Лена Свиридова училась в школе не на отлично, но старалась хорошо учиться и получать пятерки. Учителя всегда хвалили ее…
8 мин, 40 сек 10093
— Сразу видно, что девочка старается — любила приговаривать Валентина Семеновна, учительница русского языка и литературы. На что девочки с задних парт посмеивались со слов учительницы. В пятницу был первым урок литературы, на который никто, как всегда не выучил наизусть длинное стихотворение, которое Лена продекламировала у доски с большим выражением, после неудачных попыток заставить рассказать стихотворение хотя бы кого-нибудь на память.
— Молодец, Леночка. Я ставлю тебе две пятерки. Одну за домашнее задание, а вторую, за удовольствие, которое ты доставила мне, когда я наслаждалась, слушая красивые слова Сергея Сергеевича Пушкина. Ты замечательно рассказала его, — Поправляя толстые очки, сказала пожилая учительница, поставив в журнал отметки.
— Спасибо, — только и смогла выдавить из себя Лена, чувствуя, что заливается пунцовой краской и как горят щеки.
— Ребята, вот с кого нужно брать пример, — похвалила в очередной раз учительница Лену.
Девочка не шла. Она плыла от счастья, что ей, несмотря на волнение, удалось-таки рассказать длинное стихотворение, отрывок из «Евгения Онегина», который она зубрила весь вечер.
Она не заметила, кто именно подставил ей подножку и она с грохотом упала, на пол.
Весь класс засмеялся, взорвавшись смехом, словно по команде.
— Ребята, прекратите, сейчас же, — схватилась с места Валентина Семеновна.
Класс утих. Только одна из девочек за партой продолжала хихикать, не замечая, что уже никто не смеется. Валентина Семеновна строго посмотрела на девочку, которая смеялась. Она молча прошла через весь класс и подала руку Лене.
— Леночка ты не ушиблась?
Лена отрицательно покачала головой, молча поднимаясь, на ноги.
— Самойлова, да прекрати уже. Как тебе не стыдно, — резко оборвала учительница смех, которым давилась девочка, — у Лены такое горе. А вы такие жестокие. Боже, как вы можете!
Свиридова молча прошла на свое место и села за парту. Колени очень сильно жгли и пекли.
На слова учительницы Вика Самойлова быстро отреагировала, хотя от этой девочки все ожидали подобной реакции.
— Что?! Валентина Семеновна! Как вы можете так говорить! Или Таня была только подругой Лены? Она была нашей подругой. Она училась в нашем классе! Она была примером всего класса! Я всегда защищала ее от задир в нашем классе!
Лена не могла слушать чушь, которую несла Вика. Она зажала уши, стараясь не слушать, что говорит ее одноклассница. На глазах навернулись слезы. Она смотрела на пустое место, где только две недели назад с ней сидела Таня. Лена дружила с девочкой. Они ходили, друг к другу в гости. Разговаривали о всякой всячине. Играли в карты. Разговаривали о мальчиках. Тане нравились худые очкарики, хотя Лена никак не могла понять, чем именно. Вот вкусы у них на счет мальчиков были уж совсем противоположные! Но сейчас это не имело никакого значения. Таня начала усиленно готовиться к олимпиаде по математике. Они не виделись несколько недель подряд после школы, Таня отвечала, что она готовится с личным учителем, которого наняла мама, средства позволяли. И вот однажды… Все узнали, что Таня не пойдет на Олимпиаду. Потому что ее больше нет.
Таня умерла. Ее нашли в реке. Расследование закончилось тем, что следствие показало, что девочка покончила самоубийством. Лене не хотелось верить в это. Она не могла поверить, что ее такая общительная подруга, могла пытаться сама себя задушить, а потом пошла к реке и утопилась. Нет, чушь, да и только? Не правда ли? Лена очень долго думала над произошедшем. Олимпиада давно прошла. Должны скоро объявить результаты. Но кто именно выиграл, для Лены не имело значения.
Она слушала пререкания Вики с учительницей и мысленно ей так хотелось отпустить несколько пощечин, за то, что она издевалась над ее подругой до самого последнего дня ее жизни. Лена злобно смотрела на девочку, взгляд, который уловила Вика, покосившись на Лену.
Она увидела! Увидела ее взгляд! Лена сжалась от страха. Да, она желала ударить Лену, но знала, что она ничего не сможет сделать ей. Она действительно испугалась. Только не это! Наверняка она после уроков припомнит ее взгляд. И девочки стало по настоящему страшно, когда увидела, что учительница перестала спорить с ученицей пошла к учительскому столу, а Вика показала ей кулак в ее строну. И Лена поняла. Сегодня она опять получит от нее очередную порцию тумаков.
Вика налетела на нее едва не сбив с ног. Это произошло на большой перемене. Удар пришелся кулаком в челюсть, от которого заныла, запульсировала щека.
— Что ты, дрянь, кривлялась, а? — приготовилась Вика к новому нападению.
— Отстань. Отстань от меня! — запричитала Лена.
— Что, некому тебе теперь защитить. Танечка умерла!
— Вика, смеясь, плюнула девочке в лицо, — что ты дрянь, ненавижу тебя!
Лена сделала попытку ретироваться, но не успела. Девочка дернула ее за волосы.
— Ты, дрянь, куда собралась? Мы еще не договорили! Хватит оплакивать подружку! Иначе тебя найдут в реке, как и ее, я тебе обещаю.
Лена не могла поверить. Ее всю трясло. Ну, как она может так говорить?
— Молодец, Леночка. Я ставлю тебе две пятерки. Одну за домашнее задание, а вторую, за удовольствие, которое ты доставила мне, когда я наслаждалась, слушая красивые слова Сергея Сергеевича Пушкина. Ты замечательно рассказала его, — Поправляя толстые очки, сказала пожилая учительница, поставив в журнал отметки.
— Спасибо, — только и смогла выдавить из себя Лена, чувствуя, что заливается пунцовой краской и как горят щеки.
— Ребята, вот с кого нужно брать пример, — похвалила в очередной раз учительница Лену.
Девочка не шла. Она плыла от счастья, что ей, несмотря на волнение, удалось-таки рассказать длинное стихотворение, отрывок из «Евгения Онегина», который она зубрила весь вечер.
Она не заметила, кто именно подставил ей подножку и она с грохотом упала, на пол.
Весь класс засмеялся, взорвавшись смехом, словно по команде.
— Ребята, прекратите, сейчас же, — схватилась с места Валентина Семеновна.
Класс утих. Только одна из девочек за партой продолжала хихикать, не замечая, что уже никто не смеется. Валентина Семеновна строго посмотрела на девочку, которая смеялась. Она молча прошла через весь класс и подала руку Лене.
— Леночка ты не ушиблась?
Лена отрицательно покачала головой, молча поднимаясь, на ноги.
— Самойлова, да прекрати уже. Как тебе не стыдно, — резко оборвала учительница смех, которым давилась девочка, — у Лены такое горе. А вы такие жестокие. Боже, как вы можете!
Свиридова молча прошла на свое место и села за парту. Колени очень сильно жгли и пекли.
На слова учительницы Вика Самойлова быстро отреагировала, хотя от этой девочки все ожидали подобной реакции.
— Что?! Валентина Семеновна! Как вы можете так говорить! Или Таня была только подругой Лены? Она была нашей подругой. Она училась в нашем классе! Она была примером всего класса! Я всегда защищала ее от задир в нашем классе!
Лена не могла слушать чушь, которую несла Вика. Она зажала уши, стараясь не слушать, что говорит ее одноклассница. На глазах навернулись слезы. Она смотрела на пустое место, где только две недели назад с ней сидела Таня. Лена дружила с девочкой. Они ходили, друг к другу в гости. Разговаривали о всякой всячине. Играли в карты. Разговаривали о мальчиках. Тане нравились худые очкарики, хотя Лена никак не могла понять, чем именно. Вот вкусы у них на счет мальчиков были уж совсем противоположные! Но сейчас это не имело никакого значения. Таня начала усиленно готовиться к олимпиаде по математике. Они не виделись несколько недель подряд после школы, Таня отвечала, что она готовится с личным учителем, которого наняла мама, средства позволяли. И вот однажды… Все узнали, что Таня не пойдет на Олимпиаду. Потому что ее больше нет.
Таня умерла. Ее нашли в реке. Расследование закончилось тем, что следствие показало, что девочка покончила самоубийством. Лене не хотелось верить в это. Она не могла поверить, что ее такая общительная подруга, могла пытаться сама себя задушить, а потом пошла к реке и утопилась. Нет, чушь, да и только? Не правда ли? Лена очень долго думала над произошедшем. Олимпиада давно прошла. Должны скоро объявить результаты. Но кто именно выиграл, для Лены не имело значения.
Она слушала пререкания Вики с учительницей и мысленно ей так хотелось отпустить несколько пощечин, за то, что она издевалась над ее подругой до самого последнего дня ее жизни. Лена злобно смотрела на девочку, взгляд, который уловила Вика, покосившись на Лену.
Она увидела! Увидела ее взгляд! Лена сжалась от страха. Да, она желала ударить Лену, но знала, что она ничего не сможет сделать ей. Она действительно испугалась. Только не это! Наверняка она после уроков припомнит ее взгляд. И девочки стало по настоящему страшно, когда увидела, что учительница перестала спорить с ученицей пошла к учительскому столу, а Вика показала ей кулак в ее строну. И Лена поняла. Сегодня она опять получит от нее очередную порцию тумаков.
Вика налетела на нее едва не сбив с ног. Это произошло на большой перемене. Удар пришелся кулаком в челюсть, от которого заныла, запульсировала щека.
— Что ты, дрянь, кривлялась, а? — приготовилась Вика к новому нападению.
— Отстань. Отстань от меня! — запричитала Лена.
— Что, некому тебе теперь защитить. Танечка умерла!
— Вика, смеясь, плюнула девочке в лицо, — что ты дрянь, ненавижу тебя!
Лена сделала попытку ретироваться, но не успела. Девочка дернула ее за волосы.
— Ты, дрянь, куда собралась? Мы еще не договорили! Хватит оплакивать подружку! Иначе тебя найдут в реке, как и ее, я тебе обещаю.
Лена не могла поверить. Ее всю трясло. Ну, как она может так говорить?
Страница 1 из 3
