Кафе лунатиков

Так как мне сохранить Ричарда в живых? Я улыбнулась. Ричарда — волк альфа. Почему я решила, что он не может сам за себя постоять? А потому, что я видела, на что способен Жан-Клод. Я видела его, когда он абсолютно не был человеком. Может быть, если бы я видела, как Ричард изменяется, я бы чувствовала по-другому. Может быть, я бы не так рвалась его защищать. А может быть, ад замерзнет.

Я люблю Ричарда. По-настоящему люблю. Я сказала «да» совершенно искренне. Искренне — до прошлой ночи. До того, как ощутила волны его силы на своей коже. В одном Жан-Клод прав: Ричард — не человек. Порнофильм с настоящим убийством его возбудил. Интересно, у Жан-Клода понятие о сексе еще более диковинное? Нет, этого я никогда не позволю себе узнать.

В окно кто-то постучал, я резко дернулась, поворачиваясь. Зрение затмили черные полосы. Когда полосы исчезли, я увидела за окном лицо Ричарда.

Я отперла замок, и Ричард открыл дверь, потянулся ко мне — и остановился. На его нерешительность больно было смотреть. Он не знал, позволю ли я ему ко мне прикоснуться. Я отвернулась от этого пораженного страданием лица. Я его любила, но одной любви мало. Все эти волшебные сказки, романы, мыльные оперы — это все ложь. Любовь превозмогает не все.

Он очень старался до меня не дотронуться, и голос его прозвучал нейтрально: — Анита, что с тобой? У тебя ужасный вид.

— Приятно знать, что мой вид соответствует самочувствию, — ответила я.

Он коснулся моей щеки — почти коснулся пальцами; призрак прикосновения, от которого у меня прошел мороз по коже. Он осторожно ощупал ссадину — это было больно, и я отдернула голову. У него на пальцах осталось пятно крови, блеснувшее в свете салона. Тень мысли мелькнула в карих глазах. Он чуть не облизал пальцы, как Рафаэль тогда. Он их вытер о свое пальто, но я видела колебание. И он знал, что я видела.

— Анита…

Распахнулась задняя дверь, и я развернулась, выхватив последний оставшийся у меня нож. Мир поплыл в черноте и тошноте — движение оказалось слишком резким. В полуоткрытой двери стоял Стивен — вервольф и смотрел на меня. Он вроде как застыл, вытаращив синие глаза, а смотрел он на серебряный нож у меня в руке. Кажется, до него не дошел факт, что я ослепла и слишком не в форме, чтобы им воспользоваться. Смотрел он так, будто я готова была ударить вслепую, как летучая мышь, вскочив с колен, не думая, кто там может быть в дверях — свой или чужой.

— Ты не сказал, что будешь не один.

— Да, надо было предупредить, — признался Ричард.

Я расслабила мышцы, снова опускаясь на колени.

— Именно что надо было.

Нож блеснул в свете салона; он казался бритвенно-острым и правильно лежащим в руке. Так они и было.

— Я только хотел осмотреть Луи, — сказал Стивен чуть дрожащим голосом. На нем был черный кожаный пиджак с серебристыми заклепками, застегнутый под самое горло. Длинные вьющиеся светлые волосы рассыпались по плечам. Был он похож на женоподобного байкера.

— Давай, — сказала я.

Стивен глянул на Ричарда, и я заметила, как Ричард кивнул.

— Давай, Стивен.

Что-то было в его голосе, что заставило меня повернуться и посмотреть. Выражение его лица было странным.

— Может, ты действительно так опасна, как притворяешься.

— Я не притворяюсь, Ричард.

Он кивнул: — Может быть, и не притворяешься.

— Это составляет проблему? — Нет, пока ты не стреляешь в меня или в членов моей стаи.

— Насчет стаи я тебе обещать не могу.

— Они под моей защитой, — сказал он.

— Тогда постарайся, чтобы они ко мне не лезли.

— И ты готова за это сражаться со мной? — А ты со мной?

Он улыбнулся, но улыбка была невеселая.

— Я не могу с тобой драться, Анита. Я никогда не смог бы причинить тебе вред.

— Вот тут и разница между нами, Ричард.

Он потянулся поцеловать меня, но что-то в моем лице его остановило.

— Я тебе верю.

— Вот и хорошо. — Я сунула нож в ножны, глядя Ричарду в лицо. Мне не надо смотреть на нож, чтобы положить его в ножны. — Никогда не надо меня недооценивать, Ричард, меня и то, на что я готова, чтобы остаться в живых. И уберечь жизни других. Мне ни за что не хотелось бы схватки с тобой, никак не хотелось бы, но если ты не будешь держать свою стаю в руках, это сделаю я.

Он отодвинулся, и лицо его стало почти злым: — Это угроза? — Они отбились от рук, Ричард, и ты это знаешь. Я не могу обещать их не трогать, если ты не можешь гарантировать их поведение. А ты не можешь.

— Да, не могу. — Он это сказал без всякого удовольствия.

— Тогда не проси меня обещать их не трогать.

— Можешь ты хоть постараться не начинать сразу с убийства?

Я подумала.

— Не знаю. Быть может.

— Ты не можешь просто сказать: «Ладно, Ричард, я не буду убивать твоих товарищей»? — Это была бы неправда.

— Боюсь, что так, — кивнул он.

Сзади раздался шорох кожаной одежды, и появился Стивен.

— Луи в отрубе, но он выкарабкается.

— Как ты его засунула в джип? — спросил Ричард.

Я посмотрела на него, но ничего не сказала. У него достало такта смутиться.