Фандом: Гарри Поттер. Поиск крестражей. Гарри видит в лесу патронус-лань, и находит озеро, на дне которого — меч Гриффиндора. Но не Рон приходит к нему на помощь, и события получают шанс на другое развитие.
225 мин, 23 сек 4225
— Видимо, не так много, — он опустил руки и кивнул в сторону кровати. — Там нам будет удобнее.
У самой постели Гарри обернулся. Снейп стоял на прежнем месте и не предпринимал попыток приблизиться. Гарри не мог видеть его лица и почувствовал, как возвращается отчаяние и разочарование. Но уже через мгновение Снейп решительно направлялся к нему и, подойдя ближе, немного наклонил голову и поцеловал, неспешно и спокойно. Гарри послушно приоткрыл рот, впуская язык Снейпа, каждое движение которого вызывало новую волну возбуждения, и это было хорошо. Снейп разорвал поцелуй и снял с Гарри свитер и рубашку. Он легко толкнул его на кровать, расстегнул джинсы и снял их тоже. В общую кучу отправились носки и бельё. Прохладный воздух холодил кожу, но Гарри сидел и терпеливо ждал, пока Снейп методично снимал одежду и с себя. Он не был уверен, так ли это необходимо, и боролся с желанием натянуть на себя одеяло. Наконец Снейп закончил с одеждой и задёрнул полог кровати, наложив на всё внутреннее пространство согревающие чары. Свет факелов пробивался, но Гарри видел только тёмный силуэт, что заметно приглушило чувство стеснения и неловкости. Снейп придвинулся ближе и провёл рукой по животу Гарри снизу вверх.
— Ляг, — мягкий шёпот прямо в ухо. Гарри откинулся на подушку. Внутри всё замерло, выжидая. Снейп склонился над ним и снова прикусил шею, провёл языком по ключице, вызвав неопределённое чувство томления, и, наконец, захватил губами левый сосок Гарри. Ощущение было настолько острым, что он выгнулся на кровати, подаваясь навстречу языку Снейпа, мягко и сильно кружащему вокруг соска. Продолжая ласкать его пальцами, он осторожно втянул в рот правый, медленными движениями облизывая и легко покусывая. Гарри шумно дышал и изо всех сил боролся с желанием прикоснуться к собственному члену, настойчиво требующему внимания. Он положил руки на спину Снейпу, притягивая его к себе, подаваясь бёдрами навстречу. Каждое прикосновение посылало новую волну возбуждения, и он глухо застонал. Снейп целовал его, втягивая кожу, находя языком чувствительные места — и это было так восхитительно, как никогда. Наконец он прервался и опустился на кровать рядом с Гарри. Его член, твёрдый и влажный, упирался прямо в бедро Гарри, но Снейп быстро отодвинулся.
— Не надо, — прошептал Гарри и придвинулся ближе.
Снейп коротко выдохнул и провёл рукой по животу Гарри, по его бёдрам. Член Гарри подрагивал, и возбуждение становилось почти болезненным, но он ждал. Снейп убрал руку совсем, повернулся к Гарри и поцеловал его — сильно и жадно, глубоко проникая языком. Гарри отвечал, перехватывая инициативу, он прервал поцелуй и придвинулся ближе, всем телом вжимаясь в Снейпа, толкаясь членом в его живот, кусая шею и подбородок. Снейп тихо застонал, подаваясь навстречу, и Гарри почувствовал, как острое и сильное ощущение переполняет его, и со следующим толчком кончил. Чувство освобождения было столь огромно, что Гарри почти видел, как его существо наполняется магией, как она выносит его из глубин отчаяния и тоски. Он уткнулся лбом в грудь Снейпа, обнимая его одной рукой. Когда первая слабость прошла, Гарри поднял голову и поцеловал Снейпа — мягко и нежно, так, как поцеловал бы Джинни. Но у Джинни не было такого горьковатого вкуса, не было такого горячего дыхания, она не отвечала так властно и не переворачивала его на спину, проникая языком всё глубже, двигая сильнее, пока по коже не проносился озноб и следом — жар. Гарри почувствовал, как возвращается возбуждение, слишком быстро, чтобы он смог что-то изменить. Но Снейп, явно почувствовавший это и заметивший, как Гарри напрягся, только сказал:
— Всё хорошо, — он сел на кровати, провёл рукой по животу и применил очищающие чары.
У самой постели Гарри обернулся. Снейп стоял на прежнем месте и не предпринимал попыток приблизиться. Гарри не мог видеть его лица и почувствовал, как возвращается отчаяние и разочарование. Но уже через мгновение Снейп решительно направлялся к нему и, подойдя ближе, немного наклонил голову и поцеловал, неспешно и спокойно. Гарри послушно приоткрыл рот, впуская язык Снейпа, каждое движение которого вызывало новую волну возбуждения, и это было хорошо. Снейп разорвал поцелуй и снял с Гарри свитер и рубашку. Он легко толкнул его на кровать, расстегнул джинсы и снял их тоже. В общую кучу отправились носки и бельё. Прохладный воздух холодил кожу, но Гарри сидел и терпеливо ждал, пока Снейп методично снимал одежду и с себя. Он не был уверен, так ли это необходимо, и боролся с желанием натянуть на себя одеяло. Наконец Снейп закончил с одеждой и задёрнул полог кровати, наложив на всё внутреннее пространство согревающие чары. Свет факелов пробивался, но Гарри видел только тёмный силуэт, что заметно приглушило чувство стеснения и неловкости. Снейп придвинулся ближе и провёл рукой по животу Гарри снизу вверх.
— Ляг, — мягкий шёпот прямо в ухо. Гарри откинулся на подушку. Внутри всё замерло, выжидая. Снейп склонился над ним и снова прикусил шею, провёл языком по ключице, вызвав неопределённое чувство томления, и, наконец, захватил губами левый сосок Гарри. Ощущение было настолько острым, что он выгнулся на кровати, подаваясь навстречу языку Снейпа, мягко и сильно кружащему вокруг соска. Продолжая ласкать его пальцами, он осторожно втянул в рот правый, медленными движениями облизывая и легко покусывая. Гарри шумно дышал и изо всех сил боролся с желанием прикоснуться к собственному члену, настойчиво требующему внимания. Он положил руки на спину Снейпу, притягивая его к себе, подаваясь бёдрами навстречу. Каждое прикосновение посылало новую волну возбуждения, и он глухо застонал. Снейп целовал его, втягивая кожу, находя языком чувствительные места — и это было так восхитительно, как никогда. Наконец он прервался и опустился на кровать рядом с Гарри. Его член, твёрдый и влажный, упирался прямо в бедро Гарри, но Снейп быстро отодвинулся.
— Не надо, — прошептал Гарри и придвинулся ближе.
Снейп коротко выдохнул и провёл рукой по животу Гарри, по его бёдрам. Член Гарри подрагивал, и возбуждение становилось почти болезненным, но он ждал. Снейп убрал руку совсем, повернулся к Гарри и поцеловал его — сильно и жадно, глубоко проникая языком. Гарри отвечал, перехватывая инициативу, он прервал поцелуй и придвинулся ближе, всем телом вжимаясь в Снейпа, толкаясь членом в его живот, кусая шею и подбородок. Снейп тихо застонал, подаваясь навстречу, и Гарри почувствовал, как острое и сильное ощущение переполняет его, и со следующим толчком кончил. Чувство освобождения было столь огромно, что Гарри почти видел, как его существо наполняется магией, как она выносит его из глубин отчаяния и тоски. Он уткнулся лбом в грудь Снейпа, обнимая его одной рукой. Когда первая слабость прошла, Гарри поднял голову и поцеловал Снейпа — мягко и нежно, так, как поцеловал бы Джинни. Но у Джинни не было такого горьковатого вкуса, не было такого горячего дыхания, она не отвечала так властно и не переворачивала его на спину, проникая языком всё глубже, двигая сильнее, пока по коже не проносился озноб и следом — жар. Гарри почувствовал, как возвращается возбуждение, слишком быстро, чтобы он смог что-то изменить. Но Снейп, явно почувствовавший это и заметивший, как Гарри напрягся, только сказал:
— Всё хорошо, — он сел на кровати, провёл рукой по животу и применил очищающие чары.
Страница 43 из 63
