Земля такая огромная, и на ней столько домов! Большие и маленькие. Красивые и уродливые. Новостройки и развалюшки. И есть ещё совсем крошечный домик Карлсона, который живёт на крыше. Карлсон уверен, что это лучший в мире домик и что живёт в нём лучший в мире Карлсон. Малыш тоже в этом уверен. Что до Малыша, то он живёт с мамой и папой, Боссе и Бетан в самом обыкновенном доме, на самой обыкновенной улице в городе Стокгольме, но на крышей этого обыкновенного дома, как раз за трубой, прячется крошечный домик с табличкой над дверью:
128 мин, 6 сек 17806
— Всегда надо всё бросать, если тебя посетило вдохновение, понимаешь, а меня оно сейчас посетило. «Ла, ла, ла», — поёт что-то во мне, и я знаю, что это вдохновение.
Малыш не знал, что это за штука такая — вдохновение. Но Карлсон объяснил ему, что вдохновение охватывает всех художников, и тогда им хочется только рисовать, рисовать и рисовать, вместо того чтобы шить одежды для привидения.
И Малышу ничего не оставалось, как сесть на верстак, согнув спину и поджав ноги, словно заправский портной, и шить, в то время как Карлсон, забившись в угол, рисовал свою картину.
Уже совсем стемнело, но в комнате Карлсона было светло, тепло и уютно — горела керосиновая лампа, а в камине пылал огонь.
— Надеюсь, ты в школе не ленился на уроках труда, — сказал Карлсон.
— Потому что я хочу получить красивый костюм для привидения. Учти это. Вокруг шеи можно бы сделать небольшой воротничок или даже оборки.
Малыш ничего не ответил. Он усердно шил, огонь в камине потрескивал, а Карлсон рисовал.
— А что ты, собственно говоря, рисуешь? — спросил Малыш, нарушая воцарившуюся тишину.
— Увидишь, когда всё будет готово, — ответил Карлсон.
Наконец Малыш смастерил какую-то одежду.
«Пожалуй, для привидения сойдёт», — подумал он. Карлсон померил и остался очень доволен. Он сделал несколько кругов по комнате, чтобы Малыш мог как следует оценить его костюм.
Малыш содрогнулся. Ему показалось, что Карлсон выглядит на редкость таинственно — совсем по-привиденчески.
Бедная фрекен Бок, она увидит такое привидение, которое хоть кого испугает!
— Домомучительница может тут же посылать за дяденьками из телевизора, — заявил Карлсон.
— Потому что сейчас внизу появится малютка привидение из Вазастана — моторизованное, дикое, прекрасное и ужасно, ужасно опасное.
Карлсон снова облетел комнату и даже закудахтал от удовольствия. О своей картине он и думать забыл. Малыш подошёл к камину поглядеть, что же Карлсон нарисовал. Внизу было написано неровными буквами: «Портрет моего кролика». Но Карлсон нарисовал маленького красного зверька, скорее напоминающего лисицу.
— Разве это не лисица? — спросил Малыш.
Карлсон спланировал на пол и стал рядом с ним. Склонив голову набок, любовался он своей картиной.
— Да, конечно, это лисица. Без всякого сомнения это лисица, да к тому же сделанная лучшим в мире рисовальщиком лисиц.
— Да, но… Ведь здесь написано: «Портрет моего кролика»… Так где ж он, этот кролик?
— Она его съела, — сказал Карлсон.
На следующее утро Боссе и Бетан проснулись с какой-то странной сыпью по всему телу.
— Скарлатина, — сказала фрекен Бок.
То же самое сказал доктор, которого она вызвала.
— Скарлатина! Их надо немедленно отправить в больницу!
Потом доктор показал на Малыша:
— А его придётся пока изолировать.
Услышав это, Малыш заплакал. Он вовсе не хотел, чтобы его изолировали. Правда, он не знал, что это такое, но самоё слово звучало отвратительно.
— Балда, — сказал Боссе, — ведь это значит только, что ты пока не будешь ходить в школу и встречаться с другими детьми. Чтобы никого не заразить, понятно?
Бетан лежала и тоже плакала.
— Бедный Малыш, — сказала она, глотая слёзы.
— Как тебе будет тоскливо! Может, позвонить маме?
Но фрекен Бок и слушать об этом не хотела.
— Ни в коем случае, — заявила она.
— Фру Свантесон нуждается в покое и отдыхе. Не забывайте, что она тоже больна. Уж как-нибудь я с ним сама справлюсь.
При этом она кивнула зарёванному Малышу, который стоял у кровати Бетан.
Но толком поговорить они так и не успели, потому что приехала машина «Скорой помощи». Малыш плакал. Конечно, он иногда сердился на брата и сестру, но ведь он их так любил! И ему было очень грустно оттого, что Боссе и Бетан увозят в больницу.
— Привет, Малыш, — сказал Боссе, когда санитары понесли его вниз.
— До свиданья, дорогой братик, не горюй! Ведь мы скоро вернёмся, — сказала Бетан.
Малыш разрыдался.
— Ты только так говоришь! А вдруг вы умрёте?
Фрекен Бок накинулась на него. Как можно быть таким глупым! Да разве от скарлатины умирают!
Когда «Скорая помощь» уехала, Малыш пошёл к себе в комнату. Ведь там был Бимбо. И Малыш взял щенка на руки.
— Теперь у меня остался только ты, — сказал Малыш и крепко прижал Бимбо к себе.
— Ну, и конечно, Карлсон.
Бимбо прекрасно понял, что Малыш чем-то огорчён. Он лизнул его в нос, словно хотел сказать: «Да, я у тебя есть. Это точно. И Карлсон тоже!» Малыш сидел и думал о том, как чудесно, что у него есть Бимбо. И всё же он так скучал по маме. И тут он вспомнил, что обещал ей написать письмо. И решил, не откладывая, сразу же за это взяться.
Дорогая мама, — начал он.
Малыш не знал, что это за штука такая — вдохновение. Но Карлсон объяснил ему, что вдохновение охватывает всех художников, и тогда им хочется только рисовать, рисовать и рисовать, вместо того чтобы шить одежды для привидения.
И Малышу ничего не оставалось, как сесть на верстак, согнув спину и поджав ноги, словно заправский портной, и шить, в то время как Карлсон, забившись в угол, рисовал свою картину.
Уже совсем стемнело, но в комнате Карлсона было светло, тепло и уютно — горела керосиновая лампа, а в камине пылал огонь.
— Надеюсь, ты в школе не ленился на уроках труда, — сказал Карлсон.
— Потому что я хочу получить красивый костюм для привидения. Учти это. Вокруг шеи можно бы сделать небольшой воротничок или даже оборки.
Малыш ничего не ответил. Он усердно шил, огонь в камине потрескивал, а Карлсон рисовал.
— А что ты, собственно говоря, рисуешь? — спросил Малыш, нарушая воцарившуюся тишину.
— Увидишь, когда всё будет готово, — ответил Карлсон.
Наконец Малыш смастерил какую-то одежду.
«Пожалуй, для привидения сойдёт», — подумал он. Карлсон померил и остался очень доволен. Он сделал несколько кругов по комнате, чтобы Малыш мог как следует оценить его костюм.
Малыш содрогнулся. Ему показалось, что Карлсон выглядит на редкость таинственно — совсем по-привиденчески.
Бедная фрекен Бок, она увидит такое привидение, которое хоть кого испугает!
— Домомучительница может тут же посылать за дяденьками из телевизора, — заявил Карлсон.
— Потому что сейчас внизу появится малютка привидение из Вазастана — моторизованное, дикое, прекрасное и ужасно, ужасно опасное.
Карлсон снова облетел комнату и даже закудахтал от удовольствия. О своей картине он и думать забыл. Малыш подошёл к камину поглядеть, что же Карлсон нарисовал. Внизу было написано неровными буквами: «Портрет моего кролика». Но Карлсон нарисовал маленького красного зверька, скорее напоминающего лисицу.
— Разве это не лисица? — спросил Малыш.
Карлсон спланировал на пол и стал рядом с ним. Склонив голову набок, любовался он своей картиной.
— Да, конечно, это лисица. Без всякого сомнения это лисица, да к тому же сделанная лучшим в мире рисовальщиком лисиц.
— Да, но… Ведь здесь написано: «Портрет моего кролика»… Так где ж он, этот кролик?
— Она его съела, — сказал Карлсон.
На следующее утро Боссе и Бетан проснулись с какой-то странной сыпью по всему телу.
— Скарлатина, — сказала фрекен Бок.
То же самое сказал доктор, которого она вызвала.
— Скарлатина! Их надо немедленно отправить в больницу!
Потом доктор показал на Малыша:
— А его придётся пока изолировать.
Услышав это, Малыш заплакал. Он вовсе не хотел, чтобы его изолировали. Правда, он не знал, что это такое, но самоё слово звучало отвратительно.
— Балда, — сказал Боссе, — ведь это значит только, что ты пока не будешь ходить в школу и встречаться с другими детьми. Чтобы никого не заразить, понятно?
Бетан лежала и тоже плакала.
— Бедный Малыш, — сказала она, глотая слёзы.
— Как тебе будет тоскливо! Может, позвонить маме?
Но фрекен Бок и слушать об этом не хотела.
— Ни в коем случае, — заявила она.
— Фру Свантесон нуждается в покое и отдыхе. Не забывайте, что она тоже больна. Уж как-нибудь я с ним сама справлюсь.
При этом она кивнула зарёванному Малышу, который стоял у кровати Бетан.
Но толком поговорить они так и не успели, потому что приехала машина «Скорой помощи». Малыш плакал. Конечно, он иногда сердился на брата и сестру, но ведь он их так любил! И ему было очень грустно оттого, что Боссе и Бетан увозят в больницу.
— Привет, Малыш, — сказал Боссе, когда санитары понесли его вниз.
— До свиданья, дорогой братик, не горюй! Ведь мы скоро вернёмся, — сказала Бетан.
Малыш разрыдался.
— Ты только так говоришь! А вдруг вы умрёте?
Фрекен Бок накинулась на него. Как можно быть таким глупым! Да разве от скарлатины умирают!
Когда «Скорая помощь» уехала, Малыш пошёл к себе в комнату. Ведь там был Бимбо. И Малыш взял щенка на руки.
— Теперь у меня остался только ты, — сказал Малыш и крепко прижал Бимбо к себе.
— Ну, и конечно, Карлсон.
Бимбо прекрасно понял, что Малыш чем-то огорчён. Он лизнул его в нос, словно хотел сказать: «Да, я у тебя есть. Это точно. И Карлсон тоже!» Малыш сидел и думал о том, как чудесно, что у него есть Бимбо. И всё же он так скучал по маме. И тут он вспомнил, что обещал ей написать письмо. И решил, не откладывая, сразу же за это взяться.
Дорогая мама, — начал он.
Страница 18 из 33
