Родители Ромы Бровкина частенько доставали его тем, что нельзя проводить всё своё свободное время за компьютером.
69 мин, 14 сек 19107
Куда только Виталик не попадал. И в подбородок заехал, и по рёбрам прошёлся, и по бедру влупил. В довершение всех ударов он нагнулся и въехал кулаком в челюсть. Правда, Ромка на этот раз не заплакал: мужественно стерпел агрессию подонка и выплюнул на пол кровавую слюну вместе с выбитым зубом.
— Чё молчишь, падла, и глазками зыркаешь? — заорал Гоголев. — Ещё один такой номер, и я замочу тебя!
— Ты трижды неправ, — пробормотал Бровкин, булькая кровью во рту, — и всё тут.
— Чего-чего?
— Я говорю тебе, ошибаешься ты. Ничего подобного я не замышлял. Всё это совпадение.
— Не лечи меня, ладно? А то ещё добавлю!
— Я клянусь… я ничего не замышлял… показалось тебе.
— Показалось, говоришь? Я тебе поверю, так и быть, только подскажи мне, где утюг у вас хранится.
Где-то чуть больше, чем полгода до того, как Виталик попал в квартиру Бровкиных, он обратил внимание, что его мать частенько оставляет входную дверь открытой, когда приходит с работы домой. Она кидает сумочку в прихожей, цепляет пальто или куртку на вешалку и разувается. А дальше ноги несут её в спальню. И там она переодевается в домашнюю одежду. После чего отправляется на кухню, включает телевизор и на быструю руку соображает что-нибудь перекусить.
И он подумал, а ведь так поступает не только его мать, но и другие женщины. Если, к примеру, надеть маску на голову, тихо войти в квартиру, пока женщина переодевается, то можно успеть схватить сумку и бесшумно смыться. А почему бы нет? Конечно, рискованно, но всё же идея может сработать.
Виталик стал рассчитывать варианты развития событий. Он открывает дверь, а хозяйка квартиры стоит в коридоре. Он тут же дверь закрывает и сваливает как можно дальше от этого злополучного места.
Хорошо, он открывает дверь, а там стоит крутой мужик. Что тогда? Ведь он может схватить Виталика в два счёта, и тогда — пиши пропало — из его цепких рук можно и не вырваться. Сдаст в милицию, и вся виталикова воровская эпопея на этом закончится. Тут надо быть осторожным. Нельзя лезть в квартиру, если не уверен, что её хозяйка там одна. Хотя… неплохо бы иметь выкидной нож на всякий случай.
Виталик очень долго бредил возникшей идеей. Он рассматривал множество вариантов развития событий, прежде чем решился пойти на первое своё дело. Поначалу парень провёл эксперимент на своей матери. Он тихонечко заходил в квартиру ровно через три минуты после того, как заходила она. Дотрагивался до сумки и также тихонечко удалялся. И на пятой экспериментальной попытке всё-таки нарвался на неё.
— Вот же дурак! — вскрикнула Вероника Леонидовна. — Я, смотрю, ручка так медленно опускается вниз. Ну, думаю, всё, приплыла — воры!
— Ага, испугалась, — тут же нашёл, что сказать Виталик. — Это я спецом сделал, чтоб твои глаза на лоб полезли. Почему дверь не закрываешь на замок? А вдруг на самом деле воры?
— Так что ж у нас красть?
— Воры найдут что, ты не переживай за это.
Веронике Леонидовне такого спонтанного урока не хватило. Она раза два позакрывала дверь на замок. А затем вновь перестала это делать.
Виталик занялся поиском первой жертвы ограбления. Для этого вечером поехал в район автовокзала. И выбрал остановку возле гипермаркета «Корона». Часы показывали полшестого. Порывы пронизывающего мартовского ветра не давали стоять на одном месте, и Виталик, чтобы не замёрзнуть, мерил остановку шагами. Он кидал взгляды на людей, выходящих из автобуса, надеясь увидеть женщину, чем-то напоминающую его мать. И обратил внимание на дамочку преклонных лет с золотым кольцом на левой руке. Она подошла к киоску, достала из элегантной сумочки кошелёк и, раскрыв его, порадовала глаза Виталика наличием большого количества купюр.
Три дня подряд она практически в одно и тоже время вечером выходила на остановке возле гипермаркета, и Виталик, в конце концов, решился проследить за ней до самого дома. Он вёл себя максимально осторожно. И остался довольным своей слежкой. Женщина жила в восьмиэтажном доме на первом этаже.
Виталик не спешил. Следующие три дня он проникал в подъезд за десять минут до того, как подходила к своей квартире намеченная жертва ограбления. Он поднимался по ступенькам на пролёт выше первого этажа и прислушивался, закрывает ли она за собой входную дверь. Было слышно, что не закрывает. Но на этом её беспечность не заканчивалась: она в халате и в тапочках на босу ногу выскакивала на несколько минут к соседке.
Виталик понял, что ему повезло. Он очень быстро нашёл дуру, которую легко ограбить. И выбрал день для ограбления.
С самого утра в тот день его стало бить волнение. Он сам от себя такого не ожидал. Свойственное ему спокойствие куда-то испарялось. Руки легонечко тряслись и покрывались холодными капельками пота. А если он попадётся, что тогда? Если сумочка не будет лежать в коридоре, и женщина вернётся в квартиру прежде, чем он найдёт её?
— Чё молчишь, падла, и глазками зыркаешь? — заорал Гоголев. — Ещё один такой номер, и я замочу тебя!
— Ты трижды неправ, — пробормотал Бровкин, булькая кровью во рту, — и всё тут.
— Чего-чего?
— Я говорю тебе, ошибаешься ты. Ничего подобного я не замышлял. Всё это совпадение.
— Не лечи меня, ладно? А то ещё добавлю!
— Я клянусь… я ничего не замышлял… показалось тебе.
— Показалось, говоришь? Я тебе поверю, так и быть, только подскажи мне, где утюг у вас хранится.
Где-то чуть больше, чем полгода до того, как Виталик попал в квартиру Бровкиных, он обратил внимание, что его мать частенько оставляет входную дверь открытой, когда приходит с работы домой. Она кидает сумочку в прихожей, цепляет пальто или куртку на вешалку и разувается. А дальше ноги несут её в спальню. И там она переодевается в домашнюю одежду. После чего отправляется на кухню, включает телевизор и на быструю руку соображает что-нибудь перекусить.
И он подумал, а ведь так поступает не только его мать, но и другие женщины. Если, к примеру, надеть маску на голову, тихо войти в квартиру, пока женщина переодевается, то можно успеть схватить сумку и бесшумно смыться. А почему бы нет? Конечно, рискованно, но всё же идея может сработать.
Виталик стал рассчитывать варианты развития событий. Он открывает дверь, а хозяйка квартиры стоит в коридоре. Он тут же дверь закрывает и сваливает как можно дальше от этого злополучного места.
Хорошо, он открывает дверь, а там стоит крутой мужик. Что тогда? Ведь он может схватить Виталика в два счёта, и тогда — пиши пропало — из его цепких рук можно и не вырваться. Сдаст в милицию, и вся виталикова воровская эпопея на этом закончится. Тут надо быть осторожным. Нельзя лезть в квартиру, если не уверен, что её хозяйка там одна. Хотя… неплохо бы иметь выкидной нож на всякий случай.
Виталик очень долго бредил возникшей идеей. Он рассматривал множество вариантов развития событий, прежде чем решился пойти на первое своё дело. Поначалу парень провёл эксперимент на своей матери. Он тихонечко заходил в квартиру ровно через три минуты после того, как заходила она. Дотрагивался до сумки и также тихонечко удалялся. И на пятой экспериментальной попытке всё-таки нарвался на неё.
— Вот же дурак! — вскрикнула Вероника Леонидовна. — Я, смотрю, ручка так медленно опускается вниз. Ну, думаю, всё, приплыла — воры!
— Ага, испугалась, — тут же нашёл, что сказать Виталик. — Это я спецом сделал, чтоб твои глаза на лоб полезли. Почему дверь не закрываешь на замок? А вдруг на самом деле воры?
— Так что ж у нас красть?
— Воры найдут что, ты не переживай за это.
Веронике Леонидовне такого спонтанного урока не хватило. Она раза два позакрывала дверь на замок. А затем вновь перестала это делать.
Виталик занялся поиском первой жертвы ограбления. Для этого вечером поехал в район автовокзала. И выбрал остановку возле гипермаркета «Корона». Часы показывали полшестого. Порывы пронизывающего мартовского ветра не давали стоять на одном месте, и Виталик, чтобы не замёрзнуть, мерил остановку шагами. Он кидал взгляды на людей, выходящих из автобуса, надеясь увидеть женщину, чем-то напоминающую его мать. И обратил внимание на дамочку преклонных лет с золотым кольцом на левой руке. Она подошла к киоску, достала из элегантной сумочки кошелёк и, раскрыв его, порадовала глаза Виталика наличием большого количества купюр.
Три дня подряд она практически в одно и тоже время вечером выходила на остановке возле гипермаркета, и Виталик, в конце концов, решился проследить за ней до самого дома. Он вёл себя максимально осторожно. И остался довольным своей слежкой. Женщина жила в восьмиэтажном доме на первом этаже.
Виталик не спешил. Следующие три дня он проникал в подъезд за десять минут до того, как подходила к своей квартире намеченная жертва ограбления. Он поднимался по ступенькам на пролёт выше первого этажа и прислушивался, закрывает ли она за собой входную дверь. Было слышно, что не закрывает. Но на этом её беспечность не заканчивалась: она в халате и в тапочках на босу ногу выскакивала на несколько минут к соседке.
Виталик понял, что ему повезло. Он очень быстро нашёл дуру, которую легко ограбить. И выбрал день для ограбления.
С самого утра в тот день его стало бить волнение. Он сам от себя такого не ожидал. Свойственное ему спокойствие куда-то испарялось. Руки легонечко тряслись и покрывались холодными капельками пота. А если он попадётся, что тогда? Если сумочка не будет лежать в коридоре, и женщина вернётся в квартиру прежде, чем он найдёт её?
Страница 7 из 18
