Канадский город Ванкувер, центр провинции Британская Колумбия, получил специфическую мрачную известность в 1981 г., когда здесь был разоблачён педофил и убийца Клиффорд Олсон. И надо же было такому случиться, что по прошествии двух десятилетий этот город снова оказался в центре внимания мировых средств массовой информации, причём в силу весьма схожих драматичных обстоятельств. Правда, на этот раз масштаб криминального явления, с которым столкнулись городские власти и службы защиты правопорядка, оказался несравнимо значительнее, а детали раскрытых преступлений — много ужаснее. Хотя, казалось бы, куда уж более?
184 мин, 16 сек 14832
Судя по рассказам знавших её людей, Серина к своим 30 годам являлась личностью вконец уже опустившейся. Она частенько выходила на свой промысел практически нагишом — лишь в плаще и туфлях. Как и некоторые профессиональный проститутки, специализирующиеся на оральном сексе, её рот был беззуб. Серина страдала от астмы и принимала гормональные стимуляторы дыхания. Подобно многим астматикам кожные покровы её лица имели пепельно-серый, нездоровый цвет. В общем, видок у дамочки был ещё тот…
В последний раз Серину Абоствэй видели живой 18 июля 2001 г. Незадолго до исчезновения Аботсвэй покрестилась в передвижной протестантской церкви и оперативники «Конной Полиции» потратили некоторое время на розыск пастора, выступившего в роли«духовного отца» Серины. Предполагалось, что священник сможет пролить свет на события последних дней. Расчёты эти не оправдались, пастор заявил, что после крещения Аботсвэй в его передвижной церкви не появлялась.
Несмотря на деятельные усилия по розыску возможных свидетелей исчезновения Серины, сотрудникам MWTF так и не удалось их обнаружить. Что случилось с Аботсвэй, с кем и при каких обстоятельствах она покинула Ист-сайд так и осталось невыяснено… До поры.
Летом 2001 г. газета «Ванкувер сан» разместила на своих страницах ряд материалов, посвящённых расследованию случаев исчезновений женщин из Ист-сайда. Общая тональность публикаций была язвительно-уничижительной; детективы уголовного розыска полиции Ванкувера характеризовались как плохо обученные, а взаимодействие различных полицейских подразделений оценивалось как недостаточное. Журналисты указывали на повсеместную практику сокрытия информации, стремлении не выносить«сор из избы», дух зависти и недоброжелательства, господствовавший в полицейской среде. Особенно отвратительны были отношения между полицией и RCMP; все полицейские сомтрели на спецслужбу, как на могущественного нахлебника, обильно финансируемого из федерального бюджета, но при этом не желающего мараться «работой на земле»(Нельзя не отметить, что дух соперничества (а точнее даже зависти) характерен для отношений между полицией и спецслужбами почти всех стран мира. Подобное недоброжелательство подпитывается не только более высоким уровнем материального обеспечения сотрудников специальных служб, но и их высоким юридическим статусом, секретностью и престижностью работы. Если спецслужбы и привлекаются к уголовным расследованиям, то обычно к самым сложным и резонансным, лишь усиливая присущий им ореол«всемогущих организаций», не марающихся мелочёвкой. Так что раздражение полицейских вполне понятно и во многом оправданно).
Критику журналистов «Ванкувер сан» следует во многом признать справедливой. На территории Большого Ванкувера работали 6 департаментов муниципальной полиции и 1 отделение RCMP. Все они имели собственные базы криминалистического учёта, кинологические подразделения, не существовало даже единой информационной базы по населению города. После газетных публикаций правительство провинции Британская Колумбия озаботилось полицейской реформой. По результатам дебатов и консультаций с экспертами заместитель министра юстиции Рич Коуман сделал заявление для прессы, в котором сообщил о планах создания в Большом Ванкувере централизованных служб уголовной полиции, специализирующихся на раскрытии основных видов преступлений, а также подразделений их криминалистического и технического обеспечения. Задуманную реформу в последующие месяцы удалось успешно осуществить, что самым благотворным образом сказалось на эффективности полицейской работы.
В начале сентября 2001 г. в полицию Ванкувера явился сутенёр Мохамед Хогаини, заявивший об исчезновении его «невесты» Андреа Джосбари и обвинивший в её похищении Роберта Пиктона. Из рассказа сутенёра следовало, что 22-летняя Андреа была подругой Дайны Тэйлор, сожительницы Пиктона. В июне 2001 г. та пригласила Андреа на пикник в Кокъюитлам, на свиную ферму Роберта Пиктона. Андреа Джосбари приняла приглашение, уехала в гости, но обратно так и не вернулась. Теперь, по прошествии почти трёх месяцев, Мохамед Хогаини посчитал нужным сообщить об этом полицейским.
Сутенёра переправили сотрудникам «Целевой Группы», дабы те поработали с заявителем.
Проверка показала, что Джосбари действительно отсутствует в Ист-сайде уже несколько месяцев и никто не знает, когда именно, куда и при каких обстоятельствах она выехала. Запросы, направленные родственникам Андреа, показали, что у них она за истёкшие месяцы не появлялась. На этом основании её имя было внесено в список предполагаемых жертв неизвестного похитителя.
В последний раз Серину Абоствэй видели живой 18 июля 2001 г. Незадолго до исчезновения Аботсвэй покрестилась в передвижной протестантской церкви и оперативники «Конной Полиции» потратили некоторое время на розыск пастора, выступившего в роли«духовного отца» Серины. Предполагалось, что священник сможет пролить свет на события последних дней. Расчёты эти не оправдались, пастор заявил, что после крещения Аботсвэй в его передвижной церкви не появлялась.
Несмотря на деятельные усилия по розыску возможных свидетелей исчезновения Серины, сотрудникам MWTF так и не удалось их обнаружить. Что случилось с Аботсвэй, с кем и при каких обстоятельствах она покинула Ист-сайд так и осталось невыяснено… До поры.
Летом 2001 г. газета «Ванкувер сан» разместила на своих страницах ряд материалов, посвящённых расследованию случаев исчезновений женщин из Ист-сайда. Общая тональность публикаций была язвительно-уничижительной; детективы уголовного розыска полиции Ванкувера характеризовались как плохо обученные, а взаимодействие различных полицейских подразделений оценивалось как недостаточное. Журналисты указывали на повсеместную практику сокрытия информации, стремлении не выносить«сор из избы», дух зависти и недоброжелательства, господствовавший в полицейской среде. Особенно отвратительны были отношения между полицией и RCMP; все полицейские сомтрели на спецслужбу, как на могущественного нахлебника, обильно финансируемого из федерального бюджета, но при этом не желающего мараться «работой на земле»(Нельзя не отметить, что дух соперничества (а точнее даже зависти) характерен для отношений между полицией и спецслужбами почти всех стран мира. Подобное недоброжелательство подпитывается не только более высоким уровнем материального обеспечения сотрудников специальных служб, но и их высоким юридическим статусом, секретностью и престижностью работы. Если спецслужбы и привлекаются к уголовным расследованиям, то обычно к самым сложным и резонансным, лишь усиливая присущий им ореол«всемогущих организаций», не марающихся мелочёвкой. Так что раздражение полицейских вполне понятно и во многом оправданно).
Критику журналистов «Ванкувер сан» следует во многом признать справедливой. На территории Большого Ванкувера работали 6 департаментов муниципальной полиции и 1 отделение RCMP. Все они имели собственные базы криминалистического учёта, кинологические подразделения, не существовало даже единой информационной базы по населению города. После газетных публикаций правительство провинции Британская Колумбия озаботилось полицейской реформой. По результатам дебатов и консультаций с экспертами заместитель министра юстиции Рич Коуман сделал заявление для прессы, в котором сообщил о планах создания в Большом Ванкувере централизованных служб уголовной полиции, специализирующихся на раскрытии основных видов преступлений, а также подразделений их криминалистического и технического обеспечения. Задуманную реформу в последующие месяцы удалось успешно осуществить, что самым благотворным образом сказалось на эффективности полицейской работы.
В начале сентября 2001 г. в полицию Ванкувера явился сутенёр Мохамед Хогаини, заявивший об исчезновении его «невесты» Андреа Джосбари и обвинивший в её похищении Роберта Пиктона. Из рассказа сутенёра следовало, что 22-летняя Андреа была подругой Дайны Тэйлор, сожительницы Пиктона. В июне 2001 г. та пригласила Андреа на пикник в Кокъюитлам, на свиную ферму Роберта Пиктона. Андреа Джосбари приняла приглашение, уехала в гости, но обратно так и не вернулась. Теперь, по прошествии почти трёх месяцев, Мохамед Хогаини посчитал нужным сообщить об этом полицейским.
Сутенёра переправили сотрудникам «Целевой Группы», дабы те поработали с заявителем.
Проверка показала, что Джосбари действительно отсутствует в Ист-сайде уже несколько месяцев и никто не знает, когда именно, куда и при каких обстоятельствах она выехала. Запросы, направленные родственникам Андреа, показали, что у них она за истёкшие месяцы не появлялась. На этом основании её имя было внесено в список предполагаемых жертв неизвестного похитителя.
История ждёт вашей реакции
Дочитайте историю до конца, чтобы оставить реакцию
Страница 35 из 58
