Вот он я! Не ждали?! Писец. Писец приходит неожиданно!
326 мин, 25 сек 18881
— По случаю взял, — поморщился Вдовин. — Там этого добра навалом было после выхода из Варшавского блока. Вдоль дорог бригады только с ними и катались — «калаши» слишком неудобные в салоне машин.
22 марта, г. Самара, 10:26
Павел, сломать себя.
Из подвала «базы» я поднялся совершенно разбитым. Психика уверенно сползала с цивилизованной нарезки — пришедшая в голову мысль, что надо научиться резать глотку живому человеку не показалась мне дикой и тут же была принята к исполнению. Я даже свет включил, что бы закалить себя видом крови! Полубандит Тарас Вдовин до последнего не понимал чего его ждет. Он не сопротивлялся даже. Взвыл и дернулся только когда я поставил его на колени и дернул за волосы, заставляя подставить горло под нож.
Клинок в правой руке, спина человека упирается в левую ногу… рывок свободной рукой за волосы назад и вниз… короткий вскрик стегает по напряженным нервам… нож делает стремительное движение слева на право… человек дернувшийся в этот же момент буквально падает на лезвие и оно противно скрипит по позвоночнику… Вокруг все как в жутком ночном кошмаре…
Бросив труп на гору упырей, что бы не загадить бетонный пол лужей крови я внезапно содрогнулся от отвращения к самому себе и долго выдавливал из себя пищу и желчь в дальнем углу подвала. Спустя несколько минут меня чуть не загрыз упырь поднявшийся из Вдовина — упокоил его расстреляв всю обойму «макара» из поясной кобуры: руки тряслись как у последнего синяка-алкоголика, попасть в голову никак не мог. Хорошо еще никто на звук выстрелов не прибежал — рыдающий сидя на остывающем трупе здоровенный облом-придурок то еще зрелище…
— Паша, что с тобой? — рядом нарисовался Андрей Леман. — На тебе лица нет!
— Сорвался, — глухо объяснил я, выползая по стенке на второй этаж.
— Может водки? Стресс снять?
— Нет, не мой метод, — мотнул я головой. — Сейчас соберусь в горсть и приберу за собой в подвале. Надо отвечать за свои дела… хотя бы перед самим собой. Потом прокачусь до металлобазы на Береговой и если упырей там нет — поеду в Старый Город. Проветрюсь, пробегаюсь… заодно и посмотрю что там и как обстоит… Дядь«Леман, наши отзванивались? Те, что в городе по квартирам сидят?»
СтаршОй внимательно на меня посмотрел и тему моего состояния поднимать не стал:
— Я пару баб на трубки посадил — регулярно прозванивают «сидящих на чемоданах» и уточняют списки с адресами. Люди сразу вспомнили только ближних родственников и хороших знакомых. Контакты с приятелями и другими полезными людьми всплывают постепенно. Еще и телефонные сети сбоят… Треть адресов, кстати, в Старом Центре находятся…
— Ясно, Скажи чтоб мне набросали список с «лошадными» семьями в районе ЦУМ«Самара», улиц Вилоновской, Красноармейской, Братьев Корастелевых и Никитинской. Если ситуация позволит, из домов их выведу и к машинам провожу — все вечером и ночью ездить меньше… Как там дела с консервами?
— Семеныч сейчас по второму кругу КАМАЗы, «японца» и четыре газельки грузит. Говорит, что в этот рейс должны все оставшееся утащить… Куда потом грузовики вояк девать будем?
Я с минуту тупо смотрел на старшОго не совсем понимая о чем речь — потом дошло: Леман опасается проблем с армией. В частности с той ее частью, под боком которой мы устроились. Армейцы вроде как все одним миром мазаны!
— Себе оставим, — наконец ответил я. — Майора, что их из автороты взял я убил, рядовых-водил отправили на все четыре стороны пригрозив местью и дав в зубы по пятьсот баксов. Илюху-«посредника» водкой по брови залил — да он и сам не отказывался… К вечеру в своей«нексии» проспится и домой поедет — сдаваться. Но к этому времени думаю концы искать никто не будет.
— Ага, — со вздохом кивнул Андрей Леман, — Семеныч говорил, что Кировский-Вещевой, когда вы назад ехали выл и орал на все голоса… Но Паш… ты все же прекращай это дело, хватит народ направо и налево стрелять! На тебя уже откровенно опасливо коситься начинают!
— СтаршОй, чувствую я, что надо, и что никто кроме меня на это не способен, — потухшим голосом объяснил я. — А раз надо и могу, то как я могу не сделать и переложить ответственность на других? Кто я после этого буду? Так что хоть ты мне мозг не рви — и так подальше ото всех хочется свалить, что бы этих косых взглядов не чувствовать… Все, готовь список, а я прибираться пошел — надо ехать.
22 марта, г. Самара, 10:26
Павел, сломать себя.
Из подвала «базы» я поднялся совершенно разбитым. Психика уверенно сползала с цивилизованной нарезки — пришедшая в голову мысль, что надо научиться резать глотку живому человеку не показалась мне дикой и тут же была принята к исполнению. Я даже свет включил, что бы закалить себя видом крови! Полубандит Тарас Вдовин до последнего не понимал чего его ждет. Он не сопротивлялся даже. Взвыл и дернулся только когда я поставил его на колени и дернул за волосы, заставляя подставить горло под нож.
Клинок в правой руке, спина человека упирается в левую ногу… рывок свободной рукой за волосы назад и вниз… короткий вскрик стегает по напряженным нервам… нож делает стремительное движение слева на право… человек дернувшийся в этот же момент буквально падает на лезвие и оно противно скрипит по позвоночнику… Вокруг все как в жутком ночном кошмаре…
Бросив труп на гору упырей, что бы не загадить бетонный пол лужей крови я внезапно содрогнулся от отвращения к самому себе и долго выдавливал из себя пищу и желчь в дальнем углу подвала. Спустя несколько минут меня чуть не загрыз упырь поднявшийся из Вдовина — упокоил его расстреляв всю обойму «макара» из поясной кобуры: руки тряслись как у последнего синяка-алкоголика, попасть в голову никак не мог. Хорошо еще никто на звук выстрелов не прибежал — рыдающий сидя на остывающем трупе здоровенный облом-придурок то еще зрелище…
— Паша, что с тобой? — рядом нарисовался Андрей Леман. — На тебе лица нет!
— Сорвался, — глухо объяснил я, выползая по стенке на второй этаж.
— Может водки? Стресс снять?
— Нет, не мой метод, — мотнул я головой. — Сейчас соберусь в горсть и приберу за собой в подвале. Надо отвечать за свои дела… хотя бы перед самим собой. Потом прокачусь до металлобазы на Береговой и если упырей там нет — поеду в Старый Город. Проветрюсь, пробегаюсь… заодно и посмотрю что там и как обстоит… Дядь«Леман, наши отзванивались? Те, что в городе по квартирам сидят?»
СтаршОй внимательно на меня посмотрел и тему моего состояния поднимать не стал:
— Я пару баб на трубки посадил — регулярно прозванивают «сидящих на чемоданах» и уточняют списки с адресами. Люди сразу вспомнили только ближних родственников и хороших знакомых. Контакты с приятелями и другими полезными людьми всплывают постепенно. Еще и телефонные сети сбоят… Треть адресов, кстати, в Старом Центре находятся…
— Ясно, Скажи чтоб мне набросали список с «лошадными» семьями в районе ЦУМ«Самара», улиц Вилоновской, Красноармейской, Братьев Корастелевых и Никитинской. Если ситуация позволит, из домов их выведу и к машинам провожу — все вечером и ночью ездить меньше… Как там дела с консервами?
— Семеныч сейчас по второму кругу КАМАЗы, «японца» и четыре газельки грузит. Говорит, что в этот рейс должны все оставшееся утащить… Куда потом грузовики вояк девать будем?
Я с минуту тупо смотрел на старшОго не совсем понимая о чем речь — потом дошло: Леман опасается проблем с армией. В частности с той ее частью, под боком которой мы устроились. Армейцы вроде как все одним миром мазаны!
— Себе оставим, — наконец ответил я. — Майора, что их из автороты взял я убил, рядовых-водил отправили на все четыре стороны пригрозив местью и дав в зубы по пятьсот баксов. Илюху-«посредника» водкой по брови залил — да он и сам не отказывался… К вечеру в своей«нексии» проспится и домой поедет — сдаваться. Но к этому времени думаю концы искать никто не будет.
— Ага, — со вздохом кивнул Андрей Леман, — Семеныч говорил, что Кировский-Вещевой, когда вы назад ехали выл и орал на все голоса… Но Паш… ты все же прекращай это дело, хватит народ направо и налево стрелять! На тебя уже откровенно опасливо коситься начинают!
— СтаршОй, чувствую я, что надо, и что никто кроме меня на это не способен, — потухшим голосом объяснил я. — А раз надо и могу, то как я могу не сделать и переложить ответственность на других? Кто я после этого буду? Так что хоть ты мне мозг не рви — и так подальше ото всех хочется свалить, что бы этих косых взглядов не чувствовать… Все, готовь список, а я прибираться пошел — надо ехать.
Страница 68 из 92
