Взгляните на этого парня. Его зовут Джеффри Вудс. Или просто Джефф Убийца. Ночной кошмар Америки, отправивший на тот свет много человек. Казалось бы, что его жизнь и без того тяжела, ведь маньякам-психопатам с такой внешностью сложно выжить в мире, где большинство просто мечтает усадить их на электрический стул. Но жизнь становится в десяток раз тяжелее, когда твой мёртвый старший брат является яндере.
23 мин, 35 сек 13009
Одновременно Отис следит за теми самыми «гомиками». Лью и Джефф Вудсы сидят в компании Алисы Лидделл и Бена Утполенника у противоположной барной стойке стены, прямо около окна, и тоже бурно обсуждают назревший вопрос о личности новых представителей ЛГБТ-сообщества в Параллели. Ну, не совсем обсуждают. Алиса всё намекает на то на Бена и Джеффа, то на Бена и Безглазого Джека, Джефф пресекает любые попытки назвать его геем и глумится над мелким другом, пока тот играет в PSP и пожимает плечами, а Лью тихо сидит рядом, иногда кивая головой, когда Алиса или Джефф говорят: «не так ли, Лью?». Но вернемся к художнику-недоучке. Ему одновременно смешно от того, что они не хотят признавать, что инцест для них уже норма, но также его это немного бесит. Особенно его бесит Лью. Если младший хотя бы как-то пытается защищаться от нападок Лидделл, то старший вообще плевал на всё с высокой алой колокольни. Ну, ничего, подумал Отис, Вудс старший ещё пожалеет о том, что так халатно ко всему относится. Он уже видит, как зомби в скором будущем будет чистить ему ботинки за умалчивание их с братом «маленького секрета».
— Так, господа-товарищи! — где-то из центра зала раздался голос, схожий с голосом Джима Каммингса. Как оказалось, это сам Оффендермен. Он торжественно влез на стол — из-за чего все, кто за ним сидели, мгновенно удалились, ибо Безликий не носит штаны — и вынес странное предложение: — А как насчет того, чтобы начать поиски?
— И как мы будем их искать? — спросила Садако, сидящая за соседним столом и старающаяся не смотреть всё, что находится у Безликого ниже пояса, чтобы тот не подумал чего пошлого не полез к ней с розой. — Развесим листовки? Подадим заявление в полицию?
— Нет, моя прекрасная леди, — Оффендер поклонился и полез было в карман за цветком, но лишь два слова («семь дней») заставили его положить розу назад, выпрямится и продолжить: — Мы просто последим за другими, посмотрим на их поведение и всё. Чтобы мой личной жизни никто не мешал, сразу говорю, что я не против мальчиков, мужчин и стариков…
— Больной ублюдок… — прошипел Джефф, прижав ноги к себе и приготовив нож на тот случай, если Безликий решит подарить розу и ему. Хотя, он знает, что брат не позволит извращенцу это сделать, но и самому защищаться тоже надо.
Что ж, посетители бара ещё немного поспорили, но за неимением других вариантов согласились с предложением Безликого. Через минут пятнадцать в баре воцарилась та же «веселая» атмосфера: играет кантри и джаз, льются реки алкоголя, в воздухе летает дым от сигарет, кто-то ругается, кто-то дерётся. А на высоком стуле у барной стойки до сих пор стоит Хелен Отис, разочарованный тем, что на него никто так и не обратил внимание. Что ж, у него ещё будет эта возмо…
— Эй! — Бармен одним из своих щупалец пнул подростка в спину, от чего тот упал лицо вниз примерно с высоты чуть меньше тридцати-сорока дюйм. — Либо заказывай, либо проваливай! Хватит мне тут стулья пачкать!
И разочарованный художник с кучей синяков от вечных падений медленно встал и покинул бар, уворачиваясь от летающих ножей, табуреток, Тикки Тоби и буквально задыхаясь от сигаретного дыма.
— Боже, как несправедливо! — воскликнул подросток в маске, пиная очередной камень. Камень в ответ зашипел, обнажив острые зубы и укатился прочь с дороги. Отис на секунду замер, потряс головой и убедил себя в том, что ему лишь показалось.
Прошло уже два дня с тех пор, как он объявил о наличии геев в Параллели. И жители невероятно сильно изменились, в них всех будто вмиг проснулись Шерлоки Холмсы, что по твоим носкам могут назвать твою ориентацию. К нему самому пару раз приставали какие-то существа, но решили, что это не он, ибо у него нет пары, а все говорили про обязательное наличие пары, ведь сказали, что педиков две штуки. Стальная логика. Но при этом никто не обратился к нему с вопросом: «Хелен, так что же тут дает в задницу?». Никто! Это невероятно выводит подростка из себя, как так-то?!
Ну, ничего. Он всё равно не собирался называть их имена. Это так, ради прикола все могли бы полезть к нему с этим вопросом, но он всё равно не сказал бы. Ведь он собрался шантажировать Вудсов. Кстати, а вот и они!
Около какой-то странной серой реки с кучей мусора в воде стоит старый поломанный деревянный забор, что держится уже практически на соплях. На заборе стоят разные банки из-под газировки, и вот Вудс младший, подбирая камни с земли, пытается попасть прямо в цель, пока Вудс старший стоит рядом и записывает результаты в какой-то потрепанный блокнот. Джефф берет какой-то камень, тот шипит, Джефф издевательски шипит в ответ, замахивается и кидает вопящий от ужаса камень прямо в банку от «Колы».
— Восемь очков. — Сделал заключение Вудс старший и записал результат в тетрадь.
— Э-э-э?! Почему это восемь?! Я попал точно в цель!
— Она упала не сразу.
— Да срать я на это хотел!
— Ладно-ладно, — Лью улыбнулся и зачеркнул старый результат, изменив его на желаемый Джеффом. — Десять очков.
— Так, господа-товарищи! — где-то из центра зала раздался голос, схожий с голосом Джима Каммингса. Как оказалось, это сам Оффендермен. Он торжественно влез на стол — из-за чего все, кто за ним сидели, мгновенно удалились, ибо Безликий не носит штаны — и вынес странное предложение: — А как насчет того, чтобы начать поиски?
— И как мы будем их искать? — спросила Садако, сидящая за соседним столом и старающаяся не смотреть всё, что находится у Безликого ниже пояса, чтобы тот не подумал чего пошлого не полез к ней с розой. — Развесим листовки? Подадим заявление в полицию?
— Нет, моя прекрасная леди, — Оффендер поклонился и полез было в карман за цветком, но лишь два слова («семь дней») заставили его положить розу назад, выпрямится и продолжить: — Мы просто последим за другими, посмотрим на их поведение и всё. Чтобы мой личной жизни никто не мешал, сразу говорю, что я не против мальчиков, мужчин и стариков…
— Больной ублюдок… — прошипел Джефф, прижав ноги к себе и приготовив нож на тот случай, если Безликий решит подарить розу и ему. Хотя, он знает, что брат не позволит извращенцу это сделать, но и самому защищаться тоже надо.
Что ж, посетители бара ещё немного поспорили, но за неимением других вариантов согласились с предложением Безликого. Через минут пятнадцать в баре воцарилась та же «веселая» атмосфера: играет кантри и джаз, льются реки алкоголя, в воздухе летает дым от сигарет, кто-то ругается, кто-то дерётся. А на высоком стуле у барной стойки до сих пор стоит Хелен Отис, разочарованный тем, что на него никто так и не обратил внимание. Что ж, у него ещё будет эта возмо…
— Эй! — Бармен одним из своих щупалец пнул подростка в спину, от чего тот упал лицо вниз примерно с высоты чуть меньше тридцати-сорока дюйм. — Либо заказывай, либо проваливай! Хватит мне тут стулья пачкать!
И разочарованный художник с кучей синяков от вечных падений медленно встал и покинул бар, уворачиваясь от летающих ножей, табуреток, Тикки Тоби и буквально задыхаясь от сигаретного дыма.
— Боже, как несправедливо! — воскликнул подросток в маске, пиная очередной камень. Камень в ответ зашипел, обнажив острые зубы и укатился прочь с дороги. Отис на секунду замер, потряс головой и убедил себя в том, что ему лишь показалось.
Прошло уже два дня с тех пор, как он объявил о наличии геев в Параллели. И жители невероятно сильно изменились, в них всех будто вмиг проснулись Шерлоки Холмсы, что по твоим носкам могут назвать твою ориентацию. К нему самому пару раз приставали какие-то существа, но решили, что это не он, ибо у него нет пары, а все говорили про обязательное наличие пары, ведь сказали, что педиков две штуки. Стальная логика. Но при этом никто не обратился к нему с вопросом: «Хелен, так что же тут дает в задницу?». Никто! Это невероятно выводит подростка из себя, как так-то?!
Ну, ничего. Он всё равно не собирался называть их имена. Это так, ради прикола все могли бы полезть к нему с этим вопросом, но он всё равно не сказал бы. Ведь он собрался шантажировать Вудсов. Кстати, а вот и они!
Около какой-то странной серой реки с кучей мусора в воде стоит старый поломанный деревянный забор, что держится уже практически на соплях. На заборе стоят разные банки из-под газировки, и вот Вудс младший, подбирая камни с земли, пытается попасть прямо в цель, пока Вудс старший стоит рядом и записывает результаты в какой-то потрепанный блокнот. Джефф берет какой-то камень, тот шипит, Джефф издевательски шипит в ответ, замахивается и кидает вопящий от ужаса камень прямо в банку от «Колы».
— Восемь очков. — Сделал заключение Вудс старший и записал результат в тетрадь.
— Э-э-э?! Почему это восемь?! Я попал точно в цель!
— Она упала не сразу.
— Да срать я на это хотел!
— Ладно-ладно, — Лью улыбнулся и зачеркнул старый результат, изменив его на желаемый Джеффом. — Десять очков.
Страница 5 из 7
