Когда я была маленькой, моя бабушка говорила мне, что девочка никогда не должна полностью сбривать волосы с головы, иначе за ней придёт дух. Когда я немного подросла, мне стало казаться, что это просто глупое суеверие, потому что как же тогда живут все бритоголовые монахини? Но, будучи в средней школе, я своими глазами увидела страшное подтверждение этому «суеверию»…
36 мин, 38 сек 14430
Он не ответил на улыбку, стоял какой-то мрачный, пялился на шоколадку в её руке и даже когда поезд тронулся, не произнёс ни звука.
— Это… это вам, — протянула она ему шоколадку, с одной стороны имея в виду скрытый смысл её рекламы, а с другой ощущая неловкость. Он неуверенно принял её: «Я никогда таких не ел… это вкусно?» — Я слышала, что это самый вкусный шоколад.
Сяоцзе посмотрела на него. Это и есть счастье?
Он взял шоколадку, посмотрел на Сяоцзе и вздохнул.
— Меня зовут Сяоцзе.
— Я… моя фамилия Юй.
— Редкая фамилия…
— Ага… нам по пути?
— Я думаю, да…
Вот так всё и было, точно… вот так они и познакомились.
Потом они часто встречались, всегда в метро, а потом гуляли ночами. Он много работал, днём никак не мог выкроить время для встреч. На следующий год они договорились встретиться в День Влюблённых на том самом месте, где познакомились. В 11 часов. Около перехода с первой на вторую линию.
Он так же был одет в тёмно-синюю куртку, на ней был бледно-красный шарф.
Он обнял её, прошептал на ухо:
— Теперь пойдём, ты справа, а я слева, посмотрим, кто быстрее доберётся до той стороны.
— Ну уж нет, я с тобой не расстанусь ни на минуту, мне не хочется идти одной.
— Ну давай же… кто придёт первым, должен подождать второго, а второй должен будет его найти, — он крепко обнял её.
— Ну ладно, только чур не бежать, я бегаю медленнее, чем ты, так что не беги.
— Хорошо, буду идти как обычно, пошли!
Они разомкнули руки и пошли каждый по своей стороне круга.
Прошло некоторое время, он всё ещё не появился.
Он не мог идти так медленно, думала Сяоцзе. К тому же, она не знала, пришла она первой и значит, должна ждать, или второй — и значит должна отыскеть его на этой большой станции.
Сперва подождать…
Потом она не вытерпела и несколько раз оббежала всю станцию. Его нигде не было.
Она торчала на станции, пока не подошёл последний поезд.
Ей было больно и горько, она выползла со станции и будто услышала над ухом его голос: «Я первый пришёл…».
Она резко обернулась — никого… никого нет.
Он сказал, он первый пришёл, но куда же он пришёл?
Он так и не объявился, исчез из её поля зрения, из её жизни.
Станция Цзянгомэнь стала местом, где разбилось её сердце.
Она не верила, что он просто так её оставил. Это же был полный круг, почти завершив его, куда он мог уйти?
Сяоцзе похоронила эту историю в своём сердце.
Она помнила его слова: «… кто придёт первым, должен подождать второго, а второй должен будет его найти…».
Если он пришёл первым, он обязательно должен был дождаться её.
После того раза, Сяоцзе каждый День Влюблённых приходила на ту станцию искать его.
И сейчас метро уже закрывалось.
Сяоцзе наобум села в последний поезд, идущий по первой ветке на восток до станции Сыхуэй.
Она не хотела как обычно по кольцевой возвращаться домой, у кольцевой нет конечной станции, а она хотела доехать по самой глубокой ветке до самого-самого конца.
А потом вернуться домой.
В этот раз она села в первый вагон, где двери примыкают к кабине машиниста.
Через пару станций из вагона вышли все пассажиры, Сяоцзе осталась одна. Стало жутковато. Она подошла к передней двери и сквозь стекло стала смотреть вперёд в чёрный туннель.
Она впервые видела такую картину.
Поезд уверенно мчался в темноту, его фары далеко вперёд освещали туннель.
То ли поезд ехал так медленно, то ли этот перегон был таким большим, но следующая станция никак не показывалась, рельсы уходили во тьму.
Внезапно парень в синей куртке возник прямо перед поездом в пучке света, стоя прямо на рельсах. Сяоцзе до смерти перепугалась.
Это он? Она хотела присмотреться, но поезд уже пересёк его силуэт.
«Я первый пришёл…» — Сяоцзе услышала его голос очень отчётливо.
Она обернулась — в вагоне не было ни одного человека.
Голос послышался ещё раз, ещё более чётко: «Я первый…».
Сяоцзе посмотрела на машиниста. Одетый в тёмно-синюю куртку человек медленно повернулся… плавно взмахнул ресницами… медленно улыбнулся.
Поезд рванулся вперёд, свет в вагоне погас. Постепенно нежный сладкий сандаловый запах заполнил его.
Вскоре свет опять вспыхнул.
Поезд наконец-то прибыл на станцию.
Двери открылись.
Сяоцзе вылетела наружу. Какая-то незнакомая станция… Вот, табличка с её названием. Три больших иероглифа. Она знала это место, это недалеко от Цзянгомэнь… только вот… на первой линии, насколько она помнила, не было станции с таким названием. После Дня Влюблённых в газетах появилась малюсенькая заметочка в самом углу, наверное, помещённая там, чтобы не портить людям настроение перед праздником Юаньсяо*, даже шрифт был самым мелким. Заголовок гласил: «На станции Цзянгомэнь девушка упала на рельсы».
Если ехать от станции Цзянгомэнь на восток, есть одно место, которое называли Могила князя Юй.
первое полнолуние Нового Года.
— Это… это вам, — протянула она ему шоколадку, с одной стороны имея в виду скрытый смысл её рекламы, а с другой ощущая неловкость. Он неуверенно принял её: «Я никогда таких не ел… это вкусно?» — Я слышала, что это самый вкусный шоколад.
Сяоцзе посмотрела на него. Это и есть счастье?
Он взял шоколадку, посмотрел на Сяоцзе и вздохнул.
— Меня зовут Сяоцзе.
— Я… моя фамилия Юй.
— Редкая фамилия…
— Ага… нам по пути?
— Я думаю, да…
Вот так всё и было, точно… вот так они и познакомились.
Потом они часто встречались, всегда в метро, а потом гуляли ночами. Он много работал, днём никак не мог выкроить время для встреч. На следующий год они договорились встретиться в День Влюблённых на том самом месте, где познакомились. В 11 часов. Около перехода с первой на вторую линию.
Он так же был одет в тёмно-синюю куртку, на ней был бледно-красный шарф.
Он обнял её, прошептал на ухо:
— Теперь пойдём, ты справа, а я слева, посмотрим, кто быстрее доберётся до той стороны.
— Ну уж нет, я с тобой не расстанусь ни на минуту, мне не хочется идти одной.
— Ну давай же… кто придёт первым, должен подождать второго, а второй должен будет его найти, — он крепко обнял её.
— Ну ладно, только чур не бежать, я бегаю медленнее, чем ты, так что не беги.
— Хорошо, буду идти как обычно, пошли!
Они разомкнули руки и пошли каждый по своей стороне круга.
Прошло некоторое время, он всё ещё не появился.
Он не мог идти так медленно, думала Сяоцзе. К тому же, она не знала, пришла она первой и значит, должна ждать, или второй — и значит должна отыскеть его на этой большой станции.
Сперва подождать…
Потом она не вытерпела и несколько раз оббежала всю станцию. Его нигде не было.
Она торчала на станции, пока не подошёл последний поезд.
Ей было больно и горько, она выползла со станции и будто услышала над ухом его голос: «Я первый пришёл…».
Она резко обернулась — никого… никого нет.
Он сказал, он первый пришёл, но куда же он пришёл?
Он так и не объявился, исчез из её поля зрения, из её жизни.
Станция Цзянгомэнь стала местом, где разбилось её сердце.
Она не верила, что он просто так её оставил. Это же был полный круг, почти завершив его, куда он мог уйти?
Сяоцзе похоронила эту историю в своём сердце.
Она помнила его слова: «… кто придёт первым, должен подождать второго, а второй должен будет его найти…».
Если он пришёл первым, он обязательно должен был дождаться её.
После того раза, Сяоцзе каждый День Влюблённых приходила на ту станцию искать его.
И сейчас метро уже закрывалось.
Сяоцзе наобум села в последний поезд, идущий по первой ветке на восток до станции Сыхуэй.
Она не хотела как обычно по кольцевой возвращаться домой, у кольцевой нет конечной станции, а она хотела доехать по самой глубокой ветке до самого-самого конца.
А потом вернуться домой.
В этот раз она села в первый вагон, где двери примыкают к кабине машиниста.
Через пару станций из вагона вышли все пассажиры, Сяоцзе осталась одна. Стало жутковато. Она подошла к передней двери и сквозь стекло стала смотреть вперёд в чёрный туннель.
Она впервые видела такую картину.
Поезд уверенно мчался в темноту, его фары далеко вперёд освещали туннель.
То ли поезд ехал так медленно, то ли этот перегон был таким большим, но следующая станция никак не показывалась, рельсы уходили во тьму.
Внезапно парень в синей куртке возник прямо перед поездом в пучке света, стоя прямо на рельсах. Сяоцзе до смерти перепугалась.
Это он? Она хотела присмотреться, но поезд уже пересёк его силуэт.
«Я первый пришёл…» — Сяоцзе услышала его голос очень отчётливо.
Она обернулась — в вагоне не было ни одного человека.
Голос послышался ещё раз, ещё более чётко: «Я первый…».
Сяоцзе посмотрела на машиниста. Одетый в тёмно-синюю куртку человек медленно повернулся… плавно взмахнул ресницами… медленно улыбнулся.
Поезд рванулся вперёд, свет в вагоне погас. Постепенно нежный сладкий сандаловый запах заполнил его.
Вскоре свет опять вспыхнул.
Поезд наконец-то прибыл на станцию.
Двери открылись.
Сяоцзе вылетела наружу. Какая-то незнакомая станция… Вот, табличка с её названием. Три больших иероглифа. Она знала это место, это недалеко от Цзянгомэнь… только вот… на первой линии, насколько она помнила, не было станции с таким названием. После Дня Влюблённых в газетах появилась малюсенькая заметочка в самом углу, наверное, помещённая там, чтобы не портить людям настроение перед праздником Юаньсяо*, даже шрифт был самым мелким. Заголовок гласил: «На станции Цзянгомэнь девушка упала на рельсы».
Если ехать от станции Цзянгомэнь на восток, есть одно место, которое называли Могила князя Юй.
первое полнолуние Нового Года.
Страница 4 из 10
