Дело было за две недели до Рождества - затишье в нашей работе подъема мертвых. Напротив меня сидел последний клиент на этот вечер. Возле его имени не было примечания. Не сказано, нужен ему подъем зомби или ликвидация вампира. Ничего. А это могло значить, что то, чего он хочет, я не смогу сделать или не захочу. Предрождественское время - мертвое в нашем бизнесе, простите за каламбур. И мой босс Берт хватается за любую работу, до которой сумеет дотянуться.
463 мин, 20 сек 7950
— Погоди, ты о чем? — начал Дольф.
— Слушай и не перебивай.
Я рассказала ему обо всех исчезновениях и закончила фразой: — Сегодня исчезли еще двое. Те, кто ободрал нагу, наверняка считали его ликантропом. Существует возможность с помощью волшебства и снятой шкуры оборотня перекидываться самому. Получаешь все преимущества — силу, быстроту и так далее, но без привязки к луне.
— А почему с нагой этого не получилось? — спросил Зебровски.
— Он бессмертен. В конце всей процедуры оборотень должен умереть.
— Так, мы знаем мотив. Но где искать, черт побери? — сказал Дольф.
— У меня есть адрес.
— Откуда? — По дороге объясню. Заклинание должно совершаться после темноты, но мы не можем рисковать и рассчитывать, что они останутся в живых. Их должно было взволновать, что нага поправляется и начал говорить.
— Таким, как я его сегодня видел, — я бы не волновался, — сказал Зебровски.
— Да, но ты не ведьма.
Мы отправились. Мне бы хотелось иметь у себя за спиной Эдуарда. Если мы найдем нескольких отчаянных ведьм и с ними оборотней в ночь полнолуния, наличие за спиной Эдуарда очень не повредило бы. Только как это организовать — я понятия не имела. Дольф и Зебровски не растяпы, но они — копы. Им не полагается стрелять в человека, не дав ему сначала все возможности сдаться. Эльвира Дрю содрала кожу с наги. И я не была уверена, что хочу предоставлять ей возможность. Я не была уверена, что после этого мы останемся в живых.
36
Узкий двухэтажный дом Эльвиры Дрю стоял в стороне от дороги за густой стеной кустов и деревьев. Даже двора не видно, пока не свернешь к дому. Весь дворик был окружен лесом, будто кто-то построил здесь дом и забыл об этом сообщить.
Патрульная машина ехала за нами по гравийной дорожке. Дольф припарковался возле ярко-зеленой «гранд-америкен» Автомобиль под цвет ее глаз.
Во дворе висел знак «Сдается внаем» Еще один такой же лежал рядом, ожидая, пока его воткнут в землю. Наверное, это будет у дороги.
В машине лежали две сумки с вещами, заднее сиденье уставлено коробками. Возможность быстрого отхода.
— Если она убийца, зачем она дала вам свой настоящий адрес? — спросил Зебровски.
— Мы своих клиентов проверяем. У них должен быть постоянный адрес в подтверждение личности. У нас требуют больше документов, чем в некоторых банках.
— Зачем? — Потому что к нам то и дело приходят психи или репортеры бульварных газет. Нам надо знать, с кем мы имеем дело. Уверена, что она пыталась заплатить наличными, не показывая документов, а когда ее попросили заполнить три анкеты, оказалась к этому не готовой.
Дольф пошел к двери, мы следом, как хорошие солдаты. Одной из полицейских в форме была Кирлин. Напарник был постарше нее, с седеющими волосами и круглым брюшком. Но не таким, которое колышется, как миска студня. У него было мрачное выражение лица, будто он уже все на свете видел, и все это ему не понравилось.
Дольф постучал в дверь. Тишина. Он постучал сильнее. Дверь вздрогнула, открылась. За ней стояла Эльвира, одетая в блестящее зеленое платье, перетянутое в талии. Косметика была по-прежнему безупречной, цвет лака для ногтей гармонировал с платьем. Длинные светлые волосы были зачесаны назад и прихвачены повязкой, зеленой с чуть большей синевой, чем у платья. И глаза ее горели цветным огнем.
— Глаза как океан, — буркнул себе под нос Дольф.
— Простите, но что это все значит? — Можно нам войти, мисс Дрю? — С какой целью?
У нас не было времени получить ордер. Дольф даже не был уверен, что нам его дадут с тем, что есть у нас на руках. Цвет чьих-то глаз — это не так чтобы доказательство.
Я выглянула из-за Дольфа.
— Добрый день, мисс Дрю. Нам нужно задать вам несколько вопросов о Луисе Фейне.
— Мисс Блейк, я и не знала, что это вы пришли с полицией.
Она улыбнулась, я улыбнулась. А Луи здесь? И она нам морочит голову, а там его убили?
Черт побери, не будь здесь полиции, я бы вытащила пистолет и вошла. Законопослушность имеет свои недостатки.
— Мы расследуем исчезновение мистера Фейна. Вы последняя, кто его видел.
— О Боже мой! — произнесла она, но с места не сдвинулась.
— Можно нам зайти и задать вам несколько вопросов? — спросил Дольф.
— Честно говоря, я не знаю, что могла бы вам сказать. Мистер Фейн на нашу встречу не пришел. Я его так и не видела.
Она стояла, как улыбающаяся стена.
— Нам необходимо войти и посмотреть, мисс Дрю.
— У вас есть ордер?
Дольф посмотрел на нее.
— Нет, мисс Дрю, ордера у нас нет.
Улыбка ее стала просто ослепительной.
— Тогда прошу прощения, но я не могу вас впустить.
Я схватила ее за перед платья и дернула на себя — достаточно сильно, чтобы заметить, что на ней нет лифчика.
— Мы пройдем либо мимо вас, либо через вас!
На мое плечо опустилась рука Дольфа.
— Извините, мисс Дрю. Мисс Блейк несколько переусердствовала.
Эти слова были сказаны сквозь зубы, но все же он их произнес.
— Дольф…
— Отпусти ее немедленно, Анита.
Я поглядела в ее странные глаза. Они улыбались, но что-то новое было в их выражении. Страх.
— Если он умрет, умрешь и ты.
— Слушай и не перебивай.
Я рассказала ему обо всех исчезновениях и закончила фразой: — Сегодня исчезли еще двое. Те, кто ободрал нагу, наверняка считали его ликантропом. Существует возможность с помощью волшебства и снятой шкуры оборотня перекидываться самому. Получаешь все преимущества — силу, быстроту и так далее, но без привязки к луне.
— А почему с нагой этого не получилось? — спросил Зебровски.
— Он бессмертен. В конце всей процедуры оборотень должен умереть.
— Так, мы знаем мотив. Но где искать, черт побери? — сказал Дольф.
— У меня есть адрес.
— Откуда? — По дороге объясню. Заклинание должно совершаться после темноты, но мы не можем рисковать и рассчитывать, что они останутся в живых. Их должно было взволновать, что нага поправляется и начал говорить.
— Таким, как я его сегодня видел, — я бы не волновался, — сказал Зебровски.
— Да, но ты не ведьма.
Мы отправились. Мне бы хотелось иметь у себя за спиной Эдуарда. Если мы найдем нескольких отчаянных ведьм и с ними оборотней в ночь полнолуния, наличие за спиной Эдуарда очень не повредило бы. Только как это организовать — я понятия не имела. Дольф и Зебровски не растяпы, но они — копы. Им не полагается стрелять в человека, не дав ему сначала все возможности сдаться. Эльвира Дрю содрала кожу с наги. И я не была уверена, что хочу предоставлять ей возможность. Я не была уверена, что после этого мы останемся в живых.
36
Узкий двухэтажный дом Эльвиры Дрю стоял в стороне от дороги за густой стеной кустов и деревьев. Даже двора не видно, пока не свернешь к дому. Весь дворик был окружен лесом, будто кто-то построил здесь дом и забыл об этом сообщить.
Патрульная машина ехала за нами по гравийной дорожке. Дольф припарковался возле ярко-зеленой «гранд-америкен» Автомобиль под цвет ее глаз.
Во дворе висел знак «Сдается внаем» Еще один такой же лежал рядом, ожидая, пока его воткнут в землю. Наверное, это будет у дороги.
В машине лежали две сумки с вещами, заднее сиденье уставлено коробками. Возможность быстрого отхода.
— Если она убийца, зачем она дала вам свой настоящий адрес? — спросил Зебровски.
— Мы своих клиентов проверяем. У них должен быть постоянный адрес в подтверждение личности. У нас требуют больше документов, чем в некоторых банках.
— Зачем? — Потому что к нам то и дело приходят психи или репортеры бульварных газет. Нам надо знать, с кем мы имеем дело. Уверена, что она пыталась заплатить наличными, не показывая документов, а когда ее попросили заполнить три анкеты, оказалась к этому не готовой.
Дольф пошел к двери, мы следом, как хорошие солдаты. Одной из полицейских в форме была Кирлин. Напарник был постарше нее, с седеющими волосами и круглым брюшком. Но не таким, которое колышется, как миска студня. У него было мрачное выражение лица, будто он уже все на свете видел, и все это ему не понравилось.
Дольф постучал в дверь. Тишина. Он постучал сильнее. Дверь вздрогнула, открылась. За ней стояла Эльвира, одетая в блестящее зеленое платье, перетянутое в талии. Косметика была по-прежнему безупречной, цвет лака для ногтей гармонировал с платьем. Длинные светлые волосы были зачесаны назад и прихвачены повязкой, зеленой с чуть большей синевой, чем у платья. И глаза ее горели цветным огнем.
— Глаза как океан, — буркнул себе под нос Дольф.
— Простите, но что это все значит? — Можно нам войти, мисс Дрю? — С какой целью?
У нас не было времени получить ордер. Дольф даже не был уверен, что нам его дадут с тем, что есть у нас на руках. Цвет чьих-то глаз — это не так чтобы доказательство.
Я выглянула из-за Дольфа.
— Добрый день, мисс Дрю. Нам нужно задать вам несколько вопросов о Луисе Фейне.
— Мисс Блейк, я и не знала, что это вы пришли с полицией.
Она улыбнулась, я улыбнулась. А Луи здесь? И она нам морочит голову, а там его убили?
Черт побери, не будь здесь полиции, я бы вытащила пистолет и вошла. Законопослушность имеет свои недостатки.
— Мы расследуем исчезновение мистера Фейна. Вы последняя, кто его видел.
— О Боже мой! — произнесла она, но с места не сдвинулась.
— Можно нам зайти и задать вам несколько вопросов? — спросил Дольф.
— Честно говоря, я не знаю, что могла бы вам сказать. Мистер Фейн на нашу встречу не пришел. Я его так и не видела.
Она стояла, как улыбающаяся стена.
— Нам необходимо войти и посмотреть, мисс Дрю.
— У вас есть ордер?
Дольф посмотрел на нее.
— Нет, мисс Дрю, ордера у нас нет.
Улыбка ее стала просто ослепительной.
— Тогда прошу прощения, но я не могу вас впустить.
Я схватила ее за перед платья и дернула на себя — достаточно сильно, чтобы заметить, что на ней нет лифчика.
— Мы пройдем либо мимо вас, либо через вас!
На мое плечо опустилась рука Дольфа.
— Извините, мисс Дрю. Мисс Блейк несколько переусердствовала.
Эти слова были сказаны сквозь зубы, но все же он их произнес.
— Дольф…
— Отпусти ее немедленно, Анита.
Я поглядела в ее странные глаза. Они улыбались, но что-то новое было в их выражении. Страх.
— Если он умрет, умрешь и ты.
Страница 103 из 119
