зол на тебя за Шаб-Ниггурата. Скажи, что тебе нужно в нашем мире? Я сам это принесу.
«Хастур, я что, неясно выразил свою мысль?»
Древний бог тяжко вздохнул.
— Ладно, ты сказал, я услышал. Путь для тебя будет открыт. Но учти, чем дольше ты у нас задержишься, тем меньше шансов будет выбраться обратно.
«Я удовлетворен. Отныне Джарет свободен».
Хастур покачал головой.
— Не знал, что среди драконов тоже распространено безумие. Прощай, Дей.
И древний бог исчез. Еще некоторое время Дей нервно дергал хвостом, потом заставил себя успокоиться. Встреча прошла не так уж и плохо. Да, Хастуру теперь известна его тайна. Но раскрывать ее не в интересах древнего бога. Дей поднял голову и долго смотрел на звезды. Интересно, какие они в самом древнем мире Вселенной? Скоро он это узнает.
Эйден прожил в Инкваноке неделю, но ни на дюйм не приблизился к пониманию этого города. Задавая прямые вопросы, маг слышал в ответ одну и ту же фразу: «На всё воля богов». К досаде Эйдена, его самого люди воспринимали, как проявление особой милости Хастура. В чем, в принципе, были не далеки от истины. Правил городом Царь-под-вуалью, каждый день проезжающий по городу на колеснице, запряженной мохнатыми быками, а за ним вели к храму жертвенных животных. Этого Эйден тоже не понимал. Зачем нужны такие жертвы богам, которые питаются чувствами разумных существ?
Хищные тени появлялись теперь значительно реже — две-три в день. Истреблять их было несложно, однако Эйдену хотелось искоренить угрозу раз и навсегда. Но он никак не мог определить источник этого явления. А еще ему снились сны. Темные, тягучие, недобрые, выворачивающие наизнанку душу. На воздействие Хастура они не походили совершенно. Эйден подозревал, что сны и тени как-то связаны между собой. Подтверждение своим подозрениям он получил совершенно неожиданно.
В то раннее утро Эйдена разбудила особенно громкая музыка. Он выглянул из окна. Улицы и крыши домов были заполнены народом. Все смотрели вверх. Эйден тоже вылез на крышу. Над храмом Всех Древних Богов клубился дым. Оттуда слышались ритмичные завывания, бой барабанов, вой труб. И вдруг в дыму начали появляться огромные фигуры. Люди вокруг разом воздели руки к небу. В словах зазвучавших молитв Эйден различал имена — Дагон, Йог-Сотот, Ктулху, Ньярлатхотеп, Шаб-Ниггурат… Один за другим древние боги проносились над городом и исчезали в свете восходящего солнца. Эйден с ужасом проводил глазами Дагона. И с этим чудовищем пришлось сражаться Лайонелу? Но остальные ввергли мага в полное оцепенение. Чувства и мысли отключились, не в силах оценить то, что видели глаза. Боги были… запредельными.
Последним, вобрав в себя остатки дыма, в небо поднялась фигура Хастура. Его появление вызвало среди людей религиозный экстаз. Эйден с усилием опустил глаза, когда четырехрукий бог пролетел над крышами домов. А затем из-под купола храма в небо взмыла огромная птица.
— Шантак… отец птиц… — стоном пронеслось по Инкваноку.
В отличии от фигур богов, это существо было настоящим. Шантак был похож на орла, но размером с дракона. Он делал круг за кругом, охватывая все улицы города. Когда гигант пролетел над Эйденом, маг вздрогнул. Теперь он знал, кто насылал на него кошмары. Эйден прищурился, провожая взглядом отца птиц. Что ж, придется идти в храм. Возможно, именно этого от него и ждет Хастур, но Эйдену было всё равно. Освободить древний город от кошмаров — достойное завершение карьеры.
Страница 49 из 59
