Исполнение желаний

— Быстро тебя Дей вытащил, — Вольх принюхался и скомандовал: — Раздевайся! Всю одежду — в печь! Не то слетятся сюда… всякие.

Через четверть часа Эйден уже сидел за столом в теплой рубахе и пил горячий ароматный чай, а Вольх ворчал, что такие гости скоро весь его гардероб растащат.

— Угощайся! — сияющая Дарина придвинула Эйдену тарелку с пирогами.

Он откусил кусочек и поторопился глотнуть еще чая.

— Оригинальный рецепт. Соль в них вместо начинки?

Дарина ахнула, попробовала пирог и чуть не расплакалась.

— Да что же это такое? Третий раз пытаюсь — и только с виду красивые, а есть невозможно!

— Научишься, куда же ты денешься, — Вольх постучал по скатерти. — Свернись!

Белоснежная, с красными узорами по краю скатерть послушно свернулась. Эйден едва успел ухватить свою кружку.

— Развернись!

На этот раз на столе возник кувшин, от которого умопомрачительно пахло медом, два кубка внушительных размеров и блюдо с дымящимися пирогами. Дара посмотрела на кувшин и понятливо поднялась.

— Пойду я, пожалуй, спать.

— Повезло тебе с ней, — Эйден вздохнул.

— Это точно, — Вольх с нежностью посмотрел на дверь, за которой скрылась Дара. — Только ничего по хозяйству не умеет, а в остальном — чудо, что за девка. И даже дар есть, хотя и слабый.

Про Джарета Эйден спрашивать не стал и молча смотрел, как Вольх разливает медовуху по кубкам.

— И как тебе мир древних?

— Я там мало что видел, — Эйден попробовал незнакомый напиток и одобрительно причмокнул. — Слушай, ты ведь должен знать, как они все между собой связаны? Драконы, древние боги, старые боги… У меня уже ум за разум заходит. И почему именно сейчас они начали проявлять такую активность?

— Должно быть звезды так сошлись, — пошутил Вольх. — Не знаю, почему, Ден. Но примерно раз в пятьсот лет древние затевают новую войну. В последней погиб мой отец. И еще многие. Но древние и между войнами не постоянно находятся в своем мире. Иногда кто-нибудь просачивается к нам. То же Шаб-Ниггурат или Ктулху. Или Хастур, не к ночи будь помянут. Вот его точно никакие заклятия не сдерживают.

Они еще раз выпили.

— Древние были всегда, — продолжил Вольх. — С самого начала времен. А уже потом, когда расплодились люди и другие разумные существа, появились старые боги. И началась война. Драконы — создания старых богов. Эдакое разумное оружие против древних. Сначала они действительно помогали, но вскоре резко поумнели и предпочли отойти в сторону. Сейчас они воюют только за очень хорошую плату.

— Погоди, — Эйден налил себе еще медовухи, чтобы легче было воспринимать новые сведения. — То есть, драконы — не совсем живые?

— Живые, — усмехнулся Вольх. — Но не как мы. Они не размножаются. Им не требуется еда в обычном понимании этого слова. Они могут не дышать и спать веками. Много чего могут. Самые сильные и умные сейчас, пожалуй, справятся с любым богом. Но немногим это интересно. Большая часть драконов занята своими делами. Только Дей и Моркелеб еще в большой игре.

— И сколько всего драконов осталось?

— Не знаю. Десятка три, должно быть.

— Вымирают, значит, — Эйден пригорюнился.

— Как и древние, — Вольх оскалился. — Их еще меньше. Так что пусть сидят в своем заповеднике и не высовываются.

— Но ведь у них есть дети?

— Есть. Но по большей части все полубоги погибли в войнах. Дети для древних — разменная монета. Да и для старых — тоже, — тихо добавил Вольх и допил медовуху прямо из кувшина.

— А последние пятьсот лет ни об одном новом отпрыске древних я не слышал. Должно быть, кончилась производительность.

— Это получается, Джарет — последний сын Хастура? — сообразил Эйден.

— Он не полубог, — скривился Вольх. — Так, не пойми что. Хастур его даже не признал.

Эйден обхватил голову руками.

— И ты говоришь, что вот-вот начнется новая война?

— Может и не начнется, — Вольх с тоской посмотрел в свой пустой кубок и постучал по скатерти, заказывая еще один кувшин медовухи. — Не хочу я еще раз через такое проходить, Ден. Закрыть бы мир древних раз и навсегда, чтобы они там догнивали. И без них проблем хватает.

Эйден кивнул изрядно отяжелевшей головой. Но что-то в рассказе Вольха казалось ему неправильным. Некоторое время они пили молча.

— А Хастур в прошлый раз воевал? — наконец задал Эйден наиболее тревожащий его вопрос.

— Еще как, — скривился Вольх. — Если бы не Хастур, мы бы древних в порошок стерли.

Он помолчал, потом ехидно улыбнулся.

— Что, понравилось у него в гостях?

Эйден попытался придумать достойный ответ, но мозг отказался работать. Он лег головой на стол и уснул.

— Слабые нынче маги пошли, — вздохнул Вольх.

Он перетащил Эйдна на лавку, задумчиво посмотрел на дверь, ведущую в спальню, но решил не рисковать и улегся прямо на пол возле печки. Через некоторое время дверь отворилась. Выглянувшая Дарина покачала головой, снова скрылась, а потом вернулась с двумя одеялами. Укрыв Эйдена и Вольха, она вздохнула, погладила сначала рыжие, а потом черные волосы и с чистой совестью пошла спать.